Прекрасная воровка - Дэни Коллинз

– Который час? Надо же, я не думала, что уже так поздно. Твой будильник звенел?

– Син? – Рауль убрал волосы с ее вспотевшего лба. – Расскажи мне.

– Я не хочу вспоминать. Побудь с Люси, пока я буду принимать душ.

– Тебе надо поспать.

– Не хочу, чтобы кошмар вернулся, – с вымученной улыбкой сказала Сирена, выскальзывая из-под одеяла и направляясь в ванную.

Рауль остался в спальне со смутным ощущением тревоги и беспокойства.

Несмотря на связывавшую супругов страсть, Сирена не могла избавиться от тревожного чувства. Днем ей удавалось убедить себя, что сейчас-то Рауль должен научиться доверять ей, однако ночью страхи возвращались. По крайней мере раз в неделю Рауль будил ее, потому что она кричала от ужаса. Сирена часто видела сон, в котором он вырывал Люси из ее рук и объявлял о разводе. Иногда ей снилось, что она в тюрьме, иногда – что она снова стоит у ворот его особняка. Идет дождь, она, насквозь промокшая, умоляет Рауля выслушать ее, но он неумолим.

Рауль был внимателен к ней, заботлив, он со страстной нежностью занимался с ней любовью, но он был не в силах уничтожить поселившийся в душе Сирены страх.

– Не представляю, что мне сделать, чтобы переубедить тебя. Тебе не о чем волноваться, – сказал Рауль однажды, когда они были в Париже, городе влюбленных.

Экономка убрала посуду, прежде чем уйти, и оставила их за кофе. В залитом дождем окне виднелась Сена. В воде отражался свет фонарей.

– Скажи мне, что браслет нашелся, – попросила Сирена, неожиданно устремив на Рауля внимательный взгляд.

Последовало молчание.

– Так я и знала, – с отчаянием произнесла она. – Ты не веришь мне.

В ее сумке зазвонил телефон. Сирена встала, надеясь таким образом избежать неприятного разговора.

– Ты должна мне верить, Сирена.

– Я-то верю, веришь ли мне ты, Рауль?

– Разве? – воскликнул он. – Стоит зайти разговору на эту тему, как ты закрываешься и стремишься повернуть его в другое русло.

– Потому что я не вижу смысла это обсуждать. Как будто браслет не мог куда-нибудь закатиться. Нет, его обязательно кто-то должен был взять. И этот кто-то, как ты считаешь, я. Я устала, Рауль, – призналась Сирена. Она достала телефон из сумки и с тревогой увидела, что это ее сестра. – Да, Эли. Что-то случилось?

– Папа, – всхлипнула Эли. – У него сердечный приступ. Мы в «скорой». Мы едем в госпиталь.

Сирена не почувствовала, что покачнулась. Сильные руки обхватили ее, опуская на диван. Рауль поймал телефон, выпавший из ее помертвевших пальцев.

– Мы прилетим сразу, как только сможем, – сказал он Эли и закончил разговор.

Рауль попытался взять ее за руки, но Сирена вывернулась, избежав его прикосновения, и вскочила:

– Мне надо собрать вещи.

– Ты в шоке.

– Мне надо что-нибудь делать.

– Хорошо. Я займусь самолетом.

Рауль провел рукой по лицу; выглядел он не лучшим образом. Может, вспомнил о том, как он потерял собственного отца? Но сейчас мысли Сирены занимал ее отец. Успеет ли она добраться до него вовремя?

Ей хотелось, чтобы Рауль был рядом. Он был так мил – распорядился насчет своего личного самолета.

– Пришли мне сообщение, когда вы долетите, – сказал он.

– Ты не летишь с нами? – дрогнувшим голосом спросила Сирена.

– Мне нужно кое-что сделать.

Пока самолет набирал высоту, Сирена не могла избавиться от предчувствия, что это «кое-что» имеет отношение к ним. Что, если Рауль решил развестись, поняв, что не сможет ей доверять?

Спустя сорок восемь часов единственной хорошей новостью было то, что отца Сирены успешно прооперировали, и он идет на поправку.

Люси капризничала, стоило только положить ее в кроватку, поэтому она почти все время была у Сирены на руках. Эли призналась сестре, что встречается (только не говори маме!) с парнем.

– Ты можешь спать на моей кровати, – уговорила она Сирену, и та уступила.

Фей была не в восторге от малышки Люси.

– Возможно, она могла бы сидеть, если бы не была такой толстой, – заметила она, кинув мимолетный взгляд на ребенка.

В это мгновение позвонил Рауль. Понимая, что мачеха прислушивается к каждому ее слову, Сирена старалась говорить ровно и спокойно.

Экран смартфона был плохой заменой планшету, поэтому Сирена едва видела своего мужа, а разговор с ним, вероятно, будет стоить целое состояние. Рауль был в Нью-Йорке. Он произнес приличествующие случаю слова: он надеется, что ее отец быстро поправится.

– Ты пробудешь до тех пор, пока его не выпишут? – предположил Рауль.

– Да, наверное, – натянуто ответила она, физически ощущая неприязнь Фей, как только та осознала, что нежеланная гостья задержится в ее доме на неопределенное время. – Я позвоню тебе, как только все прояснится.

– Хорошо.

Сирена закончила разговор и провела весь вечер, стараясь не показывать свои страдания мачехе, которая была бы им только рада. Она плохо спала, но, когда проснулась, у нее созрел план.

Может, ее брак и не удался, но она – взрослая женщина с чувством собственного достоинства.

Она навестила отца, и он, слабый, но гордый, впервые обнял свою внучку. Потом Сирена позвонила риелтору. Что бы Рауль ни предпринял в отношении их брака, она не будет просто марионеткой. Час спустя ей показали квартиру.

– Я могу въехать сразу? – поинтересовалась молодая женщина.

– Как только ваш кредит будет одобрен, то есть вечером, – сказала агент.

С деньгами могли возникнуть трудности. Сирена сомневалась, что Рауль сохранит ее счет, если они разведутся, но она не стала посвящать в подробности агента. Она воспользуется своей квартирой в Лондоне как обеспечением. Придется первое время тратить свои сбережения, а затем она найдет хорошо оплачиваемую работу. Ведь Рауль сказал, что у нее есть потенциал. Жить с Фей было невозможно, а вернуться к мужу Сирена не могла, понимая, что доверие между ними недостижимо.

Ей требуется собственное жилье. Жалко, что ее брак с Раулем не продлился долго, но стоило ли ожидать чего-то, если он был лишь формальностью и не был построен на чувстве любви и уважения?

Сирена въехала в свою новую квартиру в тот же вечер. На следующее утро она вместе с Люси навестила отца, а по пути домой они заехали за покупками. Сирена даже предложила Фей взглянуть на ее приобретение. Она состряпала историю о том, что Рауль хочет, чтобы у них было в Австралии свое жилище. Сирена не собиралась говорить мачехе, что, возможно, ее ждет развод.

В дверь постучали. Сирена извинилась перед Фей. Она ждала менеджера, который обещал позаботиться о мебели. Когда она открыла дверь, сердце забилось где-то у нее в горле. На пороге стоял Рауль.