Романтическое испытание - Кенди Шеперд

Джорджии нечасто приходилось видеть, как Уил теряет дар речи. Он ошарашенно молчал минуту или две, а затем произнес:

— Я не ожидал.

— Мы же с самого начала договорились, что я поживу у тебя, пока в школе не закончатся каникулы, — мягко напомнила она.

— Я… мне невыносимо думать о том, что ты уедешь отсюда. Я не хочу этого. И Нина тоже.

Джорджии и самой было больно об этом думать. Но еще больнее было бы остаться и продолжать притворяться просто подругой, понимая, что влюбилась в Уила. А если он снова начнет встречаться с женщинами? Что ей делать, если он будет приводить их в свою спальню? Если она еще хоть немного задержится в этом доме, все может закончиться катастрофой и полной потерей дружбы с Уилом.

— Время пролетело так быстро! Не спеши уходить! — взмолился он. — Тебе здесь нравится?

— Очень! Я не могу представить себе лучшего места под солнцем.

— Так почему бы тебе не остаться?

— Что ты имеешь в виду?

— Тебе ведь нравится тут жить, не так ли?

— Да, — призналась Джорджия и мысленно добавила: «Если не считать бессонных ночей, когда я лежу без сна, желая оказаться рядом с тобой в твоей спальне».

— Тогда оставайся и дальше моей соседкой по дому! Я имею в виду, сколько хочешь.

Джорджия и не надеялась на что‑то более романтичное. Уил ясно дал понять, что не может обещать ей серьезных отношений.

— Такой вариант мне не подойдет. Я преподаю в Северном Сиднее. Мне довольно долго добираться отсюда до школы, особенно в час пик. Кроме того, хоть ты и называешь меня соседкой, но на самом деле это твой дом, твои правила. Я здесь просто гостья. А я хочу быть независимой. Мне нужно собственное жилье — пусть даже это только комната в доме моих родителей.

«И мне нужен собственный мужчина», — мысленно договорила Джорджия. Ее сердце мучительно сжалось. Она не хотела другого мужчину. Она хотела Уила.

— У нас все получится! — заявил он.

— Как? Я здесь для того, чтобы помочь тебе с Ниной. Но я буду проводить в школе весь день.

— Я мог бы нанять няню, чтобы она присматривала за Ниной, пока мы на работе, а ты могла бы помогать мне с Ниной после возвращения домой и во время других каникул.

— А если я захочу куда‑нибудь пойти после работы? Или куда‑нибудь уехать на каникулах? Я уже собираюсь отправиться в Грецию в середине зимы. Мне нужна моя собственная жизнь, помнишь? Я должна двигаться дальше.

— Должен же найтись какой‑то компромисс! — Уил сделал паузу. — Нина будет очень скучать по тебе. И Султан, и Калипсо, и этот оранжевый кот.

— А ты, Уил? — Голос Джорджии дрогнул. — Ты будешь по мне скучать?

Он помрачнел.

— Почему ты спрашиваешь? Конечно, я буду скучать по тебе, Джорджи! Я хочу…

Дальнейшие слова Уила она не расслышала, потому что Нина снова решила поиграть с музыкальным молотком.

Джорджия вскочила с дивана и захлопала в ладоши.

— Она поползла, чтобы добраться до молотка! На животе. Не очень элегантно, но она поползла! Впервые! Умница! Она будет спортсменкой, когда вырастет. Я так горжусь ею!

Уил посмотрел на Джорджию.

— Ты любишь Нину, да?

Не было смысла скрывать правду.

— Да, люблю. Очень.

Джорджии хотелось всегда быть с ней рядом, чтобы видеть, как она растет, превращается из ребенка в подростка, затем становится взрослой девушкой. Мысль о том, чтобы стать ее мачехой, уже не пугала так, как раньше.

Радуясь тому, что дочь научилась ползать, Уил все же был более взволнован тем, что видел в глазах Джорджии, когда та смотрела на Нину. Он не хотел няню для Нины. Он хотел найти для нее мать.

А для себя? Для себя он хотел Джорджию.

С тех пор как она переехала сюда, этот огромный особняк стал настоящим домом — потому что Джорджия наполнила его своим теплом, своей энергией, своей добротой. Столько лет она находилась рядом с Уилом, маскируясь под его друга, хотя все это время была его идеальной спутницей. Уилу даже казалось теперь, что он всегда знал в глубине души: Джорджия для него — та единственная, которую он искал. И вот она снова ускользает от него. На этот раз Уил не собирался отпускать ее так легко.

— Давай я сфотографирую тебя с Ниной, — предложил он Джорджии.

Она вскинула руки к голове.

— Мои волосы в ужасном беспорядке.

Они и в самом деле были растрепаны. Но Уилу так даже нравилось. Ему очень хотелось запустить пальцы в эти волнистые пряди и поцеловать Джорджию.

— Твои волосы выглядят великолепно. Всегда. Ты вообще всегда выглядишь замечательно.

Она покраснела и наклонилась, чтобы взять Нину на руки. При этом Уил успел отснять целую серию фотографий: вот Джорджия нежно обнимает малышку, вот она ласково целует ее в макушку. Его захлестнули эмоции. Как славно выглядят вместе эти два любимых им человека! Никто, увидев их рядом, не поверит, что Нина — не дочь Джорджии. Они могли бы стать настоящей семьей. Его семьей!

Когда Джорджия предложила снять селфи втроем, Уилу, прежде чем ответить, пришлось сначала сглотнуть ком в горле.

Но потом ему уже было нетрудно улыбаться перед камерой, обнимая Джорджию, которая держала на руках Нину.

Вся эта суета, как и следовало ожидать, закончилась плачем уставшей и чрезмерно возбужденной Нины. Пока Джорджия успокаивала ее, Уил приготовил бутылочку со смесью, а затем Джорджия покормила малышку, отнесла в детскую и уложила спать.

Уил оставил их. Ему нужно было время побыть одному, чтобы выработать стратегию дальнейших действий. К тому времени, когда Джорджия вернулась из детской, план в его голове окончательно созрел.

— Нина сразу отключилась, — сообщила Джорджия.

— В холодильнике на обед есть кое‑что из деликатесов. Давай перекусим?

— Звучит заманчиво, — сказала она. — Но сначала нам нужно продолжить наше обсуждение.

— Хорошо, — согласился Уил. — Я придумал, как мы поступим.

Он понимал, что нужно тщательно подбирать слова, чтобы не спугнуть Джорджию.

Она подняла брови.

— В самом деле? Так быстро? Я тебя внимательно слушаю.

— Думаю, мы должны пожениться, — произнес Уил.