Лилия и Леопард - Сьюзен Виггз

— Если бы я мог дать тебе больше, чем дружбу, — прошептал он.

В ее груди затеплилась надежда.

— Я приходила сюда почти каждый день, — призналась девушка.

Ранд взял ее руку и прижался губами к запястью.

— Практиковаться в стрельбе? — насмешливо поинтересовался он.

Лианна покачала головой.

— Ты же знаешь, я искала тебя. И поэтому спрашиваю, где ты был?

Ранд молчал, тогда она отважилась предложить:

— Понимаю, я не должна расспрашивать об этом, ведь ты занимался рыцарскими делами величайшей секретности, — девушка бросила на него испытывающий взгляд и многозначительно сказала: — Но я обо всем догадалась.

Ранд затаил дыхание.

— Лианна…

— Не беспокойся, я даже горжусь тем, что ты прогнал англичанина.

Он растерянно заморгал глазами.

— Прогнал…

— Да, да, мы слышали, что «проклинальщик» уплыл, — в ее глазах сияло восхищение. — Ты дрался с ним, Ранд? Ты убил того, кто хотел завоевать замок?

— Англичанин уплыл… по своей собственной воле, — с трудом подбирая слова, заговорил Ранд. — Кровь не пролилась.

— О, он убежал в Англию как последний трус, да?!

— Я не знаю, Лианна. Я просто не знаю, — его голос звучал неуверенно и очень печально.

— Да на тебе лица нет, мой гасконец, — дотронулась она до его рукава и без всякого перехода спросила: — Ты за «арманьяков» или «бургундцев»?

— Интересно было бы узнать об этом у твоей госпожи. В ней течет кровь «бургундцев», а она ищет поддержки у «арманьяков»?

Глаза Лианны расширились от удивления.

— Откуда тебе известно о Гокуре?

Ранд пожал плечами.

— Из его присутствия в Буа-Лонге не делают секрета.

— А может быть, ты шпион «бургундцев»… или англичан? — с притворной суровостью продолжала допытываться Лианна.

Он усмехнулся.

— А если и так?

— Тогда я выкраду твой кинжал и заколю тебя! — продолжала дурачиться девушка, но, заметив печаль в глазах Ранда, приложила его руку к своей щеке и попросила: — Пожалуйста, поговори со мной. Я хочу знать о тебе все.

— Я бы многим поделился с тобой… если бы мог, — тяжело вздохнул Ранд.

— У тебя есть семья?

Его глаза потеплели.

— Да, если можно назвать семьей группу весьма разношерстных мужчин, — криво улыбнулся Ранд.

— Это твои люди? — не унималась Лианна, оглядываясь вокруг.

— Мои товарищи, но ты не найдешь их здесь.

— Расскажи о них, Ранд.

— Это самые обыкновенные люди, у которых есть матери, любимые… только у священника, разумеется, нет возлюбленной.

Лианна лукаво улыбнулась.

— Меня бы вполне устроило, если бы ты постоянно дружил со священником… Ранд рассмеялся.

— Ты бы так не говорила, если бы знала этого священника. Его чаще можно увидеть на охоте, чем в церкви, исповедующим прихожан. Да и мессу он иногда служит в заляпанных грязью сапогах и с манжетами для сокола.

— А остальные твои товарищи?

Взгляд Ранда снова стал настороженным и отчужденным.

— Думаю, будет лучше, если мы помолчим о некоторых вещах.

Лианна поняла, что затронула запретную тему, и, желая снова вернуть расположение Ранда, поднялась на носки и чмокнула его в щеку. Все-таки несправедливо расспрашивать человека, когда у нее самой полно секретов! Лианна не могла теперь признаться Ранду в том, что она и есть мадемуазель де Буа-Лонг, к тому же еще и замужем; а как сказать о гневе герцога Бургундского и английского короля?! Нет, пусть эта рощица останется местом их свиданий, местом, где они смогут забыть о том, что являются частью чьих-то планов.

— Время сейчас смутное, — примирительно произнесла Лианна. — Я не буду тебя больше досаждать расспросами.

* * *

Благоухающие весенними цветами поля манили к себе, звали прогуляться по их яркому ковру. Ранд то и дело наклонялся, чтобы сорвать нежную фиалку, полураспустившийся василек, какие-то веселые ярко-розовые цветочки, названия которых он не знал, и одну за другой рассказывал истории о храбрых рыцарях, коварных злодеях, несчастных девушках. Лианна слушала его словно завороженная, наслаждаясь своеобразным музыкальным голосом Ранда и представляя персонажей рассказов так же отчетливо, как видела цветы, которые он собирал в букет. На душе у нее было легко и радостно.

Ранд остановился на небольшом холме и с улыбкой протянул девушке цветы.

Лианна недоуменно пожала плечами.

— Что прикажешь мне с ними делать?

— Ради Бога, Лианна! — удивился он. — Вдыхай их аромат, просто наслаждайся ими!

Она засмеялась.

— Наслаждаться? Что за глупости! — фыркнула девушка и, вытащив из букета стебелек мандрагоры, поучительно заметила: — Вот из него при простуде готовят отвар.

— Ты испытываешь мое терпение, — вздохнул Ранд и засунул цветок ей за ухо. — Ну почему для тебя все должно иметь практическую пользу?

— Я не знаю, как по-другому смотреть на вещи, — взяв в руку фиалку, Лианна стала пристально рассматривать ее, затем бросила растерянный взгляд на изобилие цветов вокруг. — Честно говоря, они мне все кажутся одинаковыми.

Ранд нежно взял ее за подбородок и провел лепестками цветка по губам.

— Тогда позволь доказать тебе, что это не так.

Он уселся на траву и рассыпал вокруг себя цветы; на их тонкий аромат тут же слетелись бабочки.

Затаив дыхание, Лианна любовалась Рандом. Он был такой красивый, такой искренний! Как бы ей хотелось иметь хоть чуточку его уверенности в себе, хоть капельку его чарующей безмятежности, что позволяла ему восторгаться даже каким-то полевым цветком.

Лианна воспитывалась в атмосфере тайн и интриг, с детства привыкла трезво смотреть на вещи и больше доверяла своему разуму, чем сердцу; она совершенно не знала языка чувств и не могла разделить восторгов Ранда. Это приводило девушку в отчаяние.

Она медленно опустилась рядом с Рандом, рассеянно наблюдая за беззаботно порхающей над цветами бабочкой.

— Почему у тебя такой грустный вид? — мягко спросил он.

— Мне бы очень хотелось быть такой, как ты, Ранд. Такой… беззаботной.

— Беззаботной?! Дорогая моя, ты, действительно, считаешь, что я беззаботный?

— А разве это не так? Ты полон самых неожиданных удовольствий… — Лианна запнулась на этом слове и нахмурилась. — Извини, наверное, у меня плохо подвешен язык, я не умею выразить словами то, что чувствую.