Добрая злая любовь - Татьяна Тронина

– Не буду, – послушно кивнула Наташа. Она пока не понимала, к чему ведет Макс.

– Милая моя... Какой же ты еще ребенок, в сущности! – засмеялся Макс и поцеловал ее в щеку. – И я тоже дурак – вздумал на тебя обижаться!

– Ты что, совсем меня не ревнуешь? – с удивлением спросила Наташа. Меньше всего она ожидала от Макса такого всепрощения.

– Немного ревную, конечно... – усмехнулся он. – Но это пройдет. Я ведь знаю, что ревновать пока не к чему...

– Ей-богу, Макс, совершенно не к чему! – горячо воскликнула она. Никита ее и человеком даже не считал – так, бесплотный ангел-хранитель, призрак из московских переулков...

– Можешь не клясться, – крылья аккуратного острого носа Максима слегка дрогнули. – Я знаю, что ты не умеешь лгать. Я очень рад, что мужчина, из-за которого ты на мгновение потеряла голову, оказался человеком разумным и не воспользовался твоей слабостью. Где вы встречались?

– На... на улице.

– Чудесно! Я преклоняюсь перед своим соперником – он не стал приглашать тебя к себе домой. Что, неужели действительно на улице? Не в кафе, не в ресторане, не в кино, не в каком-нибудь подземном мультиплексе...

– Да нет же! На площади трех вокзалов! – закричала Наташа.

– Не слишком удачное место... – пробормотал Макс. – Он очень экономен, твой друг. И домой тебя не позвал... А, я понял! Он не смог пригласить тебя домой, потому что дома у него кто-то был. Жена, например...

– Да, жена... – вздохнула убито Наташа, вспомнив белокурую красавицу Катю Стенич.

Макс рассеянно погладил Наташу по голове.

– Возможно, еще и дети. Твой возлюбленный – человек солидный, семейный, твои пылкие чувства для него – обуза... Господи, Наташка! – закричал вдруг Макс, схватив ее за руки. – Я знаю, кто это!

– Кто?

– Аркадий! Твой этот... зять, шурин, деверь или кто он там... Муж твоей сестры – Аркадий!

Наташа вовсе не ожидала такого поворота событий. Она не хотела говорить Максу о Никите, потому что он все равно не понял бы ее уличного, безмолвного знакомства, которое было сродни безумию. Но Аркадий! Он подумал об Аркадии... Наташа задрожала и затрясла головой, зажмурившись:

– Нет, нет, это не он! Это совсем другой человек!

Макс ничего не ответил. Он с холодным сочувствием глядел на перепуганную Наташу.

– Кажется, я попал в точку, – наконец пробормотал он.

– Да ты с ума сошел! – закричала Наташа. – Вовсе даже не Аркадий, а совсем другой человек! Если хочешь знать... если хочешь знать, его зовут Никита, он сценарист, он внук известного кинорежиссера Никиты Рощина – того самого, который снял эти фильмы – старинные, черно-белые, которые все время крутят по праздникам... «Апрель на Фабричной улице», «Неунывающие» и другие...

Макс кинул взгляд на стопку глянцевых журналов, валявшихся на полу.

– Значит, внук кинорежиссера, известный сценарист...

– Да нет же, он пока еще никому не известен! – замахала руками Наташа.

– Наташа, я же сказал – ты не умеешь врать, – вздохнул Макс. – Ты сейчас придумала первое, что пришло тебе в голову. Известный сценарист... – презрительно повторил он. – Ты просто начиталась этих глупых журналов... Могла бы придумать что-нибудь поинтереснее!

– Макс... – умоляюще произнесла Наташа.

– Значит, Аркадий, – задумчиво повторил Макс, совершенно не обращая на нее внимания. – Ну да это немудрено. Ты выросла, испытывая к нему совершенно понятное чувство благодарности, – и вдруг в один прекрасный момент решила, что это любовь. Ты кинулась к Аркадию с пылкими признаниями, но ему они оказались совершенно не нужны. Он дал тебе отповедь, а ты решила, что сердце твое разбито...

– Макс!

– Теперь понятно, отчего ты его так защищала! – вздохнул Макс. – Помнишь – когда мы обсуждали вопрос о твоем наследстве? Ты его так любишь, что даже готова остаться нищей.

– Я его не защищала! – изо всех сил протестовала Наташа.

– А я-то думал, ты защищаешь сестру... Нет, ты просто покрывала этого своего Аркадия...

– Да что ты к нему привязался! Он тут совершенно ни при чем!

Макс посмотрел на нее серо-голубыми холодными, словно зимнее небо, глазами.

– Наташенька, я тебя люблю и ни в чем не обвиняю, – тихо произнес он. – Хотя бы передо мной не разыгрывай спектакль. Это Аркадий, я знаю. Только напрасно ты так самоотверженно его покрываешь – он этого не заслужил. Он равнодушный, ленивый человек, который лишь формально может считаться твоим опекуном. Ему нет дела до тебя! Я видел его несколько раз, и мое впечатление о нем такое – это просто трутень!

– Да какой же он трутень? – справедливости ради возразила, не выдержав, Наташа. – У него бизнес – собственная фотомастерская, он занимается делом, неплохо зарабатывает...

– А, брось... Ему даже лень завести роман с тобой! Бизнес, фотомастерская... Да просто шарашкина контора, где за него пашут другие, а сам он неизвестно чем занимается. Скорее всего, спит в задней комнате.

– Макс! – заорала Наташа и бросила на пол чашку, которая разлетелась на множество мелких осколков. – Прекрати!

Макс замолчал.

– Это не Аркадий! – кричала Наташа. – Не Аркадий, не Аркадий... Не Аркадий!

– Ладно, пусть будет не Аркадий, – усмехнулся Макс. – Кричать вовсе не обязательно. Ты, наверное, всех соседей перебудила... Идем спать.

Он на руках отнес ее в постель, сам раздел.

– Я тебя люблю... – повторил он в ночных сумерках, целуя ее плечи. – Я тебя очень люблю!

Он с такой нежностью прижимал ее к себе и шептал о любви, что сердце у Наташи дрогнуло.

– Любишь? – с удивлением прошептала она.

– Да. Да... – он целовал ее в лоб, в глаза, в нос. – Зачем спрашиваешь? Ты же знаешь...

Несколько минут назад Наташа казалась себе одинокой, несчастной и брошенной всеми. В том, что Макс уйдет от нее, когда узнает, что она влюбилась в кого-то другого, она не сомневалась – и она с какой-то даже противоестественной радостью была готова броситься в печаль с головой, точно в омут. Но теперь Наташа вдруг почувствовала, что на самом деле она не так уж и несчастна!

Она закрыла глаза и вновь вспомнила лицо Никиты, когда тот целовал Катю Стенич. Ужасная, отвратительная, лживая маска, под которой скрывалась пустота... «Это не я, это он, Никита, – призрак!» – озарило Наташу.

– Макс... – прижалась она к своему возлюбленному.

– Что? Ну, что? – целуя ее, спросил он.

– Макс, я все придумала. Ничего не было. Я просто так... Я просто немного прогулялась под дождем – и все. Я ни с кем не встречалась!

– Конечно... – прошептал он ей на ухо. – Конечно, ты все придумала! На самом деле ты моя, ты только моя...