Исцеление любовью - Тесса Дэр

– Рэнсом… – прошептала она.

Он не стал протестовать, поэтому она повторила попытку.

– Рэнсом, вам лучше?

Он кивнул, прикрывая одной рукой глаза, а другой массируя висок.

– Лучше. Немного.

– У вас часто бывают такие головные боли? – спросила Иззи.

– Уже реже. Просто они… наваливаются внезапно. И резко. Эта прямо-таки подкосила меня. Но когда приступы проходят, боль исчезает так же стремительно, как появляется.

Он попытался сесть.

– Только не говорите Дункану, – попросил он. – Он обязательно пошлет за врачом.

– Может, обратиться к врачу и вправду стоит, – заметила Иззи.

Рэнсом попробовал покачать головой и поморщился.

– Нет. Они все равно ничего не могут поделать.

Он подобрался и встал. Иззи тоже поднялась. И перепугалась, увидев, как крепкий мужчина ростом шесть футов медленно кренится набок.

– Господи! – Она метнулась к нему, обхватила обеими руками и всем весом удержала от падения. – Вам надо отдохнуть, ваша светлость.

– Вам тоже. – Он провел ладонью по ее руке. – Кстати, вы почему не в постели?

– Я… м-м… – Она замялась, не зная, как объяснить свою «охоту на призраков», и не желая признаваться, что ее горностай чуть не откусил любимцу герцога хвост.

Но Рэнсом, похоже, все равно не смог бы сейчас осмыслить услышанное.

– Вы уверены, что можете стоять?

– Так всегда бывает. – Он восстановил равновесие, опираясь одной рукой на ее плечо. – Даже после того, как боль проходит, моя голова не в состоянии работать, как полагается, еще час или два. При этом чувствуешь себя, как во хмелю.

Ощутив тяжесть руки на своем плече, Иззи улыбнулась. Наконец-то герцог принял от нее хоть какую-то помощь без принуждений и просьб.

– Ну что ж, по крайней мере, во хмелю вы добродушны, – подытожила она. – Да, несомненно. Сказать по правде, таким вы мне нравитесь гораздо больше.

– А вы нравитесь мне слишком сильно. – Эти слова он пробормотал невнятно и слишком тихо.

Они прозвучали чересчур неправдоподобно, чтобы поверить им.

«Вы нравитесь мне слишком сильно».

Иззи обдало жаром. Вряд ли он на самом деле так думает. Просто он не в себе. В этом и дело.

– Вам обязательно надо отдохнуть, – сказала она. – Разрешите, я отведу вас в большой зал и уложу спать. – И она попыталась закинуть его руку к себе на плечи.

Он повернулся лицом к ней, но вместо того, чтобы опереться на ее плечи, обнял за талию.

– Хотя бы поцелуйте меня перед сном.

Господи, он и вправду ведет себя, словно выпил лишнего. Наверное, утром он даже не вспомнит, что с ним случилось ночью.

В таком случае… почему бы и нет?

Привстав на цыпочки, она поцеловала его в небритую щеку.

– Спокойной ночи, Рэнсом.

– Нет-нет. – Он притянул ее ближе, и они пошатнулись уже вдвоем. – Я имел в виду не это. Изольда Офелия Гуднайт, поцелуйте меня. Вложите в поцелуй всю страсть своей души.

– Я… – вспыхнув, она с трудом сглотнула. – Не знаю даже, как это делается…

Он бесстыдно усмехнулся.

– Призовите на помощь фантазию.

Такого предложения она ждала всю жизнь.

Она нежно прикоснулась губами к его губам. Он сохранял неподвижность, боясь спугнуть ее. Она обвила руками его шею и прильнула к нему, покрыла легкими поцелуями его верхнюю, затем нижнюю губу. Едва касаясь их, бережно и ласково. И еще раз, и еще.

Эти поцелуи… они были откровениями. Имели привкус всего, что так долго таилось в ее душе. Всего, что она могла бы отдать мужчине, если ему хватит смелости принять этот дар. Поцелуй за поцелуем она изливала свою душу.

«Вот моя нежность и ласка.

Вот мое терпение.

Вот мое понимание.

Вот мое чуткое трепещущее сердце».

Он прошептал ее имя, и неприкрытая страсть в его голосе обезоружила Иззи. Его ладони прожигали ткань на ее спине. Казалось, без нее он не может не только удержаться на ногах, но и существовать.

– Иззи…

В дальнем конце коридора послышались легкие шаги.

– Мисс Гуднайт!

Голос мисс Пелэм.

Иззи прервала поцелуй. Он наклонил голову, прикоснулся лбом к ее лбу. Происходящее казалось обоим безумием.

– Мне надо идти, – прошептала она.

Нельзя допустить, чтобы их застали вдвоем. Понадобится слишком много объяснений, неловко будет им обоим.

– Мисс Гуднайт, вы здесь? – Мисс Пелэм уже приближалась.

– Ваша светлость, я должна идти.

Он крепко держал ее, не давая сдвинуться с места. И по-прежнему тяжело дышал.

Внезапно он вскинул голову. Его глаза, оставаясь незрячими, вдруг сощурились.

Он разом пришел в себя, поняла Иззи. Осознание стало подобным вспышке молнии, он вдруг вспомнил, кто он, кто она и почему ему не следует держать ее в объятиях.

Он разжал руки, произнеся привычным грубоватым тоном:

– Ступайте.