Младшая сестра - Мэри Берчелл

Аликс сама удивилась своим словам. А на мать они произвели неизгладимое впечатление. Похоже, никто за последний десяток лет не осмеливался перечить Нине, да еще в такой грубой форме. Певица побледнела, ее лицо исказила гримаса гнева.

— Ты будешь делать то, что я тебе велю!

Аликс вздрогнула под суровым взглядом матери.

— Неужели ты думала, что я стану терпеть твои выходки? Я разрешила тебе остаться и жить здесь, я тратила на тебя деньги и время, пытаясь превратить замарашку в леди… и теперь ты выказываешь неповиновение в одной-единственной просьбе?

— Но твоя просьба абсурдна, — возразила девушка, уже не так уверенно. — Нина, почему я должна это сделать? Почему, мама? — Аликс трепетно обняла мать.

Но ее ласка не вызвала в Варони ответной нежности. Нина только отодвинулась от дочери, тяжело дыша в негодовании.

— Аликс, я не собираюсь спорить. И еще меньше хочу, чтобы ты спорила со мной. Я впервые попросила сделать что-то для меня. Твоя неблагодарность возмущает…

Девушка попыталась возразить, но Варони нетерпеливо подняла руку, призывая молчать.

— Погоди. Мне было нелегко оставить тебя здесь. Но ты хотела остаться, и я разрешила. Мне было бы гораздо проще отослать тебя обратно в деревню. Большинство женщин в моей ситуации поступили бы именно так. — Нина кивнула, уверенная в своих словах. — Но я пошла на поводу у твоих желаний и взамен ожидала, что смогу влиять на твое поведение, на выбор друзей. И вот как ты меня отблагодарила!

— Я не хотела. — Девушка чуть не плакала. — Пожалуйста, не думай, что я неблагодарная. Ты так много для меня сделала! Ты для меня как ангел… и, конечно, у тебя есть право критиковать моих друзей… или мое поведение, если оно недостойное. Но ты же сама познакомила нас с Барри. И он твой друг. Почему же ты возражаешь против нашей дружбы?

Аликс умолкла, но, поскольку мать не произносила ни слова, она продолжила:

— Мое поведение нельзя назвать плохим. Я ходила с Барри в ресторан, ты сама разрешила. Он послал мне цветы. А сегодня он возил меня в свое имение и познакомил с отцом. Что в этом плохого?

— Тебе мало моего запрета? — холодно произнесла Нина.

— Да, мало. — Аликс попыталась смягчить слова смиренным тоном, но она сказала то, что считала нужным.

Аргументы матери были ей непонятны. Раньше, если бабушка запрещала что-то, всегда четко и ясно указывала на причину. И Аликс подчинялась, понимая правоту старой миссис Фарлей. Но сейчас… мать наложила запрет без всяких объяснений… всего лишь каприз или, может быть, ревность.

— Нина, милая… Тебе не кажется, что я имею право знать причину твоего приказа.

— Нет.

Аликс беспомощно вздохнула:

— Бабушка никогда не отказывала мне в объяснениях.

— Не напоминай мне о добродетелях своей бабушки! — гневно воскликнула Варони. — Знаю, она была такой чудесной, а я беспричинно злая! — Женщина откинулась на подушки спиной к дочери.

Аликс молча проглотила обиду.

— Пожалуйста, скажи, почему я не должна видеться с Барри? — почти шепотом спросила она. — Мать не ответила, девушка решила попытаться вновь: — Признаю, ты знаешь его лучше и дольше меня. Если можешь сказать о нем нечто плохое… прошу, скажи сейчас. Только будь честна. Иначе зачем мне подчиняться твоему глупому приказу?

— Неужели мои желания ничего для тебя не значат?

— Значат! И очень много. Но, видишь ли… Барри мне нравится. Я не хочу причинять боль ни себе ни ему.

Варони обернулась и устало взглянула на дочь. Аликс заметила у нее черные круги под глазами.

— И ты… нравишься ему?

— Думаю, да. — У девушки вспыхнули щеки, но голос звучал твердо.

Вновь повисло тягостное молчание, и Аликс не выдержала:

— Ты знаешь его много лет. Неужели между вами что-то произошло?

— Да, произошло, — медленно произнесла Варони. — Ты права… я знаю Барри много лет. Но ты никогда не интересовалась, насколько хорошо я его знаю.

Аликс в недоумении уставилась на мать.

— Насколько хорошо ты его знаешь? — словно эхо, повторила она. — Я не понимаю…

Догадка пронзила подобно молнии. Аликс вздрогнула, и холодок пробежал по ее спине.

«Прескотт предупреждала о подобном. Нет, это просто язвительные слова некрасивой немолодой женщины. Нечто вроде того, что Барри был влюблен в голос Нины. Да, да, это вполне возможно. Как сказала секретарша, многие люди «влюблены» в ее божественный голос. Но там что-то еще. «Не знаю, был ли он влюблен в нее или только в ее голос…» — кажется, так. Неужели Барри и Нина были любовниками?!» Аликс посмотрела на мать, но лицо певицы превратилось в непроницаемую маску.

— Что ты хочешь мне сказать? — прошептала девушка.

— Неужели я должна все тебе объяснять?