Единственная и неповторимая - Мелани Джордж

Ну что ж, по крайней мере теперь ситуация прояснилась и Кейт знала, какое место он отводит ей в своей жизни. Она была чужой для него, но он по доброте душевной предложил ей еду, вежливое обращение, мягкую постель и теперь еще работу. Истина заключалась в том, что он по натуре очень добр и этим объяснялись его поступки. Другие побуждения не стоит искать.

Но почему она последовала за ним к дому Резерфордов?

Кейт узнала от миссис Диборн – окольным путем, конечно, – где живут Резерфорды. Пожилая женщина, не имея понятия, что задумала Кейт, практически указала ей точный адрес. Вскоре после того, как его светлость отбыл, Кейт притворно зевнула и заявила, что хочет отдохнуть. Экономка приготовила ей постель и заботливо уложила, спросив, не желает ли она теплого какао, которое Кейт сонно отвергла. Затем женщина ушла, тихо закрыв за собой дверь. Миссис Диборн не знала, откуда явилась Кейт, и девушка подумала, стоит ли рассказывать ей, что у нее никогда не было своей комнаты и своей постели, что она почитала за счастье, если не была вынуждена просыпаться несколько раз за ночь из-за скандалящих пьяниц или из-за того, что непрошеный гость в виде одного из грызунов решил устроиться рядом с ней. Однако Кейт решила: чем меньше женщина знает о ней, тем лучше. Кроме того, ее мысли занимали более важные вещи.

Ей очень хотелось узнать, в каком мире жил Алек, и это желание побудило ее к действию. Она отказывалась признаться самой себе, что хотела также взглянуть на леди Гэмптон и не из простого любопытства, а по гораздо более серьезной причине, которая и привела ее на это место.

Когда рядом с ней зашевелились еще три фигуры, Кейт вспомнила, что она здесь не одна. Парни стояли с открытыми ртами, глядя на роскошь богатого дома.

– Боже, смотрите, какие драгоценности на их женщинах, – сказал Уизл, не отрывая глаз от окон зала.

– А у мужчин, я уверен, полно денег, – добавил Рет. – Проклятие, мы были бы обеспечены на всю жизнь, если бы нам перепало хоть немного из этого богатства.

– Забудь об этом, – сказала Кейт неожиданно для себя и быстро добавила: – Я хотела сказать, что это слишком рискованно.

– А я не собираюсь пойти прямо туда и потребовать у них отдать мне свое богатство, – проворчал Рет. – Я же не идиот.

Уизл посмотрел на Кейт, сузив глаза.

– Ты стала слишком пугливой, Фокс. Что это значит?

– Ничего, – поспешно ответила Кейт.

Ей меньше всего хотелось, чтобы парни узнали, что она шпионит здесь за его светлостью. Однако часто, несмотря на ее желание скрыть что-то, происходило все не так, как хотелось бы.

– Ты так и не сказала нам, зачем пришла сюда, – напомнил ей Рет.

Кейт беззвучно застонала. Она надеялась, что парни не вспомнят об этом, по крайней мере до тех пор, пока она не придумает правдоподобный ответ. Однако Рет, как медведь, у которого в лапе застряла колючка, не мог успокоиться.

Указывая пальцем на дом Резерфордов, Кейт сказала:

– Меня интересует этот чертов лорд, который находится там. – Ей не понравилось, как прозвучали ее слова, но она не могла допустить, чтобы парни подумали, будто бы Алек значит для нее нечто большее, чем средство добиться своей цели.

– Я не понимаю тебя, – сказал Рет, почесывая свои грязные рыжевато-коричневые волосы. – Если этот простофиля находится здесь, то почему ты не собираешь в его доме серебро и прочие вещи? Сейчас как раз подходящий момент.

Если бы ее намерением было ограбление, то Рет, конечно, прав.

– А ты забыл, что в его доме полно слуг?

– Разве ты не могла бы улизнуть от нескольких слуг? – насмешливо сказал Уизл.

– Могла бы, если бы захотела. Но у меня другие планы.

– Другие планы? Какие? – спросил Рет, и его мутные карие глаза внезапно заблестели.

– Большие, – уклончиво ответила Кейт.

– Ты хочешь сказать, что этот тип еще не выставил тебя на улицу?

– Пока нет.

Уизл и Рет широко улыбнулись, но Фалькон выглядел задумчивым.

– Как тебе это удалось? – поинтересовался Уизл. Кейт пожала плечами с равнодушным видом, хотя в душе испытывала волнение.

– Я убедила его, что являюсь несчастной сиротой, что мне очень плохо живется, что я не хотела заниматься воровством, но как иначе прожить несчастной голодной девушке? – По большей части это была правдивая история, за исключением того, что она могла бы остаться в приюте, а не рыскать по улицам. – В общем, мой рассказ был таким жалостным и убедительным, что, по-моему, он проронил несколько слезинок. Во всяком случае, можете поверить: этот тип так разжалобился, что даже предложил мне работу?

– Работу? – недоверчиво сказал Рет. – В его доме? Уизл смазал ему по затылку.

– Конечно, в его доме, болван.

Обиженный Рет потер голову и пробормотал что-то в ответ.

Кейт старалась казаться очень довольной тем, чего удалось ей добиться.

– Должна сказать, я была чертовски хорошей актрисой и заставила этого лопуха поверить, будто бы меня никто никогда не хотел правильно понять.

– Даже я не смог бы придумать лучше, – заметил Рет.

– Ты вообще не смог бы ничего сделать, – оборвал его Уизл.

– Смог бы, черт побери! – сердито возразил Рет.

– А что это за работа? – спросил Фалькон, глядя на Кейт так, словно чувствовал ее обман.

– Пока не знаю, – ответила Кейт, испытывая неловкость под пристальным взглядом Фалькона и размышляя, стоит ли рассказать всю правду, хотя бы одному, самому близкому ей человеку. Если кто-то и заслуживал этого, то, безусловно, Фалькон. Однако в чем заключалась вся правда?

Рет почесал голову.

– Он предложил тебе работу, а ты не знаешь, какую именно? Может быть, я не расслышал чего-нибудь, потому что не могу понять этого.

– И не поймешь, тупица, – насмешливо сказал Уизл, нарываясь на ссору.

– Кого ты назвал тупицей? – возмутился Рет. Кейт вздохнула. По какой-то причине перебранка Уизла и Рета надоела ей больше обычного. Она чувствовала, что… устала от них. Может быть, потому, что давно слушала их пререкания.

Они жили вместе в одном приюте. Потом вместе решили покинуть его, чтобы быть свободными, как они думали. Все они были мечтателями и надеялись когда-нибудь разбогатеть. Оказавшись на улице, они через некоторое время начали заниматься воровством, и Кейт, естественно, а может быть, противоестественно, стала у них главарем. Ее шайка была единственной, возглавляемой женщиной. Уизл тоже был достаточно крутым, но ему не хватало решительности и спокойной рассудительности, которая требовалась от главаря.

Кейт не напрашивалась на это и даже не хотела быть лидером. Однако надо было как-то выживать, и если для этого требовалось возглавить группу, то так тому и быть.