Свадебный наряд - Линда Симмонс

В коридорах и приемной теснился народ. Выходные всегда были самыми напряженными днями в больнице Святого Михаила.

На руках у женщины лежал мальчик, его раздирал ужасный кашель. Напротив сидел молодой человек с перебинтованной рукой. Глаза его были закрыты, а губы шевелились, то ли произнося молитву, то ли отчаянно ругая кого-то.

Марк и Рейчел направились к регистратуре. Некоторые из посетителей подняли головы, оценивая состояние новых пациентов и опасаясь, что те будут приняты вне очереди.

Выругавшись про себя, Марк пошел быстрее. Сама мысль, что его сестра находится где-то здесь, приводила его в ужас.

– Джулия Хедерингтон, – начал было Марк, но в растерянности повернулся к Рейчел. – А может, она теперь Дерозье?

– Хедерингтон, – уверенно повторила Рейчел и взяла его за руку. – Ее привезли несколько минут назад.

– Отличные костюмы, – заметила медсестра. – Вы из театра?

Марк подумал о саде с розами, о теплой коже Рейчел и запахе ее разогретых на солнце духов. И почему он ее не поцеловал?

– Мы со свадьбы, – буркнул он, пожалев, что не переоделся полностью, а снял только жилет и галстук.

– Надеюсь, это не ваша свадьба, – посочувствовала сестра, потянувшись за планшетом.

– Моей сестры, Джулии Хедерингтон, – пояснил Марк. – Она есть в списке?

Зазвонил телефон.

– Одну минуточку, – сказала медсестра и подняла трубку.

Рейчел нетерпеливо забарабанила пальцами по стойке, ее глаза бегали от сестры к часам и обратно.

– Довольно, – пробормотала она и, наклонившись через стол, повернула планшет к себе. – Они направили Джулию в родильное отделение. – Рейчел бросила планшет на место и скользнула взглядом по холлу. – Лифты вон там. – Она потащила Марка за собой. – Здесь где-то должна быть схема здания.

Марк с улыбкой следовал за Рейчел. Может, на ней и было платье из прошлого века, но ни в выражении лица, ни в походке не было ничего, что бы хоть отдаленно напоминало робость.

– Третий этаж, пошли, – скомандовала она, ткнув пальцем в схему.

У лифта ждала небольшая кучка людей: широко и загадочно улыбающийся мужчина с букетом ромашек в розовой фольге, две женщины средних лет в юбках для гольфа и солнцезащитных козырьках, у обеих были удрученные, бледные как полотно лица. Несколько поодаль стоял, прислонившись к стене, подросток, который всеми силами пытался скрыть свое волнение.

Крепко сжимая теплую руку Рейчел, Марк молча наблюдал за бегущими цифрами над дверью лифта. Только бы с Джулией и ребенком все было в порядке!

Лифт остановился на третьем этаже. С плаката на стене им махал лапой бурый медвежонок. Виновато улыбаясь, первым из лифта выскочил мужчина с цветами, женщины и подросток поехали дальше.

Пока Рейчел наводила справки, Марк наблюдал, как мужчина с цветами прошел по коридору и остановился у детской. Едва касаясь толстыми пальцами стекла, он с нежностью любовался своим только что родившимся ребенком, которого держала на руках медсестра.

Марк знал о младенцах только то, что ему пришлось снимать для своих репортажей. Рождение под минометным обстрелом в Боснии, пожарник в Ирландии, со слезами и словами молитвы надевающий на лицо младенца кислородную маску.

Марк был лишь свидетелем всех этих событий. Когда на камере загорался красный огонек, все, что происходило, оказывалось по другую сторону объектива, превращаясь в очередной репортаж. Но сейчас ничто не отделяло его от происходящего, ему не за чем было спрятаться. И, не в состоянии отвести глаз, он наблюдал за мужчиной, с любопытством и в то же время со страхом думая о Джулии.

– Рейчел, Марк.

Обернувшись, Марк увидел спешащего к ним Гарри. Его плечи опустились ниже, чем обычно, лицо бледное, потерянное. Сейчас его нисколько не интересовало, почему Марк и Рейчел здесь вместе, все мысли его были только о Джулии.

– Спасибо, что пришли.

– А как же иначе. – Марк крепко обнял его. – Мои родители здесь?

– Они разругались в холле, так как не могли решить, кто пойдет первым, и моим родителям пришлось развезти их по отелям. В разных машинах, разумеется.

Марк понимающе кивнул.

– А где сейчас Джулия? – мягко спросила Рейчел.

Она все еще стояла поодаль, как бы исключая себя из их круга. Марк взял ее за руку и придвинул поближе.

– У нее сейчас врачи, но меня не пускают. – У Гарри вырвался сдавленный смешок. – В такие моменты, надо полагать, от обезумевших мужей мало толку.

– Что они говорят? – спросил Марк, и Рейчел снова попыталась отступить назад, но он обнял ее за талию и, слегка касаясь пальцами бедра, привлек к себе.

Рейчел вопросительно посмотрела на Марка, но он даже не повернулся, а лишь прижав ее немного сильнее, дал понять, что хочет, чтобы она осталась.

– Только то, что у неё слишком высокое давление. Они пытаются задержать роды, дать им с ребенком немного побольше времени, но одному Богу известно, как все сложится. – Гарри запнулся и закрыл глаза. – Мне не следовало настаивать на свадьбе. Я знал, что она боится, но продолжал упорствовать, желая доказать ей, что у нас все получится, что мы другие. – Он открыл глаза и сделал несколько шагов к ее двери. – Если с ней или с ребенком что-нибудь случится…

– С ними все будет в порядке, – успокаивал его Марк, скрывая собственную тревогу. – Она слишком упряма.

Слабая улыбка тронула губы Гарри.

– Ты прав.

– Мистер Дерозье!