Калейдоскоп смерти - Си Цзысюй

Линь Цюши и Жуань Наньчжу после ужина тоже вернулись в свою комнату.

Снаружи опять лил дождь, и Линь Цюши, сев на татами, погрузился в судоку на телефоне. Жуань Наньчжу устроился рядом, о чём-то размышляя, и вдруг спросил:

— Мне всё кажется, что здесь что-то не так.

— Что? – повернулся к нему Линь Цюши.

— Обычно за дверью не бывает миров без временных ограничений. Здесь всё слишком спокойно, — пояснил Жуань Наньчжу. – Это подозрительно.

Линь Цюши, поразмыслив, пришёл к такому же выводу: обыкновенно за дверью устанавливаются временные рамки, но здесь неигровой персонаж не обозначил дедлайна. Это ненормально.

— Может, мы чего-то не заметили?

— Думаю, да, — согласился Жуань Наньчжу. – Впрочем, это только первый день, излишняя спешка ни к чему.

Некоторые закономерности выясняются со временем, и все догадки сейчас оставались только догадками.

Линь Цюши тем временем припомнил вчерашнюю песенку, услышанную сквозь шум дождя.

— Я… - сказал он, — хочу сегодня выглянуть наружу.

Жуань Наньчжу поморгал.

— Ты не боишься? Что если обнаружить их – это и есть условие смерти?

— Не думаю, — покачал головой Линь Цюши. – Если вчера кто-то вышел из комнаты, значит, другие тоже слышали песню. Но с ними всё в прядке.

— Какой-то смысл в твоих словах есть, — протянул Жуань Наньчжу. – Разбуди меня, когда услышишь песню снова. Мы посмотрим вместе. Если что-то случится, сможем прикрыть друг друга.

— Хорошо, — Линь Цюши принял предложение.

Для Линь Цюши с его чувствительным слухом непрекращающийся шум воды стал весьма раздражающим фактором. Даже Жуань Наньчжу, лежащий рядом, не мог сразу заснуть от этих звуков. Он предложил Линь Цюши чем-нибудь заткнуть уши, но тот отказался.

— Посмотрим после этой ночи. Не хочу проспать песню.

— Ладно, — Жуань Наньчжу не стал заставлять.

Они улеглись в постель, и Жуань Наньчжу очень скоро заснул, тогда как Линь Цюши остался между сном и явью, при этом увидел причудливый сон.

В голове мелькали какие-то картинки, не связанные логикой. Линь Цюши даже оказался на собственной свадьбе, но когда отбросил покров с лица невесты, обнаружил под ним Жуань Наньчжу. В тот же миг он резко пробудился и тяжело отдышался, круглыми глазами глядя в потолок. Затем до него издалека донеслась детская песенка: Такеко… такеко… птичка в клетке…

Линь Цюши сел и растолкал Жуань Наньчжу.

Тот открыл заспанные глаза, но сразу же проснулся и, понизив голос, спросил:

— Они поют?

Линь Цюши утвердительно хмыкнул и указал на дверь.

— Идём, — кивнул Жуань Наньчжу.

Они вдвоём медленно подобрались к двери и выглянули наружу через маленькую щель.

Из-за темноты Линь Цюши было трудно разглядеть, что происходит снаружи, однако он всё-таки увидел, что во дворе, держась за руки, водят хоровод дети. Присмотревшись внимательнее, он заметил в этом круге дрожащего человека.

Такеко, такеко, птичка в клетке,

Хочет птичка улететь до самого рассвета.

Покатилась черепаха, и журавль упал.

Кто стоит за тобой? А ну-ка отвечай!

Когда песенка подошла к концу, дети остановились. Их бледные лица были вспухшими, как у утопленников.

— Кто стоит за тобой? – повторили они.

Человек в круге молчал, а может, и говорил что-то, но Линь Цюши его не слышал.

Затем раздался стук – это голова несчастного отделилась от тела и покатилась по земле!

Дети, как будто это их ужасно обрадовало, звонко закричали:

— Теперь ты «демон»! Теперь ты «демон»!

Тело без головы медленно поднялось, так же медленно развернулось и заняло место ребёнка за своей спиной.

Тогда Линь Цюши и заметил в круге ещё одно безголовое тело, которое уже держалось за руки с другими детьми.

Убитые люди занимают место детей в круге… становясь «демонами».

В тот же миг Линь Цюши наконец прозрел.

Песенка зазвучала вновь, и твари, радостно кружась в хороводе, направились со двора, скрывшись за завесой дождя. Линь Цюши больше их не видел. Но тут дыхание Жуань Наньчжу, стоявшего рядом, участилось, и он спросил:

— Ты заметил?

— Что? – не понял Линь Цюши.

— Вон там, — Жуань Наньчжу указал в угол двора.

Посмотрев туда, Линь Цюши ничего не смог разглядеть своим, хоть и очень хорошим, но обычным зрением, которое не шло ни в какое сравнение с зоркостью глаз Жуань Наньчжу. Было слишком темно.

— Не вижу…

— Не видишь? – Жуань Наньчжу приподнял брови. – Ладно, тогда не важно.

— Что там такое?

— Там стоит человек с зонтом, — пояснил Жуань Наньчжу. – И, кажется, смотрит на нас.

Линь Цюши:

— …

— Ладно, забудь о них, давай спать, скоро начнёт светать.

— Хорошо, — кивнул Линь Цюши.

Они сдвинули створки двери и вернулись в постель. Но только собрались уснуть, как снаружи послышался стук.

Этот звук был Линь Цюши знаком, он тут же изменился в лице:

— По полу катится мяч.

Жуань Наньчжу сел на своём татами.

Мяч ударился в их их дверь с громким «бум», Линь Цюши и Жуань Наньчжу вскочили с постели и замерли. Тут дверь в их комнату отодвинулась маленькой ручкой, и сквозь щель показались чёрные глазки, заглянувшие внутрь.

Они услышали тоненький девчачий голосок:

— Вы не видели мой мячик?

Линь Цюши и Жуань Наньчжу молчали.

Тогда девочка повторила:

— Вы не видели мой мячик?

Девочка отодвинула дверь ещё немного, и Линь Цюши увидел её лицо: наполовину сгнившее, с обнажившимися белыми острыми зубами. С девочки ручьями лила вода, на полу тут же образовалась тёмная лужа.

— Вы не видели… — в третий раз заговорила девочка.

Но Жуань Наньчжу её перебил:

— Ты намочила пол.

Девочка мгновенно замерла, словно услышала что-то очень страшное, и исчезла за дверью. Линь Цюши