Сделай мне ребенка - Ольга Тимофеева

Титов: “Не утра же. К смене готов. С собой - зубная щетка, подозрительно свободный вечер и парочка идей, от которых ты будешь краснеть”

Поджимаю губы, чтобы сдержать глупую, довольную улыбку на губах.

Я: “квартира 157”

Титов А: “принято”

Ближе к восьми выпроваживаю детей, чтобы они случайно не столкнулись с Лешей.

Отправляю их, сама прохожусь по комнатам, проверяю не забыли ли ничего. На верхней замечаю телефон Роберта.

Вот балда. Беру его и тут же слышу звонок в дверь.

- Телефон забыл, - возвращается уже один.

- Я нашла, - протягиваю ему. Ещё раз целую и отправляю.

Успеваю только закрыть дверь, дойти до кухни и почти выглянуть в окно, как снова слышу звонок в дверь.

Ну вот что ещё….

- Что ещё забыл?

Открываю и сходу киваю Роберту.

Но там Алексей.

Смотрит на меня хмурясь.

- Ой. Ты?

- Я. А ты кого ждала?

- Ты рано просто, заходи.

Заходит.

Тянет на себя скрипучую дверь, которую ещё больше заедать начинает.

- Это кто был? - дергает сильнее дверь.

И в свете нашего с ним вчерашнего разговора о детях совсем сейчас странно будет звучать.

- Где?

- Мне вот не понятно, Сонь, - разувается медленно. - Я обещал, что с моей стороны отношений ни с кем не будет, а к тебе какой-то полупокер ходит, на машине тебя забирает. Не хочется думать, что у тебя тут сделки со всем районом.

Чего?!

 Глава 27. Кто это был?

- Ты что хочешь этим сказать? - упираюсь ладонями в талию.

- Я что хотел сказать, то сказал.

- И не надо мою дверь ломать.

- Я не ломаю! И ее, наоборот, починить надо.

Защелкивает замок.

- Кто это? Или я рано пришел?

- Рано!

- Рано, да?

Идет на меня и подхватывает на руки, оглядывается и несет в спальню.

Хотя у меня выбор небольшой. Спальня и кухня.

- Ты чего творишь?! - хватаюсь за его плечи. - Титов, поставь меня!

- Кто это?

Падает на диван и усаживает меня к себе на бедра.

Края трикотажного домашнего платья тянет вверх к талии и целует в основание шеи.

- А ты что, ревнуешь? - упираюсь в него руками, чтобы вырваться, но держит крепко.

Выдыхаю и обнимаю его сильнее.

Почему так нравится его провоцировать и злить?!

- Нет, не хочу, чтобы ты потом сомневалась, кто отец ребенка.

Огромными ладонями сжимает попу.

- Он с девочкой был, если ты не заметил.

- Не важно. Кто!

Ну точно, ревнует.

- Это мой сын.

Специально не все говорю, чтобы ещё больше на его ревнушки посмотреть.

- Сын… значит…

Сжимает грудь, оттягивает горловину платья и целует ключицы.

- Да…

Боже, как горячо и как хорошо. Подбираю пальцами его футболку и тяну ее вверх.

- Зачем тогда тебе ещё ребенок, если уже есть один?

- Детей люблю!

- Нестыковочка, Софья Федоровна, - зацеловывает шею. - Ты во сколько тогда его родила?

Раздеваю его и впиваюсь голодными губами в кожу. Чуть солоноватая от пота, но вот вообще сейчас это безразлично.

- Рано…

Чуть привстаю и трусь о член сквозь несколько слоев ткани.

- В десять, что ли? - прикусывает губу и втягивает ее.

Я только загадочно улыбаюсь в ответ.

Веду ноготками от пояса его брюк вверх к груди

- Софья!

Дышит глубже, пальцы сильнее сминают бедра.

Толкается мне навстречу, и я сама двигаюсь в такт, всё быстрее, пока ткань между нами уже не спасает.

- Рассказывай давай! Все!

Затыкаю сама ему рот поцелуем и тянусь к пуговице на джинсах.

Молния вниз.

Подождут рассказы….

Спускает джинсы и отодвигает край моих трусиков.

Все это без прелюдий, удобств и лепестков роз, но оказывается, возбуждает мужчина, который рядом, а не антураж.

- Восемнадцать мне было, - опускаюсь на член.

Медленно сажусь на него, глубоко, до конца.

Начинаю сама двигаться.

- Родители Роберта погибли. Его мама - моя двоюродная сестра.

Он замирает на мгновение, будто фиксируя важную точку в разговоре.

- Он мне как сын, - шепчу в губы. - Племянник по крови, но называет мамой. И я ему как мама.

Все с Титовым не как у всех. Даже секс.

Обсуждаем прошлое и работаем над улучшением демографии.

Я как в каком-то дзене с ним. На одной волне.

Двигаемся слаженно, будто давно знаем друг друга.

Будто не первый раз. Будто не просто сделка. А наоборот, замужем не один год.

Или кажется только…

Наоборот. Ничего близкого. Чистая физиология, процесс и цель - сделать ребенка.

- Понял, - рывком снимает меня с себя.

Заваливает на диван. Под живот мне подсовывает диванную подушку, тянет трусики вниз и наваливается сверху.

- Так бы сразу и сказала!

Хватаю ртом воздух, когда снова во мне и дарит ещё попытку стать мамой.

- Мне тяжело тебя держать, - бурчу, прижатая щекой к дивану.

Поднимается на руках и целует в спину.

- У тебя дверь входная плохо закрывается.

- Да знаю я!

Вот пристали.

- Вызову мастера завтра.

- Я посмотрю, - поднимается и отпускает меня.

- Не надо, Леш.

Оборачиваюсь.

Титов натягивает спущенные джинсы.

Я одергиваю задранное до талии платье.

Так пошло это все. Не как в красивой эротике, а как в порнушке.

Но когда такой режиссер и главный актер…

Натягивает свою футболку, а я провожаю взглядом, как идет в коридор.

Широкие плечи, накачанные руки, узкие бедра.

Попа наверное шикарно смотрелась бы, когда он сексом занимается. Я бы посмотрела за ним в зеркало.

- У тебя шуруповерт есть? Или отвертка хотя бы? - зовет из коридора.

Дёргаюсь.

О чем это я… быстро поднимаюсь.

- Отвертка должна быть.

Роюсь в ящике в шкафу, пока Алексей рассматривает петли на двери.

- Вот, все, что у меня есть, - отдаю ему короче весь