Береги свою любовь - Хельга Нортон

Это не значило, что ей не хочется говорить. Правда, на ум приходили всякие пустяки: «Ты замечал, что шелест ветра в траве напоминает любовные стоны?» Или: «Мне хотелось бы провести пальцем по ямке на твоем подбородке»…

— …Хотелось?

Анджела захлопала глазами. Сначала она испугалась, что произнесла последнюю фразу вслух, но потом увидела протянутый ей бокал.

— Анджела, что бы тебе хотелось выпить?

Сердце колотилось как сумасшедшее. Она заставила себя вежливо улыбнуться.

— Спасибо, но мне нельзя ничего спиртного. Ребенок…

— Это минеральная вода с сиропом, — неохотно улыбнулся Филипп. — Клубничным. Наверно, у Мэг Райан был шок, когда я попросил ее купить бутылочку сиропа и поставить ее в холодильник.

Она стиснула ножку бокала.

— Мэг Райан?

— Мэг и ее муж Чарли присматривают за домом в мое отсутствие. Я пытаюсь выбираться сюда пару раз в месяц, но приятно знать, что кто-то заботится о доме.

— Ох… — Приди в себя, Анджела. Кончай охать. Придумай что-нибудь поумнее. — Да, я понимаю, что второй дом — это лишняя головная боль.

— Это радость, — ответил Филипп. — В смысле, дом на острове. Кроме того, я считаю его не вторым, а моим единственным домом. Сидней для меня… Как бы это получше выразиться? Место, где я вешаю свою шляпу.

— Что ж, понимаю. Тут красиво.

— Я рад, что тебе здесь нравится.

— Думаю, это место нравится каждому, кто здесь бывает. — Анджела подняла глаза, встретила его взгляд и покраснела. Что за намеки? Даже если здесь перебывала сотня женщин, какое ей до этого дело?

— Никого здесь не было, — негромко ответил он. — Только ты.

— Не поняла…

— Только ты. — Его взгляд прожигал насквозь. — Ты пыталась сосчитать, сколько женщин здесь было до тебя?

— Не льсти себе, — холодно ответила она. — Почему меня это должно волновать?

— Не знаю, — еле слышно ответил он. — У меня есть кое-какие соображения. Но ответ знаешь только ты.

— Не понимаю, о чем ты говоришь. Кого ты сюда таскал, меня не…

Анджела ахнула, когда Филипп перегнулся через стол и схватил ее за запястье.

— Может быть, хватит притворяться?

Она отодвинула стул и хотела встать, но Филипп не пустил. У нее заколотилось сердце. Какое признание он хочет у нее вырвать? Не выйдет. Она будет молчать.

— Отпусти меня, Филипп.

Филипп поднял ее со стула и прижал к своему горячему телу.

— Мы провели вместе одну ночь, — хрипло сказал он. — Только одну. Но я не могу ее забыть.

— Ты слышал, что я сказала? — Она хлопнула его по плечам. — Отпусти!

— Сначала ответь, черт побери! Скажи, что та ночь ничего для тебя не значила. Тогда я уйду и оставлю тебя в покое, которым ты так дорожишь.

— Не значила.

— Не верю.

— Замечательно! Ты требуешь ответа, но только такого, который тебя устраивает.

— Мне нужна правда. Конечно, если ты еще не забыла, что это такое. — Он стиснул ее плечи. — В ту ночь ты свела меня с ума. Раньше со мной такого не было.

— Замолчи! — Анджела заткнула уши. — Я ничего не хочу слышать!

Филипп схватил ее за руки и прижал их к своей груди.

— Все это время я думал о тебе. Мечтал о тебе. Знаешь, что я почувствовал, когда понял, что это для тебя ничего не значило?

— Замолчи! Замолчи!

— Если это ничего для тебя не значило, как ты могла дрожать в моих объятиях, стонать, кричать и шептать мое имя? — Филипп схватил ее за волосы и заставил смотреть ему в глаза. — Говори, или… или…

— Или что? — шепотом спросила она.

Филипп видел ее серебристые глаза, дрожавшие губы, жилку, пульсировавшую на шее, и понимал, что может овладеть ею, не сходя с этого места. Он прав, за ее гневом скрывается желание.

Она желает его.

Желает так же страстно, как и он ее. Но овладевать ею не следует.

Гнев и отрицание того, что их влечет друг к другу, — плохие советчики. Она должна сама прийти к нему. Раскрыть объятия. Прошептать его имя так же, как она шептала его в ту ночь, когда они зачали ребенка. Иначе это будет всего лишь секс…

А он хочет большего.

Черт побери, что с ним происходит? Филипп чувствовал себя так, словно стоял на краю пропасти, которая угрожала поглотить его.

Он отпустил ее плечи и сделал шаг назад.

— Уже поздно, — ворчливо сказал он. — Иди спать.

— Филипп… — пробормотала Анджела, слизывая слезы с губ.

— Будь добра, сделай одолжение нам обоим. — Он отвернулся, взялся обеими руками за каминную полку и наклонил голову. — Уйди отсюда.

Анджела мгновение смотрела на незнакомца, который был ее мужем. А затем спаслась бегством.

На черной поверхности воды плясал лунный серп, сделанный из слоновой кости. Звездные лучи протыкали покрывало из черного дерева и сквозь стеклянный купол падали на кровать.

В такие минуты дом напоминал Филиппу огромный парусник, плывущий по безбрежному травяному морю.

Но сегодня он не ощущал никакого удовольствия. Впервые с тех пор, как оснастил дом куполом.

Он не мог думать ни о чем, кроме Анджелы и катастрофы, которой оказался их брак.

Долгий день и еще более долгий вечер утомили его. Тело кричало криком, требуя сна, но мозг продолжал лихорадочно работать.

Зачем он привез ее сюда? Почему думал, что это может что-то изменить?

Но самое главное, с чего он взял, что из этого брака может выйти что-нибудь путное?

Филипп перевернулся на живот и начал колотить подушку.

Судя по положению луны на небе, стоял разгар ночи, когда по пустоши шныряют мелкие зверьки, а порывы ветра заставляют дом вздыхать.

Он слышал уханье охотившейся совы, скрип половиц и мерный шум накатывавшегося на берег прибоя.

Но Филиппу хотелось слышать только одно: дыхание жены, спящей в его объятиях.

Именно поэтому ему и не спалось. Стоило ему закрыть глаза, как он представлял себе, что Анджела рядом.

Увы, ничего подобного. Анджела лежит в соседней комнате, отделенная от него чем-то куда более крепким, чем деревянная перегородка. Может быть, она тоже не спит? И ждет?

Филипп сел и провел руками по волосам.

Если она чего-то и ждет, то возможности поскорее удрать отсюда. Расторгнуть этот брак.

И бросить его.

Он испустил злобное ругательство, встал и натянул джинсы. Какого черта он влез в это дело? Женился на женщине, которая его не выносит, а ради чего? Следовало послушаться Грега. Дать сыну свое имя, обеспечить его материально, а там было бы видно. Если бы он захотел, то мог бы стать для ребенка отцом, живущим отдельно. Множество мужчин находится в таком положении. Да, ситуация для ребенка не лучшая, но все же…