Начни сначала - Клио Найтис

Глэдис лишь грустно усмехнулась. Она не стала рассказывать Джекки, что этот совет несколько запоздал и решительное «нет» уже было произнесено…

Оказавшись на палубе, Глэдис едва добрела до шезлонга. Лишь опустившись в удобное кресло, она осознала, до какой степени переволновалась и устала. Она вдруг обнаружила, что у нее стучат зубы, а руки и ноги и вовсе ходят ходуном. Глэдис принялась с силой растирать плечи, пытаясь хоть как-то унять эту дрожь.

Слегка придя в себя, Глэдис услышала шум приближавшегося катера — спасатели помогли Шону добраться до яхты. Она услышала бодрый голос Шона, но не поняла ни слова. Шон говорил со спасателями по-испански. Послышался веселый смех, а затем вновь шум мотора. А через несколько мгновений Шон появился на палубе, немного бледный и с забинтованной рукой, но он был жив! И он улыбался ей, Глэдис.

Позабыв о своих переживаниях, Глэдис вскочила, бросилась Шону навстречу и обняла, обвив руками шею. Она была так счастлива вновь его увидеть, что почти не слышала, что он говорил. Что-то о том, что все уже позади.

— Но ведь ты мог погибнуть! — Глэдис и не заметила, что перешла на «ты».

Слегка отступив назад, она с тревогой всматривалась в лицо Шона. Но он был на удивление спокоен и продолжал улыбаться как ни в чем не бывало. Казалось, неожиданный порыв Глэдис произвел на него гораздо большее впечатление, чем «этот небольшой инцидент».

— Ну не стоит преувеличивать, — снисходительно отозвался Шон. — Акулы далеко не всегда нападают на людей. Возможно, наша знакомая просто приплыла полюбопытствовать, кто вторгся в ее владения.

Голос Шона звучал успокаивающе, но Глэдис не очень-то верилось в подобное предположение. Она не могла забыть совет Шона воспользоваться рацией, если… Если что?

— Да у тебя зуб на зуб не попадает! — Шон заметил, что Глэдис снова затрясло.

Это была запоздалая реакция на шок. Однако это не помешало Глэдис заметить, что Шон последовал ее примеру и тоже перешел на «ты».

— Отправляйся поскорее в душ, — весело приказал Шон, — и постарайся как следует согреться. А я пока кое-что приготовлю.

— А куда исчез твой кулон? — спросила Глэдис ни с того, ни с сего.

— Ах, это! — Шон рассмеялся, коснувшись пальцами шеи. — Он сослужил свою службу. Ну а теперь бегом в душ!

Нежась под теплыми струями воды, Глэдис окончательно пришла в себя и совсем перестала бояться. Остался только легкий стыд. И еще ей было немного непонятно, как, собственно, ей теперь следует держать себя с Шоном. Ведь маска невозмутимой светской львицы окончательно с нее слетела. Шон видел ее плачущей, перепуганной и, что неприятнее всего, немного бестолковой.

Что ж, будет ей урок. Не надо рядиться в чужие одежды. Особенно если не умеешь их носить.

Глэдис закуталась в белоснежный махровый халат и вернулась в спальню. Высушив феном волосы, Глэдис переоделась в шорты и блузку и вышла в гостиную, надеясь найти там Шона. Однако гостиная оказалась пуста. Глэдис направилась на поиски и очутилась в небольшом уютном помещении, оказавшемся кухней. Шон в этот момент осторожно ставил на небольшой столик два высоких бокала с темно-красной жидкостью. Шон успел переодеться в темно-синюю рубашку с короткими рукавами и легкие полотняные брюки. Глэдис вновь обратила внимание на повязку у него на руке.

— Я приготовил нам по бокалу грога, — пояснил Шон с улыбкой. — Сейчас это очень кстати.

В кухне витал аромат лимона, гвоздики и еще каких-то пряностей.

— Ты и грог умеешь варить, — отозвалась Глэдис.

Она вновь испытала чувство неловкости. Казалось, Шон совсем на нее не сердится, но все же…

Глэдис подсела к столу и обхватила ладонями бокал. Он оказался довольно горячим.

— Выпей, пока не грог остыл, — посоветовал Шон.

Глэдис послушно отпила несколько глотков. Она не любила грог, но ей не хотелось обижать Шона.

— Скажи, а что у тебя с рукой? — поинтересовалась Глэдис делано равнодушным тоном, но внутренне напряглась.

Шон некоторое время задумчиво молчал, и Глэдис заметила, что он вдруг стал очень серьезен, даже немного нахмурился.

— Видишь ли, Глэдис, — голос Шона звучал спокойно, но в нем чувствовалось скрытое напряжение, — я ведь вовсе не шутил, когда предупреждал тебя об опасности.

Глэдис слегка отодвинула бокал и во все глаза смотрела на Шона.

— Ты хочешь сказать?.. — начала она и запнулась. — Это… это акула?

Шон рассмеялся и покачал головой.

— Поверь мне, Глэдис, при тесном контакте с акулой вряд ли удастся отделаться небольшой царапиной на руке. Именно об этом я и пытался тебя предупредить.

— Так что же произошло? Где ты повредил руку? — Глэдис сама удивлялась своему упрямству.

Шон ответил не сразу.

— Хорошо, я объясню. — Он внимательно посмотрел на Глэдис, словно решая, стоит ли продолжать. — Видишь ли, я не думал, что мы подвергаемся серьезной опасности, но на всякий случай решил принять кое-какие меры предосторожности.

— Какие же? — Глэдис нетерпеливо смотрела ему в лицо. Она чувствовала, что за словами Шона кроется что-то очень важное.

— Я не сомневался, что мы оба успеем доплыть до безопасного места, — неторопливо продолжат Шон, — но мне было необходимо отвлечь акулу на себя. Так, на всякий случай.

— Отвлечь на себя? — недоуменно спросила Глэдис. — Что ты хочешь этим сказать?

Шон пожал плечами.

— Дело в том, что акулы очень чутко реагируют на кровь, — спокойно пояснил он. — Вот я и решил слегка поцарапать себе руку, чтобы быть уверенным, что она точно поплывет за мной.

Глэдис молчала, глядя прямо перед собой остановившимися глазами. Теперь она все поняла.

— Ты сам себе порезал руку? — спросила она непослушными губами. — Той ракушкой, что была у тебя на шее?

Шон слегка усмехнулся.

— Можно и так сказать. — Он вытянул перед собой забинтованную руку. — Я слегка перестарался. Но что об этом говорить? Все уже позади.

— Нет, не все, — тихо возразила Глэдис. — Во всем виновата я. Ты не должен был… Я…

Все вдруг закружилось у Глэдис перед глазами. Один за другим возникали обрывки воспоминаний. Вот Шон пытается убедить ее, что пускаться в это плавание очень опасно. А теперь он указывает ей на акулий плавник и приказывает как можно быстрее вернуться на яхту. А вот Шон и акула исчезли под водой…

Шон с самого начала знал, что может погибнуть! Он нарочно порезал себе руку, чтобы акула поплыла за ним. Шон готов был погибнуть, чтобы спасти ее, Глэдис!

Внезапно Глэдис обнаружила себя судорожно рыдающей в объятиях Шона. Она не слышала, что он ей говорил, в голове билась одна-единственная мысль: Шон мог погибнуть из-за ее идиотской прихоти.