Огненный поцелуй для Снежинки - Алёна Рю

– Одри. – Он вдруг посерьезнел. – Нам надо поговорить.

От его бархатного и в то же время властного голоса по спине побежали мурашки. Я замерла как завороженная.

Марко шагнул ближе и спросил шепотом:

– Зачем ты призывала духа?

Я отвела взгляд.

– Ради матирии. – И, глубоко вдохнув, вскинула подбородок. – А впрочем, ты не поймешь.

Марко сдвинул свои красивые брови.

– Чего не пойму?

Я смерила его взглядом. Стоит тут весь такой шикарный и смотрит так, что дышать трудно. Можно ли объяснить человеку, который никогда в жизни ни в чем не нуждался и кто пользуется магией по щелчку пальцев, какие проблемы у таких, как я? Может, он посчитает, что со слабым даром не надо было и соваться в академию? А что, как там говорят, каждый сверчок знай свой шесток!

Марко терпеливо молчал, ожидая моего ответа, и я все же решилась.

– Ребята говорили, что завтра на отборе мы будем сражаться друг с другом. И моя магия самая слабая. Я до сих пор не понимаю, как меня вообще включили в список кандидатов. – На последних словах я почувствовала, как к горлу подступил ком, и захотелось разреветься.

Мимо нас прошла пара студентов, помогая мне собраться и не превратиться в кисель.

– Пойдем-ка отсюда. – Марко взял меня за запястье и потянул за собой.

Прикосновение его пальцев разливалось теплом по коже и поднималось вверх к плечу. Этот жест, конечно, ничего не значил, Марко просто не хотел, чтобы нас слышали, но мне вдруг захотелось, чтобы он не выпускал моей руки. Так и готова была идти за ним куда угодно. Демоны, наверное, я все еще не отошла от воздействия блудичка!

Мы прошли мимо фонтана, где совсем недавно ребята отмечали победу в игре, и оказались в глубине парка. Здесь цвела вишня, осыпая молодую траву лепестками, словно снегом. Тягуче-сладкий запах кружил голову. Как будто она и так у меня не кружилась!

Мистер Шир частенько гонял студентов, чтобы не беспокоили хрупкие вишневые деревья. И потому я удивилась, обнаружив под сенью розово-белых ветвей неприметную беседку. Я о ее существовании даже не подозревала. Это Марко явно был человеком опытным и знал, где можно укрыться от чужих глаз, если что. И не просто укрыться, а оказаться в плену редкой красоты.

Мысль, что мы здесь одни, заставила заволноваться еще сильнее. И когда Марко выпустил мое запястье, из меня полились оправдания.

– Не подумай, что я хочу схитрить, – тараторила я. – Но профессор Клейн отказался давать мне матирию, и это нечестно.

– Почему отказался? – Марко нахмурился.

– Потому что меня и так отчислят! – Я опустилась на лавочку в беседке и шумно выдохнула, стараясь все-таки не разреветься. – Я поступила сюда по программе поддержки бедных, но ее закрывают. Так что практика – мой единственный шанс не вылететь и сохранить душу.

– Душу? – Марко сел рядом. – Ты говоришь о ритуале разъединения?

– Да. – Я задрала рукав блузки и показала ему браслет. – Это, как они выразились, маячок. Я теперь даже покинуть академию не смогу, не оповестив об этом полицию. Так что завтра я должна победить. Не знаю как, но должна.

Марко задумчиво потер свой волевой подбородок.

– То, что Клейн не дал тебе матирию, возмутительно, – начал он. – Но шарик, который ты впитала, – это почти ничего. Не уверен, что ты вообще почувствовала какую-то перемену.

Я мотнула головой, подтверждая его слова.

– Но я знаю, где матирию хранят, – добавил Марко.

Я вскинула голову и встретилась с его зелеными глазами.

– Ты же не говоришь о…

– На один шарик ты имеешь право, – уверенно заявил Марко. – Это будет справедливо.

Я моргнула, пытаясь переварить услышанное. Он что, предлагал украсть его?

– Мы возьмем только один, – продолжил парень. – Не знаю, говорил ли вам уже Клейн, но потреблять много матирии сразу смертельно опасно.

– Я… – Я снова посмотрела ему в глаза. Какой же он красивый. Нереально красивый и сидел сейчас рядом со мной. Невозможно! – Почему ты мне помогаешь? – все же спросила я.

Марко улыбнулся, и черты его лица стали еще безупречнее.

– Потому что надеюсь, ты поможешь мне. – И, задрав рукав своей рубашки, показал метку, очень похожую на мою.

– У тебя тоже? – воскликнула я.

– Ты знаешь, что это значит? – Он наклонился ближе, и нос защекотал запах его умопомрачительного одеколона.

– Нет. – Я осторожно отодвинулась, чтобы совсем не сойти с ума. – Но, похоже, метка появилась вчера днем. Не знаю откуда. В обморок я не падала и уж точно ничего не поджигала.

– Одри. – Марко развернулся в мою сторону и посмотрел серьезнее обычного. – Ты знаешь, что произошло со мной в той аудитории?

– Нет. Я сказала правду. Я нашла тебя таким.

– Тогда почему ты убежала? И потом, когда мы пытались поговорить…

Я сглотнула, чувствуя, как краснеют мои щеки. Ну нет, в поцелуях я ему признаваться не буду!

– Это из-за твоей репутации. Говорят, ты попросил отчислить Делиру, потому что она тебе надоела.

Я сощурилась, внимательно наблюдая за его реакцией. Соврет или скажет правду? Или вообще уйдет от темы?

Марко наклонился вперед, положив локти на колени, и