Своенравная красавица - Эйна Ли

Она почувствовала, как лицо вновь заливает краска стыда.

– Ты виноват не больше, чем я.

– Знаешь, вчера вечером я купил пару вещей, которые могут тебе понадобиться. Они все лежат в ванной. Одевайся, а я пока схожу к колесному мастеру, узнаю, как там дела с нашим дилижансом. – С легкой улыбкой он добавил: – Если снова не завалишься спать, у тебя будет достаточно времени принять ванну. – Мэгги кивнула:

– Хорошо, спасибо.

Когда Коул ушел, Мэгги проскользнула в ванную комнату. Она почистила зубы, тщательно расчесала волосы и наконец-то забралась в долгожданную горячую воду. Она поняла, что пора заканчивать с водными процедурами, только когда вода стала уже едва-едва теплой.

К тому моменту как вернулся Коул, Мэгги уже сидела за столом в комнате и раскладывала пасьянс.

– Я забыл сказать, что купил тебе книжку, – сообщил Коул.

– Я видела, спасибо. Но я не читаю бульварных романов.

– А на Аляске читала.

– Ну, в четырнадцать лет все интересно.

– Миссис Халлауэй звала нас на завтрак, но я сказал, что мы устали с дороги и поедим позже. Так что можем тихонько улизнуть и перекусить где-нибудь в городе.

– А я уже поела, – ответила Мэгги. Коул озадаченно посмотрел на нее, и она объяснила: – Я съела сандвич, который ты вчера принес. Доела салат и запила шипучкой. Сандвич, конечно, стал холодным, а шипучка теплой, но в остальном все прекрасно.

– Вчера было вкуснее.

– Если бы кое-кто разбудил меня...

– Мэгги, мы можем хоть один день прожить без ссоры? – взмолился Коул.

Мэгги улыбнулась:

– Ладно, что там с колесом?

– Обещали, что все будет готово часам к пяти вечера.

– А я думала, все уже сделано, – разочарованно протянула Мэгги. – Мэгги, лошадки немолодые. Они не смогут бежать быстрее чем пять миль в час. Так что, если колесо для дилижанса будет готово позже, чем нам обещали, мы доберемся в Лоуфорд только к утру. Я предупредил миссис Халлауэй, что мы можем остаться еще на одну ночь.

– Хочешь сказать, что я снова должна притворяться мальчишкой?

– Только перед миссис Халлауэй, Мэггот. – Она бросила на него уничижительный взгляд:

– Поосторожнее, Маккензи, думай, что говоришь.

Когда они вышли на улицу и отошли на некоторое расстояние от дома вдовы, Мэгги с облегчением сняла шляпу и распустила волосы. На Аляске отец заставлял ее коротко стричься, но за последние два года волосы отросли. Они зашли в кафе, и Мэгги выпила чашку чаю, пока Коул ел яичницу с ветчиной.

– Чем мы займемся до пяти вечера? – спросила Мэгги.

– Погуляем по городу.

– Я знаю город.

– Можем сходить на ярмарку. Посмотрим на лошадей. На аукционах всегда интересно. Но ярмарка откроется только часа через два, не раньше.

– Ладно, все лучше, чем сидеть в комнате и читать бульварный роман, который ты мне купил.

– Ну, можем вернуться домой и поиграть в карты.

– Нет уж, спасибо. На Аляске наигралась. – Коул рассмеялся:

– Да ты же все ночи просиживала со мной за картами!

Они вышли из кафе и направились вдоль по улице. Внезапно Коул остановился перед магазинчиком, торговавшим велосипедами, и воскликнул:

– Постой-ка, мне пришла в голову блестящая мысль! – Мэгги саркастически хмыкнула:

– Может, не надо? Я вообще-то не в восторге от твоих «блестящих мыслей».

Коул указал ей на объявление, прикрепленное к двери магазина: «Велосипеды сдаются напрокат».

– Ты умеешь кататься? – спросил он.

– Однажды пробовала. В Сент-Луисе. Что-то мне не особо понравилось.

– Наверное, показалось страшно.

Черт возьми, он что, читает ее мысли? Мэгги возмутилась:

– С чего ты взял?!

– Да ладно, тут не надо быть семи пядей во лбу. Но неужели девушке, которая не боится управлять упряжкой из четырех лошадей, страшно кататься на велосипеде?

– Я не боюсь, – фыркнула Мэгги, заходя вслед за Коулом в магазинчик.

Продавец сообщил им, что сейчас напрокат сдаются только велосипеды модели «тандем». Других нет.

– Ну и отлично! – воскликнул Коул.

– Господи, неужели нам теперь придется еще и ехать на одном велосипеде! Ну почему мне всегда все приходится с тобой делить?!

– Судьба, Мэгги. Еслихочешь, на обратном пути вЛоуфорд я дам тебе подержать поводья.

– Очень смешно, Коул! – возмутилась Мэгги. Когда она попыталась забраться на велосипед, то чуть не вскрикнула от боли, но постаралась не показать виду.

Они благополучно выехали на дорогу, и Коул стал беззаботно насвистывать популярную песенку, меняя имя девушки, о которой в ней пелось, на «Мэгги».

Мэгги, Мэгги, дай мне ответ,

Любишь ты меня или нет.

Мэгги развеселилась и стала подпевать, импровизируя на ходу:

Замуж я за тебя не пойду.

Я уж скорее умру.

Он обернулся к ней и с усмешкой продолжал:

Но ты здесь выглядишь так чудесно...

Последнюю строчку они пропели в один голос:

На «тандеме» мы счастливы вместе!

Но их идиллия продлилась недолго. Коул отвлекся от дороги, и они врезались в забор, упали на землю и... дружно расхохотались.

Когда оба поднялись с земли, Мэгги решительно заняла переднее сиденье «тандема» и заявила:

– Теперь я буду править, Коул.

К тому моменту как начались лошадиные торги, Мэгги уже почти не чувствовала рук и ног. Тело так болело, что трудно определить, где больнее. Однако она ни слова не сказала Коулу и мужественно делала вид, что ей очень нравится прогулка. Мэгги отдала бы полкоролевства за свободное местечко на деревянной скамейке. Когда они пробрались к скамейкам, расставленным вокруг арены торгов, она не могла скрыть свою радость.

В первых рядах расположились самые серьезные покупатели. Они внимательно присматривались к выставленным лошадям. В основном здесь собрались бизнесмены, занимающиеся организацией родео и бегов, и хозяева больших ранчо.

Мэгги понравился аукцион. Одну за другой на арену выводили лошадей, выкрикивая стартовую цену, и сидящие в первых рядах начинали торги.

– Будь у меня деньги, я бы купила новую упряжку лошадей, – промолвила Мэгги. – Наши уже староваты. Пора им отдохнуть. Но я бы никогда не бросила их, они служили нам верой и правдой.

– Ну тогда бы тебе понадобилось свое ранчо, Мэгги.

– Я знаю. – Мэгги подумала, что если она выйдет замуж за Кита, то ранчо у нее будет.