Вся правда о нас - Дженнифер Хейворд

— К вечеру у меня будет черновик истории Константину, — заговорил Барт Форсайт. — Как раз вовремя.

— С опозданием на полдня, — поправил босс. — Как продвигается работа?

— Многое уже готово, — пожал плечами Барт. — Мессер отказался дать интервью, когда узнал, что мы позиционируем Айзека. Так что я пока просто причесываю эту историю. — Он бросил взгляд на Иззи. — Ты не забыла дать мне свои заметки? Я не смог ничего найти о его учебе в Бостонском колледже. Мне казалось, ты говорила, у тебя что-то есть.

Иззи застыла, ее сердце пропустило пару ударов.

— Я посмотрю. Возможно, я что-то пропустила.

Джеймс закончил летучку. Иззи уже почти вышла из кабинета, когда Джеймс жестом остановил ее:

— Останься на минутку.

Черт!

Она прижала блокнот к груди, пока коллеги выходили из комнаты. Ее сердце бешено стучало. Но она же ничего не сделала! Разве что утаила важную информацию…

Джеймс присел на краешек стола и скрестил руки на груди.

— Ты будешь вести сегодня вечерние новости. Джиллиан заболела.

Желудок Иззи сжался в комок. Одно дело вести передачу в выходной, а вести вечерние новости, которые смотрят миллионы зрителей, — совсем другое.

— Конечно. — Она заставила себя произнести это ровным голосом. — С удовольствием.

— Время самое подходящее, — кивнул Джеймс. — Руководство может сделать свой выбор в любой момент. Одним шансом больше произвести хорошее впечатление.

Иззи просияла.

Джеймс пошел устраивать нагоняй другим сотрудникам, а Иззи наконец смогла перевести дух. Интересно, это очень сложно — освещать политические новости, как это делает Джиллиан каждую среду? Или, может, руководство поручит это сделать Крису, ее соведущему?

Она подошла к своему рабочему столу и вытащила из папки заметки для Барта, попробовала сосредоточиться на работе, но буквы на мониторе расплывались. Иззи мысленно постоянно возвращалась к предстоящему вечеру.

Прошло еще десять минут, а она так ни слова и не прочитала. Иззи набрала номер Алекса. Он взял трубку после третьего гудка, но голос его звучал отстраненно.

— Привет! Как ты?

— Ты, кажется, занят?

— Я как раз собираюсь на встречу. У тебя все в порядке?

— Да, я просто… — Иззи замолчала, услышав, как на заднем фоне кто-то позвал Алекса по имени. — Не важно. Иди, поговорим позже.

— Ладно. Послушай, Иззи… — Его голос смягчился. — У Джесс сегодня очень тяжелый день, и она попросила у меня совета. Я собираюсь выпить с ней после работы, просто чтобы убедиться, что с ней все в порядке. Я буду ждать тебя в пентхаусе.

Ревность душила Иззи, но она постаралась говорить нейтральным тоном.

— Хорошо. В любом случае я сегодня задержусь.

Иззи повесила трубку и запустила пальцы в волосы.

«Сосредоточься на вещах, которые можешь контролировать, Иззи, — сказала она себе. — Например, на сегодняшнем выпуске новостей».

Когда тем же вечером Иззи вышла на съемочную площадку, мысленно она находилась совсем в другом месте. Она была нервной, резкой и с трудом находила себе место. К тому времени, как Иззи начала рассказывать о выборах мэра, она совсем растерялась перед камерой. И продюсер тоже. Он начал давать ей подсказки в наушник, но связь прервалась, и ее растерянность стала слишком заметна. Они удалились на перерыв, и продюсер старался растормошить Иззи, но ее буквально парализовал страх.

Когда красный огонек, означавший, что идет прямой эфир, погас, Иззи совсем расклеилась. Она отцепила микрофон, автоматически пробормотала слова благодарности съемочной группе и своему соведущему и убежала с площадки. Каким-то чудом она добралась до своего стола, схватила сумочку и выбежала на улицу, никем не замеченная. Она жадно вдыхала прохладный ночной воздух. Эфир был не просто плохим. Это была катастрофа!

Она ехала на метро в свою квартиру. Она показалась Иззи такой маленькой и жалкой после огромного пентхауса Алекса, что она быстро переоделась в спортивный костюм и кроссовки и вышла на пробежку.

Звук ее шагов отражался от тротуара. Обычно это размеренное эхо успокаивало ее, но только не сегодня. Иззи бежала вниз по переулкам в сторону парка и удивлялась, как может продолжаться обычная жизнь, когда она почти физически ощущала, как ее мир рушится.

Она бежала и бежала по дорожкам парка, пока не начали болеть колени. Возвращаясь, она замедлила шаг, чтобы отдышаться, и увидела мужчину, сидящего на ступенях у входа в дом. Алекс.

— Твой босс беспокоится о тебе, — мрачно произнес он, когда она остановилась.

Иззи достала из кармана телефон: три пропущенных звонка.

— Я напишу ему. Извини, не хотела тебя беспокоить.

Алекс вопросительно поднял бровь, в его глазах был еле сдерживаемый гнев.

— Я ждал тебя дома.

Горячие слезы, которые она изо всех сил старалась сдержать, покатились по щекам Иззи.

— Прости.

Алекс вскочил и тут же заключил ее в объятия.

— Все хорошо, — пробормотал он. — Один неудачный эфир большой роли не сыграет.

— Этот — сыграет.

Он покачал головой:

— Никто не будет судить тебя по одному выпуску. В следующий раз ты все сделаешь отлично.

— Я — не ты! — закричала Иззи, вырвавшись из его рук. — Я не чувствую себя королем мира в день игры. Я задыхаюсь, Алекс, просто задыхаюсь. Другого шанса мне не дадут.

— Ты не можешь этого знать, — нахмурился он.

— Но я знаю. — Иззи вытерла слезы. — Дело сделано.

Выражение его лица смягчилось.

— Собери свои вещи. Мы едем ко мне.

Иззи стояла и смотрела на Алекса, отчаянно желая обнять его как можно крепче, но она боялась своих чувств, боялась, что слишком сильно в нем нуждается.

— Думаю, сегодня я останусь дома.

— Почему? — с вызовом спросил он.

Она отвела взгляд:

— Полагаю, так будет лучше, учитывая все события сегодняшнего вечера.

Неприязнь вспыхнула в его глазах.

— Ты думаешь, между мной и Джесс что-то произошло?

— Нет. — Она покачала головой, но Алекс заметил ее секундное замешательство.

— Господи, Иззи! — Он сжал кулаки. — Я не находил себе места, я представлял себе самое худшее, пока наконец не догадался, что ты можешь быть здесь! Я мчался сюда как ненормальный, рискуя своей жизнью и жизнями других людей, а тебя здесь нет. Я думал, что умру! — Ярость сверкала в его глазах. — Не надо вести себя так, будто не доверяешь мне. Это же очевидно, что я с ума по тебе схожу!

Ее сердце бешено колотилось. Он от нее без ума?