Огненный поцелуй для Снежинки - Алёна Рю

Дверь в сарайчик садовника была закрыта, но без замка. Рывком дернув ее, я чуть не наткнулся на грабли, перегораживающие проход. Что за дела?

Перескочил через них и поспешил дальше. И тут увидел странное. Над полом парил зелененький огонек, а перед ним стояла Одри с садовыми ножницами. Она держала их острием к себе, и я среагировал молниеносно. Не знаю, что происходило, спрашивать было некогда.

Я запустил в духа огненный шар, отчего тот зашипел и превратился в облако пара, а сам подскочил к Одри и, схватив за лезвия, выдернул ножницы у нее из рук.

– Ай! – Она вскрикнула и, моргнув, уставилась на меня. – Что ты тут делаешь?

– А ты?

Я положил ножницы на полку и, развернувшись, посмотрел на то, что осталось от огонька. На полу было что-то начерчено мелом, похожее на сигил для вызова духов. И в его центре лежал крохотный синий шарик. Водная матирия.

Я сдвинул брови.

– Одри?

Глава 9

Одри

Откуда в садовом сарайчике взялся Марко, я так и не поняла. Вот я вызвала блудичка, вот любовалась им, разглядывая переливающиеся струи… И вдруг ни с того ни с сего Марко вырвал из моих рук ножницы, царапая лезвиями едва не до крови. А теперь еще и сверлил таким взглядом, что хотелось провалиться сквозь землю.

– Пожалуйста, скажи, что это не то, чем кажется, – проговорил он, сурово хмурясь.

Я посмотрела туда, где только что висел огонек, но теперь вместо него на полу лежал шарик матирии. Маленький, не больше пуговицы.

На мгновение блудичка стало жаль.

– Ты его убил, – сказала я вслух.

– Потому что иначе он убил бы тебя, – возразил Марко.

Я снова перевела взгляд на парня. В его невозможно зеленых глазах светилось беспокойство. Может, он прав? В конце концов, откуда у меня в руках взялись ножницы? Не помню, чтобы их брала. Блудички завораживают своих жертв. Может, и меня заворожил?

Я открыла было рот, чтобы сказать спасибо, но тут Марко произнес занудным, как у профессора, тоном:

– Вызывать духов в одиночку опасно.

И мне стало обидно. Ему-то, конечно, хорошо, у него с магией проблем нет. Вот и читает нотации. А мне что делать?

– У меня не было выбора, – пробурчала я и, отвернувшись, присела.

– Одри, если об этом узнают… – продолжал он.

Но я не слушала. Протянула руку и осторожно взяла шарик матирии в ладонь. Он вспыхнул, чуть пощекотав кожу, и исчез.

На сердце потеплело, и я почувствовала себя слегка пьяной. Всего на мгновение показалось, что мне не о чем беспокоиться. Я сильная и смелая, вон на что решилась и обязательно пройду все испытания. Никто меня из академии не отчислит и магию тем более не отнимет. И все, все-все будет хорошо.

Минуту блаженства прервал хлопок двери. Я подскочила, в ужасе глядя на разрисованный мелом пол. Марко прав, если это увидят, я пропала!

– Что вы тут делаете? – раздался раздраженный голос мистера Шира.

Меня за полками было не видно, а вот красная макушка Марко прекрасно просматривалась и с порога.

Парень вышел садовнику навстречу, загораживая проход ко мне. Я бросилась на колени и, схватив бутылку с грязной водой из лужи и какую-то тряпку, принялась судорожно отмывать мел.

– Простите, мистер Шир, – вежливо начал Марко, – я всего лишь ждал, пока моя подруга закончит убирать инвентарь.

– Здесь не место для свиданий, – пробурчал садовник. – Подождали бы снаружи.

– Я надеялся застать вас, – ответил Марко, и я так и представила себе изумленное лицо мистера Шира. – Вы ведь отлично разбираетесь в языке цветов. Я хотел посоветоваться, что лучше подарить даме. Собирался купить желтые розы, но говорят, желтый цвет – символ измены, и сами понимаете…

Пока Марко нес эту чушь, я судорожно терла доски. Даже если мел отойдет не полностью, не страшно, важнее было, чтобы в рисунке никак не угадывался сигил.

– Да, желтый цвет не совсем подходящий, – к моему удивлению, начал рассказывать мистер Шир. – Но измены тут ни при чем. Желтый – цвет богини Амины и животной стихии. Если вы подарите его даме, это будет символизировать животную страсть, а отнюдь не высокие чувства. Впрочем, если вы выберете золотистый оттенок, то уже попадете в вотчину бога Пирра, солнца и радости.

– Я думал, символ Пирра – красный, – как будто с искренним интересом заметил Марко.

– И красный тоже, – подтвердил садовник, – но когда речь идет о цветах…

Пока они вели эту увлекательную беседу, я закончила мыть пол. Сунув тряпку с бутылкой в темный угол, я позволила себе выдохнуть и, поправив юбку, показалась из-за широкой спины Марко.

– Мистер Шир, я все сделала.

Садовник кивнул, больше не обращая на меня внимания, и продолжил рассказывать про цветы и цвета. Теперь уже Марко пришлось думать, как прервать затянувшуюся лекцию.

– Благодарю, да, спасибо, – распинался он, аккуратно двигая меня к двери.

Когда мы наконец оказались на воздухе и оставили сарай далеко за спиной, то дружно расхохотались.

– Вот уж не думал, что Шир такой знаток, – заметил Марко.

– Как ты ловко нащупал его любимую