Люблю тебя ненавидеть - Ники Сью

– Моя мама очень дорожила ей, наверное, она была замечательным человеком. – Наконец, нашлась, что ответить.

– Но? – будто подталкивал к правде Тимофей. Он видел мои чувства насквозь. И прекрасно понимал, что ту подругу, несмотря ни на что, я не любила. А может… как бы отвратительно не звучало, где-то ненавидела. Винила в том, что я осталась одна.

– Лучше бы, они никогда не знакомились, – шумно вдохнув воздух в легкие, проронила я, откладывая вилку. Аппетит пропал. Желание делиться прошлым тоже.

Глава 22

Всю следующую неделю я нагло жила у Тимофея, и игнорировала звонки бабки. Понимала, конечно, что поступаю не правильно, в конце концов, Макаров не обещал мне вечную защиту, крышу над головой и еду. Он довозил меня до универа по утрам, независимо от того, какая стояла пара, и привозил.

По вечерам мы вместе ужинали, а утром иногда завтракали. И чтобы хоть как-то перестать быть от него зависимой, а я физически ощущала, что попала в его плен, я приняла решение найти подработку. В конце концов, Тимофей, будто кукловод, мог сделать со мной что угодно. У меня не было денег. У меня не было друзей, родителей. Абсолютно никого. Мой мир сузился до одного человека – Тима. И это не предвещало ничего хорошего.

Более того, сердце мое все больше отзывалось чувствами к этому парню. Ждало хоть какого-то внимания, и радовалось тем крохам, которые иногда перепадали. Ведь… между нами была холодность. Тим будто намеренно отдалился, опасаясь, что может разрушить свой мир, если впустит туда меня.

* * *

В пятницу я на стенде в универе увидела объявление: рекламное агентство искало моделей. Объявление было едва заметным, скромненько висело в углу. Сорвав его, я в отчаянии набрала по номеру, и узнала, что мои данные им подходили: рост, вес, возраст, даже цвет волос. Обещали за одну съемку три тысячи рублей, что для меня нынче – целое состояние.

Тревожило только месторасположения – в черте города. С другой стороны, где сейчас не размещались фотостудии? Мысленно я себя убедила, опасаться нечего. И не сказав Тиму ни слова, сбежала с последней пары на подработку.

Он, конечно, мое отсутствие заметил. Он вообще как коршун следил за мной. Я в этот момент уже ехала на автобусе, и увидев его вызов, вся сжалась. Не хотелось ему врать, но я почему-то была уверена, он не одобрил бы эту работу. А почему, я и сама не понимала толком.

В итоге решила сбросить, и запихала мобильник в сумку. Позже расскажу… Может, же у меня быть личная жизнь, границы которой никто не будет пересекать?

Высокое двухэтажное здание студии показалось мне очень милым, по крайней мере, с виду. Панорамные окна. Красивая вывеска. Ухоженная клумба рядом. Я открыла дверь и, с тревожной душой, вошла внутрь. Меня встретил просторный холл с большими зеркалами и мягкими диванами. На стенах висели абстрактные картины в ярких рамках, на полу лежал мягкий ковёр с необычным узором. Все в целом… будто так и должно быть, но где-то под ребрами меня кусало странное ощущение. Я не могла его толком объяснить, и из-за этого раздражалась.

Молодая девушка, в довольно откровенном платье, приветливо мне улыбнулась.

– Вы на фотосессию? – спросила она, кокетливо поправляя край короткой юбки, которая, словно нарочно, задралась чуть выше приличного.

– Ну... да. - Ответила я, пытаясь скрыть неловкость, которая внезапно сковала горло.

– Прошу, – она показала на лестницу, ведущую куда-то в полумрак нижнего этажа. И в этот момент, у меня снова зазвонил телефон.

– Простите, – я затормозила. Внутреннее желание взяло вверх. – Могу воспользоваться вашей уборной? Мне очень… нужно.

– Конечно, – хитрая улыбка сверкнула на пухленьких губах, а уже через пару минут, девушка покинула меня, оставляя в туалете.

Я приваливалась спиной к стене, вглядываясь в столь своеобразный интерьер. Диван в стиле девятнадцатого века прямо по центру помещения, странная подсветка в алых тонах, но больше всего меня смутило содержание ведра, под раковиной. С моего места было отлично видно, что там валились использованные презервативы.

Мне сделалось не по себе…

Вытащив мобильник, я быстро набрала Тима, который оставил больше десяти пропущенных. Единственный человек, кто обо мне переживал – был он.

– Да, привет, – тихо произнесла, поглядывая на дверь. Казалось, ручка вот-вот повернется и кто-то войдет.

– Почему ты не отвечала? – грозно спросил Тим. – Где ты вообще? С кем?

Показалось, что он сделал акцент на фразе “с кем”, но возможно, это лишь мои предрассудки.

– Я вроде нашла работу, модель в фотостудии… Платят неплохо.

– Что за работа? – его голос, такой глубокий и строгий потребовал ответов. Я замерла, и уголки моих губ невольно растянулись в улыбке. В груди разлилось тепло, редкое и почти забытое чувство. Впервые за долгое время кому-то было не всё равно: где я, что со мной.

Это ощущение было для меня почти чужим. Сколько я себя помню, всегда была одна – никому не нужная, просто тень, скользящая по жизни. Но теперь… ничего особенного между нами вроде бы и не произошло, но эти звонки, его серьёзный тон, лёгкий намёк на контроль – всё это будило во мне что-то новое. И я совру, если скажу, что мне не нравилось это.

– Моделью.

– Моделью? – скептично и как-то озадаченно переспросил Макаров. – Чего именно? Как называется компания?

– Я не уточнила, пока вроде только собеседование. Я прислала им свою фотку и они сказали, что я симпатичная.

– Как будто и без них ты этого не знала, – я представила, что если бы Тим стоял напротив, то, наверное, он бы хмурил бровями.

– Ладно, мне уже пора.

– Какой адрес, Настя? – вдруг кинул раздраженно Тимофей.

– Что?

– Говори адрес твоей фотостудии.

– Зачем? – искренне удивилась я. А потом послышались шаги, и я подумала, ничего такого не будет, если Тим заедет за мной. Он ведь сам проявляет инициативу, я его не заставляю. – Ладно, сейчас скину.

– Буду после последней пары. Отключаюсь.

Вызов завершился, и на пороге выросла та девушка, что меня встретила в холле. Она намотала прядь светлых волос на палец, громко и активно жуя жвачку.

– Ну, долго ты еще?

–