Убийство в сахаре - Джоанна Флюк

— Готова к бою? — спросила Ханна, заметив, что Андреа доела печенье.

— Да, — сестра одним глотком допила кофе. — Печенье к Чаю просто тает во рту. Что мы должны делать?

— Погуляйте среди гостей и узнайте, не был ли кто-нибудь знаком с Брэнди, когда она жила в Брауэрвиле.

— Брауэрвиль? — брови Мишель поползли вверх. — Я знаю пару ребят оттуда. Могу их расспросить. Нам известно ее полное имя?

— Да, благодаря Андреа. Мэри Кей Хинкельмейер. Просто найди тех, кто знает эту семью. Мы их попозже опросим.

— Будет сделано, — сказала Андреа, поднимаясь на ноги. — А ты чем займешься?

— Пойду загляну в пасть льву. Должен же он понять, насколько важно для следствия кольцо Брэнди.

Ханна постучалась в дверь комнаты для совещаний.

— Да? — сказали за дверью.

Голос Майка звучал так резко и неприветливо, что Ханна даже отшатнулась.

— Прости, что отрываю тебя от работы. Но у меня важное дело. —

— Входи.

Не слишком приветливо. Пожав плечами, Ханна открыла дверь.

— Я хотела спросить про обручальное кольцо Брэнди. Его нашли на теле?

— Это тебя не касается.

— Ладно. Тогда тебя не касается, как оно выглядело и сколько стоило. И еще тебя не касается, что Мартин с Брэнди из-за него поссорились.

— О'кей. Хорошо, — Майк жестом пригласил Ханну сесть. — Я был груб. Прими мои извинения.

— Принимаю. Я знаю, тебе сейчас не до любезностей, — Ханна села напротив Майка. — С чего начать?

— Опиши кольцо. Мне нужно все записать.

Ханна вытащила из кармана пригоршню мятых салфеток и отыскала среди них нужную.

— В центре изумруд в два карата, а может, и больше. Вокруг бриллианты огранки в стиле Тиффани, каждый в полкарата. Само кольцо из платины. Очень дорогое.

— Какова примерная цена? — спросил Майк, подняв глаза на Ханну.

— Ну… — Ханна глубоко вздохнула и попыталась унять бурное сердцебиение. Майк такой усталый, вымотанный — и желанный как никогда. — Кольцо видела Андреа. Говорит, оно должно стоить тысяч пятьдесят, не меньше. Думаешь, Брэнди убили из-за него?

— Возможно.

— Значит, на пальце его не было?

— Этого я не говорил.

— Я сама догадалась, — улыбнулась ему Ханна. Нехорошо подтрунивать над уставшим человеком. Но Ханне всегда нравилось одерживать над Майком верх. — Если я еще что-то узнаю, обязательно тебе сообщу. А если я вдруг тебе понадоблюсь, просто отправь за мной кого-нибудь.

— Ты всегда мне нужна, — Майк встал из-за стола и прикоснулся губами к ее губам. — Не сомневайся. А теперь можешь идти и веселиться. Мне нужно работать.

Ханна встала и вышла из комнаты, не зная, радоваться ей или сердиться. С одной стороны, было приятно услышать, что она всегда нужна Майку. Но с другой стороны, когда тебя выпроваживают веселиться в одиночестве, потому что ему надо работать… Это испортило все удовольствие от комплимента. Или просто они теперь квиты?

Размышляя над их с Майком личным счетом, Ханна вернулась в банкетный зал. У подножия лестницы ее поджидала Мишель.

— Наконец-то. Я кое-что узнала. Не совсем то, что ты хотела, но очень важно.

— Что именно? — спросила Ханна, отходя с Мишель в свободный уголок.

— Я спросила у Бетти Штрауб про семью Хинкельмейер, но она таких не знает. Я уже хотела уходить, но вдруг она рассказала одну местную сплетню. Оказывается, миссис Баскомб подозревает мэра в том, что он связался с Брэнди во время поездки в Лас-Вегас. Бетти слышала, как они ссорились. Ханна, мне кажется, это правда. Они сидят так далеко друг от друга, как только можно сидеть за одним столиком.

— Ты с ними поговорила?

— Нет, я решила сначала дождаться тебя.

— Умничка, — похвалила ее Ханна. — Но поскольку должного такта у меня нет, лучше пусть за меня это сделает мама.

— Мама? — вытаращила глаза Мишель.

— Да, мама. Она присматривала за мэром Баскомбом, когда он был маленьким, и сможет вытрясти из него всю правду.

Мишель просияла.

— Значит, напустим на него маму. Какая же ты умная, Ханна. Пусть теперь мэр попляшет!