Взрослые игры - Елена Колина

— Ангелом, еще чего! — рассердилась Алена. За дверью что-то зашуршало. Думаю, это Мура устала стоять ухом к двери и поменяла позу.

— Мура! — строго крикнула я.

— Не волнуйтесь, Мура подслушивает под дверью, — сказала Мурка, появляясь на кухне. — Я только попью, поем и вообще посижу с вами. Тем более у меня есть план.

Мурин план был такой. У них в классе есть одна девочка, Катька. Катька любит одного мальчика. А мальчик вдруг стал поглядывать на уроках на другую девочку. Тогда Катька стала всюду брать ее с ними, мальчик быстро понял, что она дура, и теперь у Катьки с ее мальчиком опять все хорошо.

— Поняли? — покровительственно спросила Мура и удалилась. Глупая Мура не понимает — Катьке-то хорошо, какие ее годы, а Алена рискует всем. К тому же это попахивает опереттой и вообще ужасно надуманно.

— Знаешь что? — спросила Алена, и я вдруг вспомнила, как она на физкультуре прыгала в высоту — она сбивала и сбивала планку и все равно продолжала прыгать, и лицо у нее было как сжатый кулак, в точности как сейчас. — А что я теряю? Уже все так плохо, что хуже некуда. Приглашу эту заразу домой, а там посмотрим. Врага надо знать в лицо.

Я растерялась.

— Это как-то неловко…

— Ловко.

— Неэтично…

— Этично!

— Ни в какие ворота не лезет!

— Лезет. Всё.

Алена ушла, а я подумала и решила — а что, неплохой план. Можно сказать, очень хитрый психологический план, сокращенно ХПП. Поскольку Никита воспринимает своего секретаря-референта как школьную любовь, то есть как что-то лирическое, можно попробовать лишить ее этого лирического флёра времен промокашек и поцелуев в раздевалке.

— По-моему, у Алены все получится, — важно сказала Мурка, — а если возникнут вопросы, спросим у Катьки.

20 ноября, пятница

Мамин недовольный голос бывает просто недовольным, как всегда, а бывает НЕДОВОЛЬНЫМ ГОЛОСОМ С ТРАГИЧЕСКИМ ЛИЦОМ. От такого голоса у меня внутри начинается волнение — это я опасаюсь, что мне очень сильно попадет.

— Ты все время занимаешься чужими делами! — сказала мама недовольным голосом с трагическим лицом.

Интересно, каждый человек в момент разговора по телефону с собственной мамой точно знает, какое у нее сейчас лицо, или только я, потому что я психолог?

— Что такое?

— Кто сутки просидел у Алены в то время, как Мура была без котлет? Ребенок мне так прямо и сказал — я проживаюсь без котлет.

Я молчала и боялась.

— Кто постоянно болтается по магазинам без денег? И не думай, что тебе удастся хоть что-нибудь от меня скрыть.

Я и не думаю.

Мама права. Пришла пора заняться Муриным будущим. Проверю-ка я сегодня у Муры уроки и после контрольной проверки уже окончательно определю ее будущее.

— Мура, ты сделала уроки?

— Ничего не задано.

— А какие завтра уроки?

— Пение, рисование, труд.

Вот такой диалог повторяется у нас каждый день. Почему Мура в выпускном классе гимназии ежедневно поет, рисует и клеит коробочки, непонятно, но факты таковы: каждый день пение, рисование, труд. Считаю, безобразие творится в этой гимназии.

— Мура, а отметки у тебя какие-нибудь есть?

— Нет, ни одной отметки нет, — сказала Мура, но, увидев мое расстроенное лицо, вспомнила: — Есть, есть у меня для тебя одна отметочка! Пятерка по физкультуре за лучший результат в беге на один километр! Лучший результат в классе.

— Ух ты, молодец! — восхитилась я. Приятно, когда ребенок способный и легко учится. — Неужели лучший результат?

Оказалось, что Мурин класс должен был пробежать два круга в Таврическом саду. Мура приняла позу «на старт!», мгновенно оценила себя на предложенной дистанции, ринулась в кусты, пулей выскочила за ворота, ловко поймала такси и за двадцать рублей финишировала на такси быстрее всех. Для правдоподобности она еще минут пять потусовалась за ближайшим кустом.

— Это чтобы меня не забрали в большой спорт, понимаешь?

Понимаю.

Интересно, что скажет мама про такое Мурино будущее — ездить на такси за общество «Динамо» или «Трудовые резервы»? Хотя, может, и неплохо, — любой труд почетен, особенно для Муры.

Недавно Савва Игнатьич стащил у Мурки листочек с контрольной работой, поиграл и спрятал в ящике шкафа, а я случайно нашла. На этом листочке Мура занималась тригонометрией — sin х разделила на cos х, сократила х и получила sin делить на cos.

— Мура, ты кретин? — спросила я, потрясая листочком с контрольной у Муриной физиономии, просто очень волновалась. Ведь если Мура кретин, то ей уже никогда не быть инженером…

— Я просто хотела, чтобы на моем листочке было поменьше этих иксов.

А-а, тогда ладно, это совсем другое дело. Я так и думала, что Мура не кретин.

Языки она недолюбливает, к математике питает неприязнь, историю еле терпит, к литературе не испытывает особенного интереса, в пении не сильна…

— А что, если мне поступить в Институт туризма? — предложила Мура, и я очень обрадовалась, что у ребенка наконец обнаружилось призвание. — Закончу Институт туризма, буду туристом.

Неплохая перспектива для Муры. Судя по тому, как ловко Мура ведет все свои дела, она точно не кретин…

Все мне ясно с Муриным будущим. Мура будет врачом-стоматологом, потому что кем же ей еще быть?

Но в медицинский институт не поступают просто так, как на многие другие престижные специальности, — заплатил и поступил. Нужно заниматься с репетиторами.

Репетиторы. Вот истинная причина, по которой я так долго оттягивала решение Муриной судьбы. Это вовсе не моя безалаберность, как считает мама, а, наоборот, — деньги.

Единственное, что меня беспокоит, это деньги, — сегодня я в который раз тщательно проверила все ящики и убедилась, что бесконтрольная тумбочка закончилась.

Хорошо бы я была другом президента. Один депутат рассказал мне по радио, что президент назначил своих друзей на посты глав нефтяных концернов. По-человечески я его понимаю. Если бы я была Гарантом Конституции, я бы назначила Алену президентом самого большого холдинга, а Ольгу — министром культуры. А Муру я бы назначила и.о. президента компании «Роснефть» или «ЛогоВАЗ», пока она не закончила школу, а когда закончит, можно уже не и.о., а настоящим президентом. Единственное, от чего я бы отказалась, — это от нефтяной компании ЮКОС. Сказала бы: спасибо за дружбу, за заботу, но мне чужого не надо.

Но я не Гарант Конституции и даже не друг Гаранта Конституции. Глупо как-то получилось.

Знай я, что все сложится именно так, могла бы подружиться с президентом, когда училась с ним в одной школе. Давно уже была бы главой нефтяного концерна и горя не знала насчет Муриных репетиторов.