Отвергнутая жена дракона. Второй шанс для попаданки - Чинара

— Я ему несказанно признательна. — ответила я.

Кэрион слегка нахмурился. Тень беспокойства в его глазах стала еще глубже.

— Ты бы не осталась на улице, сестра. Ты же знаешь, что всегда можешь на меня рассчитывать? — напряженно спросил он. — Знаешь же?

Нет. Я этого не знала. Но посчитала, что будет правильнее неопределенно кивнуть головой в знак согласия и закрыть туманную тему.

— Хорошо. — сказал не-мой брат. — Изучи договор.

С усилием заставив себя отвлечься от разговора, я сосредоточилась на бумагах. Мелкий шрифт плясал перед глазами, но я упрямо вчитывалась в каждое слово, каждую запятую.

Поместье Ветерфей, границы владений, доходы, расходы… Все было прописано до мельчайших деталей.

Кэрион молча наблюдал за мной, и я физически ощущала на себе его пристальный обеспокоенный взгляд.

Спустя какое-то время дверь тихо отворилась, и в кабинет вернулся Иэрон.

Его лицо, напоминающее застывшую властную маску, оставалось абсолютно непроницаемым. Невозможно было понять, что творится в голове этого мужчины.

— Все устраивает? — спросил он, бросив мимолетный взгляд на разложенные передо мной бумаги.

— Да, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно и уверенно.

Он едва заметно кивнул.

— Что ж, тогда приступим.

Иэрон поднял ладонь и дыхнул на нее язычок пламени. В его руке тут же возник маленький, извивающийся огненный дракончик, с любопытством уставившийся на меня своими рубиновыми глазками. Его взгляд казался не по возрасту осмысленным.

— Дай мне свою ладонь, Ванесса. — велел хозяин поместья, протягивая руку.

Я поежилась и честно призналась:

— Как-то… не очень хочется.

Лицо Иэрона помрачнело.

— Ты опять за свое?

Кэрион приблизился ко мне и тихо шепнул на ухо:

— Сестра, это же всего лишь формальность. Стандартная процедура. Ничего страшного не произойдет.

Несмотря на то, что я не доверяла ни единому слову, исходящему от мужчин в этой комнате, я понимала, что у меня нет другого выхода.

Обреченно встала, сделала шаг навстречу Иэрону, и он, не теряя времени, сомкнул наши ладони.

К собственному удивлению, я не почувствовала жжения. Лишь приятное, расслабляющее тепло, медленно разливающееся по венам.

— Чтобы ты не испытала боли, я не стану насильно лишать тебя статуса первой жены. — произнес хозяин дома, глядя мне прямо в глаза, — Будет лучше, если ты откажешься от него добровольно.

— Отказываюсь, — выпалила я, лишь бы быстрее со всем этим закончить.

Кэрион вновь склонился ко мне:

— Эри Дарнин, вам необходимо произнести следующее: «Я, Ванесса Дарнин, первая дочь дэра Грэмма, по собственной воле отрекаюсь от статуса первой жены дэра Дарнина и уступаю его другой».

Я повторила слова. И в тот же миг маленький дракончик вдруг начал стремительно увеличиваться в размерах. Его рубиновые глаза вспыхнули яростным, неконтролируемым гневом. Он недовольно и свирепо зашипел.

Мою руку пронзила острая, нестерпимая боль, словно тысячи раскаленных игл вонзились под кожу. Я издала отчаянный крик и потеряла сознание.

Глава 18. Воспоминание маленькой Ванессы

Холод.

Холод пронизывал до костей, сковывая дыхание и усиливая внутреннюю пустоту. Колючий и беспощадный, он заползал под тонкое платьице, пробираясь до самой кожи, вызывая ледяные мурашки.

Ветер яростно трепал волосы. Запутывал тоненькие яркие ленточки, вплетенные в них. Казалось, он норовит сорвать их и унести, словно последние остатки тепла и надежды.

Я — маленькая, испуганная девочка, стояла на пороге огромного, мрачного особняка. Меня только что безжалостно вышвырнули наружу. Потому что я… опозорила его…

— Ты — одно сплошное разочарование для рода Грэмм! — гремел у меня за спиной хлесткий мужской голос. — Бездарная! Бескрылая! Мне стыдно признавать тебя своей кровью! Ты — позор для нашего рода. И почему твоя мать не потеряла столь никчемный плод!

Дверь за спиной с грохотом захлопнулась, отрезая меня от тепла и защиты. Я в панике обернулась и начала стучать маленькими кулачками по тяжёлой, дубовой поверхности.

— Пожалуйста, папочка, открой! Прошу, прошу, пощади! Я не хотела, папочка… Позволь мне попытаться снова! Папочка…папочка…пожалуйста, не отрекайся от меня…

Слезы градом лились из моих глаз, обжигая щеки.

Но ответа так и не последовало. А спустя время пришло понимание, что никто не намеревается впускать меня обратно.

На улице сгущалась тьма. Холод проникал все глубже, будто стремился заморозить саму душу. Какое-то время я стояла, вцепившись в рассеивающиеся остатки надежды. Но чуда так и не произошло.

Тогда я отступила. Покинула порог и направилась к единственному месту, где могла найти утешение: к своему любимому саду. Там, в густой тени увитой розами беседки, я спряталась от мира и дала волю слезам.

Сегодня я должна была доказать, что я достойная наследница рода Грэмм. Стать хоть каплей гордости для отца. Загладить вину за свое рождение. Ведь чаще всего в драконьих семьях первенцы — наследники. В идеале — рожденные с крыльями и магией. А я… девочка. Без крыльев.

Отец, должно быть, был раздавлен, когда ему сообщили о рождении дочери. Но во мне сразу ощутили магическую искру и, возможно, это несколько смягчило его разочарование.

Друзья нашей семьи восхищались моим потенциалом. Но годы шли. Мне исполнилось шесть лет, а магия все так же молчала. Огненный цветок не спешил распускать лепестки. И тогда, отец прибегнул к дружескому совету. К нам приехал настоящий фэсперит из столичной гильдии.

Это был высокий мужчина, в длинном сером плаще, полностью скрывающем фигуру. Капюшон прятал его лицо, оставляя в тени лишь намек на острые скулы и тонкий шрам на щеке.

В большой зале нашего родового дома царила напряженная тишина. Члены рода и ближайшие друзья отца безмолвными статуями стояли возле стен. Я нашла глазами мою лучшую подругу. Она жалась к своей матери и сжимала ее руку. В ее глазах плескался такой же страх, что и в моих. А ее мать, всегда благосклонная ко мне, едва заметно кивнула и слегка улыбнулась, подбадривая.

Мужчина в плаще медленно протянул мне камень. Он был каплевидной формы и казался воплощением маленькой тьмы. Пульсирующий глубокими оттенками синего и фиолетового, словно в нем заключена частичка ночного неба со всеми его тайнами.

— Возьми, Ванесса из рода Грэмм. — прогремел сильный голос фэса. — И держи в руке до тех пор, пока не почувствуешь тепло.

Я замерла, отчего-то парализованная внезапным страхом. Сердце заколотилось, как птица в клетке. Отец, нахмурившись, нетерпеливо подтолкнул меня вперед. Ему всегда не нравилась моя нерасторопность. И он был скор на расправу. Не терпел медлительность.

В тот миг я думала лишь об одном — сегодня все изменится. Сегодня я покажу отцу свою