Отчаянная и нежная - Кристин Сэлингер

— Довольно часто. — Она подняла трубку. — Паркер. Да, лейтенант Камилла Паркер. — Она кивнула Айвору. Это Мелоди, возьмите параллельную трубку, только молчите! — Она продолжала слушать, в то время как Айвор выскользнул из комнаты и подключился к разговору. — Да, мы тебя искали. Я ценю, что ты позвонила. Ты можешь сказать, где находишься?

— Я бы не хотела… — Голос у Мелоди был тонкий и нервный. — Я позвонила только потому, что не хочу никаких неприятностей. Я получила работу… Настоящую работу. Если будут неприятности с копами, я ее потеряю.

— Никаких неприятностей не будет. Я связалась с твоей матерью, потому что ты можешь помочь нам в расследовании. — Камилла подвинула свой стул так, чтобы видеть Айвора в дверной проем. — Мелоди, ты ведь помнишь Рут, правда? Девушку, чьим родителям ты написала?

— Я… припоминаю. Да, конечно.

— Чтобы написать то письмо, нужно было определенное мужество, и чтобы выпутаться из этого положения — тоже. Родители Рут тебе очень благодарны.

— Она славная девчонка. Ей просто не повезло, понимаете? Она хотела вырваться. — Мелоди умолкла, Камилла услышала звук чиркающей спички и глубокий вдох. — Послушайте, я ничего не могла для нее сделать. Мы были вдвоем лишь несколько минут, один или два раза. Она сунула мне адрес и попросила написать ее родителям. Как я сказала, это была славная девчонка в паршивом месте.

— Так помоги мне найти ее! Расскажи, где ее держали.

— Я не знаю. Господи, я действительно не знаю! Несколько раз нас обеих возили в горы. Отличный дом, знаете ли. Первоклассная сантехника, огромный камин, широкоэкранный телевизор.

— Каким путем вы ездили из Биллингса? Ты можешь припомнить?

— Ну да, в общем. Это было шоссе на Форт-Бентон, но мы по нему ехали не все время. Потом свернули на другую дорогу. Это не была автострада, скорее всего одна из местных двухполосных дорог, очень извилистая.

— Помнишь по пути какие-нибудь города? Или что-нибудь в этом роде?

— Форт-Бентон. После него больше ничего не было.

— Вы выезжали утром, днем, вечером?

— Первый раз это было утром, довольно рано.

— После Боулдера солнце показалось у вас спереди или сзади?

— Ой, не помню… Кажется, где-то сзади.

Камилла продолжала выжимать из нее подробности местоположения и маршрута, описания людей, которые ей встречались. Свидетельница Мелоди была неважная, хотя и старалась помочь. Все же опознать Даунинга и Кула по ее описанию не составило труда. Был упомянут и третий, который оставался на заднем плане, прятался в тени и наблюдал.

— Знаете, он был как паук, — говорила Мелоди. — Все время торчал в одном углу. Работа оплачивалась хорошо, так что я несколько раз туда ездила: триста долларов за один день и еще пятьдесят премия, если я им была нужна на двоих. Знаете, на улице таких денег не заработаешь.

— Знаю. Но ты это прекратила.

— Да, потому что иногда они были ужасно грубыми. Я уходила вся в синяках, а один из парней даже кусал мне губы до крови. Я стала бояться, потому что было похоже, что они специально стараются причинить мне боль во время съемок. Я пожаловалась Грязному Тиму, и он сказал, что я могу туда больше не ходить, он пошлет других девушек. Он сказал, что разберется с этим и, если здесь что-то не так, поговорит со своим копом. Я знала, что это вы, поэтому и позвонила, получив записку. Тим вас очень уважает.

Камилла устало потерла пальцем бровь. Она не сказала Мелоди, что в отношении Грязного Тима теперь следует употреблять прошедшее время. У нее духу не хватило.

— Мелоди, ты упомянула в своем письме, что они, возможно, убили одну из девушек…

— Да, я помню… — Ее голос ослаб, в нем послышалось колебание. — Послушайте, я не могу давать показания или что-нибудь в этом роде. Я не хочу туда возвращаться.

— Ничего не могу обещать, но постараюсь держать тебя подальше от этого. Расскажи мне, почему ты решила, что они ее убили.

— Я вам говорила, какие они грубые. И это не игра, нет. Последний раз, когда я там была, они меня даже поранили. Вот почему я решила больше туда не возвращаться. Но Долли, девушка, с которой я иногда вместе выходила на работу, говорила, что это можно пережить, что деньги слишком хорошие, чтобы их упускать. Она снова отправилась туда, но не вернулась. И я ее больше никогда не видела.

Она помолчала. Чиркнула еще одна спичка.

— Я, конечно, ничего не могу доказать. Но все же… Все барахло она оставила у себя в комнате, я проверяла. Долли обожала барахло. У нее была коллекция стеклянных зверюшек, очень мило, похоже на хрусталь. Она бы непременно вернулась забрать ее, если бы могла. Поэтому я думаю, что она или мертва, или они ее держат там, как и Рут. И мне кажется, я вовремя смылась, иначе они со мной чего-нибудь сотворили бы.

— Можешь назвать фамилию Долли? Не знаешь ли еще чего-нибудь о ней?

— Ее звали Долли — это все, что я знаю. И она была в порядке.

— Хорошо. Ты нам здорово помогла. Дашь мне телефон, чтобы можно было с тобой связаться?

— Нет, я не хочу. Послушайте! Я сказала все, что знала. Я не хочу иметь к этому отношения. Я вам сказала — я боюсь.

Камилла не настаивала. Узнать номер через телефонную компанию не составляло труда.

— Если вспомнишь что-нибудь еще, неважно, насколько тебе это покажется серьезным, позвонишь мне снова?

— Постараюсь. Слушайте, я очень надеюсь, что вы выручите девочку и эти гады получат по заслугам.

— Мы это сделаем. Спасибо.

— О'кей, привет Грязному Тиму.

Прежде чем Камилла сумела придумать ответ, Мелоди бросила трубку. В дверном проеме показался Айвор. Глаза у него были пустые, выражение лица напряженное.

— Вы можете доставить ее сюда. Живой свидетель…

— Да, могу. — Камилла снова подняла трубку. Надо было установить номер. — Но не хочу. — Она предостерегающе подняла руку, прежде чем Айвор успел что-нибудь сказать, так как оператор ответил. Она сделала официальный запрос.

— Код района 118, — заметил Айвор, пока она записывала данные в блокнот. — Вы можете попросить местную полицию взять ее.

— Нет, — отрубила она, пряча блокнот в сумочку, встала и потянулась за плащом.

— Но почему же нет? — Айвор схватил ее за руку. — Если вы столько извлекли из нее по телефону, можно извлечь гораздо больше при личном общении.

— Именно потому, что я столько извлекла по телефону. — Недовольная его вмешательством, Камилла отдернула руку. — Она мне выдала все, что знала, просто отвечая на вопросы. Без угроз, без посулов, без хитростей. Я спрашивала — она отвечала. Я не хочу потерять ее доверие, Найт. Если она мне понадобится, чтобы раздавить этих подонков, я прибегну к ее помощи. Но только тогда, не раньше. И только с ее согласия, — упрямо добавила она. — Это ясно?