Мужчины, деньги и любовь - Дина Аллен

— А я и не жду, что ты будешь вежлива со мной.

— Вот это правильно!

— О, ты не так поняла меня. Я имел в виду, что ты всегда говоришь то, что думаешь. Это очень редко в том мире, где я живу. И я ценю это. Мне просто нравится твоя непосредственность. Иногда она заводит меня в тупик, но я нахожу это довольно привлекательным.

— С чего это ты вдруг стал таким хорошим? — подозрительно спросила Кэрол.

— Это твой дом. Я хочу, чтобы ты расслабилась и почувствовала себя здесь хозяйкой.

— Хозяйкой? Это на месяцто!

— Кэрол!

— Извини, я невыносима. Но ты и сам знаешь, через месяц нам придется выложить на стол все свои карты. И если у нас ничего не выйдет, то…

— Мы будем стараться, — жестко прервал Алвеш.

Кэрол хотела добавить, что она покинет этот дом без особых сожалений, но промолчала.

Пожилой невысокий мужчина в темном костюме ждал их у главного входа. Кэрол чуть не прыснула со смеху. О Господи, у него не только настоящий дворец, но и настоящий дворецкий.

— Это мисс Хэммон, Томпсон.

— Мисс Хэммон…

— Томпсон…

Кэрол кивнула, стараясь не расхохотаться. Алвеш провел ее в огромный холл, где их шаги отозвались гулким эхом. Кэрол чувствовала себя туристом, осматривающим местную достопримечательность. И вдруг она услышала:

— В какое время подавать ужин, сэр?

Слова отлетели от стен и обрушились на их головы.

Тут она уже не смогла сдержаться и звонко расхохоталась.

— Извини, смущенно пробормотала она.

— В семь, — бросил Алвеш дворецкому. — Если хочешь, чтобы я с тобой повеселился, то объясни, что тут смешного?

— Вообщето… нет, думаю, ты не поймешь. — Она с трудом заставляла себя быть серьезной.

— Давай всетаки попробуем.

— Я думала, что последний дворецкий умер в середине прошлого века.

— Я купил этот дом вместе с Томпсоном, — вполне серьезно произнес Алвеш.

Кэрол замотала головой.

— Алвеш, это совершенно чужой для меня мир.

— И он тебе не нравится?

— Нет, не знаю. Я просто удивлена.

— Хочешь, я покажу тебе дом?

Он стоял рядом, и Кэрол не могла отвести от него взгляда. Великолепный мужчина! Рост шесть футов четыре дюйма. И она обожала каждый дюйм. Только при одной мысли о его прикосновении она чувствовала, как набухает грудь как охватывает ее непреодолимое желание.

— Кэрол… — Взгляд его сверкающих глаз обдал ее горячей волной.

Смущенная оттого, что он может разгадать ее чувства, Кэрол улыбнулась, — Здесь все так романтично.

Правда, в той стремительности, с которой он заключил ее в объятия, не было ничего романтичного Кэрол обвила его шею, позволив поднять себя на руки, совсем, не уверенная в том, что ее собственные ноги не подведут. Он толкнул ногой дверь в великолепную спальню, обставленную в стиле французского рококо, и бережно положил ее на кровать. Она снова рассмеялась.

— Кто обставлял этот дом?

— Моя сестра Паула.

— У нее неплохой вкус. Правда, такой стиль подходит скорее для женской спальни.

Кэрол скинула туфли.

— Ты прекрасна. Алвеш смотрел на нее нежным взором.

Кэрол схватила его за шелковый галстук и притянула к себе. Губы встретились в долгом поцелуе. Она ощутила, как тепло и слабость разливаются по всему телу. Кэрол стянула с него пиджак, развязала галстук. Рубашку он скинул сам и, сорвав с нее блузку, с тихим стоном припал к ее груди.

— У тебя самая красивая грудь, какую я когдалибо видел. Такая чувственная…

Наслаждение было невыносимым.

Кэрол вцепилась в его волосы, почти теряя рассудок от неукротимого желания. Едва он снял с нее трусики, она рванулась навстречу и прижалась к нему всем телом. Хотелось кричать от восторга, когда она почувствовала его руки на своих бедрах. И она вскрикнула, когда он стремительно вошел в нее. Кэрол царапала, кусала и целовала его.

Алвеш толкнул ее вниз, на подушки, словно бог, требуя полного подчинения. Его движения становились жестче и быстрее. Он входил в нее все глубже. Напряжение внутри нее нарастало. Она чуть не задохнулась, когда наслаждение стало нестерпимым.

…Лежа в его объятиях, прижавшись к его плечу, Кэрол чувствовала такую острую нежность, которая была похожа на боль.

— Даже не снял до конца одежду, — заметил он. — А я, между прочим, планировал романтический ужин с шампанским.

Кэрол сморщила нос.

— Ну, это так предсказуемо.

— Жизнь становится не оченьто предсказуема, когда имеешь дело с тобой, — сказал он, лениво поднимаясь.

Слишком поздно она поняла значение паузы, которая возникла в разгар их страсти: он надевал презерватив.

Кэрол коснулась своей груди и снова ощутила легкую боль, которую раньше не испытывала. И напряглась, вспомнив, как одна из подруг, будучи беременной, рассказывала точно о таком же ощущении.

Нет, это невозможно. Она решительно прогнала эту мысль из своего сознания.

Сильные руки опять заключили ее в объятия.

— Почему ты такая серьезная?

— Я… серьезная?

Кэрол заставила себя улыбнуться, но холодный страх заполз в душу.

— Просто я далеко отсюда.

— А я хочу, чтобы ты была здесь, — произнес он и, усадив ее к себе на колени, принялся снимать остатки одежды.

— Я сама могу раздеться. — Кэрол вдруг покраснела.

— Нет.

— Обращаешься со мной, как с куклой!

— Глупая, это лишь возможность еще раз коснуться твоего тела. И я всегда буду искать такие возможности.

Она снова обвила его шею руками и крепко прижалась. Голова кружилась от счастья.

— Тебе не надо ничего искать, — прошептала она.

— Завтра придет так быстро… Токио… Впервые в жизни я пошлю вместо себя помощника.

Их губы в очередной раз встретились в безумном поцелуе. И еще не скоро они вместе отправились в душ.