Прекрасная воровка - Дэни Коллинз

Рауль никогда не думал, что секс может быть таким. На секунду ему показалось, что сердце разорвется у него в груди, настолько интенсивными были переполнявшие его чувства. И во всем этом была повинна женщина, которая сейчас надевала через голову изумрудное платье.

– С тобой все в порядке? – спросил он.

Горло его жгло так, словно он проглотил неразбавленное виски.

– Разумеется. – Сирена, избегая смотреть на Рауля, перевела взгляд на молнию на боку платья.

Рауль все еще переживал произошедшее. И ему было этого мало. Он мечтал прижаться к обнаженному телу Сирены и никогда ее не отпускать.

Это желание напугало мужчину. Нужно как можно скорее выбираться отсюда и занять свои мозги… ну, хоть работой, чтобы не думать о Сирене. Необходимо обрести равновесие.

Сирена же после близости была странно напряженной. Она предложила послать сообщение водителю, чтобы он их забрал.

– Я не готов уйти, – признался Рауль. – Может, если бы мы остались здесь на неделю…

Словно по мановению волшебной палочки, на лице молодой женщины заиграла улыбка.

– Если бы было можно, я подарила бы тебе груди, а то, что от меня осталось, забрал бы водитель.

Рауль также улыбнулся:

– К сожалению, это невозможно. Но я должен поблагодарить тебя. Все было просто невероятно.

– Я тоже так думаю.

– Теперь-то ты должна признать, что брак между нами не только возможен, но и желателен, – заявил он, глядя Сирене в глаза.

«О любви не было сказано ни слова», – подумала она, внутренне посмеиваясь над своей чувствительностью.

– Позволь мне догадаться, – стараясь говорить легко и небрежно, начала Сирена. – Ведь у меня небольшой выбор, верно? Сказать «да» сейчас или позднее, и все?

Рауль моргнул.

– Ты хочешь сказать «нет»? – мгновенно напрягся он.

– Нет, – призналась Сирена.

Она никогда не думала, что согласится выйти замуж за мужчину, который не любит ее. Но Рауль не мог представить себе, что будет заниматься сексом с другой женщиной, так и Сирена не могла представить себе, что выйдет замуж за другого мужчину.

– Тогда решено, – кивнул он.

Сирена прикусила дрожащую губу.

Во время поездки никто из них не произнес ни слова.

Когда Сирена взяла Люси на руки, чтобы покормить малышку, Эли возбужденно поинтересовалась:

– Ну, так как?

– Что – как? – спросила Сирена, бросив взгляд на Рауля, который подошел к бару.

– О, не притворяйся! Рауль! – окликнула его Эли. – Ты предложил Сирене выйти за тебя замуж или как?

Рауль застыл с поднесенным ко рту бокалом, взгляд его встретился со взглядом Сирены.

– Да, мы решили пожениться, – ответила Сирена, чувствуя себя скованно.

– Я говорила тебе, что мужчина не делает всего того, что делал Рауль, не имея кольца в кармане. Дай взглянуть! – Эли протянула руки, предлагая Сирене показать кольцо.

– Я…

До Сирены донесся стук бокала о стойку, но она упрямо не смотрела в сторону Рауля.

– Милая, у нас есть ребенок, – сказала она сестре. – Свадьба – всего лишь формальность. И мне не нужно кольцо в честь помолвки, чтобы подписать кое-какие бумаги.

– У вас не будет настоящей свадьбы? – Лицо Эли вытянулось. – Ты же всегда мечтала о белом платье, о торте, о том, как папа поведет тебя по проходу…

– Это всего лишь мечты, – поспешила перебить ее Сирена.

Младшая сестренка была разочарована. Что поделаешь, Эли всего девятнадцать лет, она полна девичьих фантазий, но Сирена – взрослая женщина, и ей хорошо известно, что жизнь не всегда оправдывает ожидания.

Рауль извинился и вышел из комнаты.

Сирена не жалела об этом. Это был последний день пребывания Эли в Америке, поэтому ей хотелось побыть с сестрой наедине. Она уложила Люси, смыла макияж, а затем они вдвоем пили чай и говорили о голливудских звездах, с которыми сегодня пересекся путь Сирены. То, что произошло потом, Сирена держала от своей сестры в тайне.

Было уже поздно, когда они наконец пожелали друг другу спокойной ночи и разошлись по своим комнатам.

Обнаружив, что ее постель занята, Сирена остановилась как вкопанная. Когда она вошла в спальню, Рауль отложил планшет в сторону. Золотистый свет ночников освещал его обнаженную грудь, мускулистые плечи и плоский живот. По выражению его лица было трудно что-либо понять, но в том, что он бросил на Сирену собственнический взгляд, сомнений не было.

Играя с поясом кимоно, она как можно равнодушнее произнесла:

– Я не знала, что ты меня ждешь.

– Я пытался решить проблему с миланским офисом, – объяснил Рауль и нахмурился, показывая, что решить проблему пока не удалось. – Я проверю свое расписание и посмотрю, когда мы сможем полететь в Австралию. Ты хочешь отложить нашу свадьбу до этого времени?

– Нет, – твердо сказала Сирена и поспешила скрыться в ванной, чтобы почистить зубы, а также надеясь, что Рауль воспримет это как нежелание продолжать разговор.

Этого не случилось, и, когда она вернулась в спальню, он сообщил:

– Я обо всем договорился. Завтра, до того, как мы отвезем Эли в аэропорт, тебе покажут несколько колец в честь помолвки.

– Я не буду носить кольцо, – процедила Сирена сквозь зубы.

Если бы они заключали брак по любви – это одно, но, так как их брак был, как она сказала сестре, простой формальностью, Сирена не видела в этом необходимости. Она любила Рауля, и хотя он начал выказывать к ней какие-то чувства, а не просто вожделение, все равно пышная свадьба будет выглядеть фальшиво. Уж лучше быть честными с самого начала.

– А обручальное кольцо ты собираешься носить? – поинтересовался Рауль, в его голосе послышались опасные нотки.

Мысль о том, что она будет носить обручальное кольцо, была чудесной. Кольцо в знак помолвки – романтический жест, а обручальное – обещание на всю жизнь.

– Да, конечно, – пробормотала Сирена, заливаясь краской. Пытаясь скрыть, как она взбудоражена, молодая женщина выключила ночник.

Рауль не пошевелился.

– Почему же ты не хочешь носить кольцо в честь помолвки? – спросил он.

– Драгоценности с камнями – не самая практичная вещь, когда возишься с младенцем. – Сирена обхватила себя руками. – К тому же мне неинтересно быть невестой. Я просто хочу, чтобы мы стали семьей.

Она затеребила пояс кимоно. Она умирала от желания скинуть его и снова прижаться к обнаженному телу Рауля, но что-то останавливало ее.

– В самом деле? – сардонически произнес он и потянулся к своему ночнику.