Демон - Мария Эльнорд

Проходит чуть больше месяца с моего приезда в Лафайет. Погода меняется, вечером становится прохладней, дожди и грозы проходят все чаще. Город постепенно погружается в сырость, готовясь к зиме.

В один из таких неуютных вечеров мы сидим с Джулией у меня в спальне и смотрим сериал, который она уговорила меня скачать. Наслаждаемся горячим попкорном с ароматом сыра.

– Никакой любви, – обещает она, – только ужасы, а это лучший хоррор-сериал.

На экране целующаяся на пикнике парочка, и я скептически кошусь на подругу.

– Сейчас все будет, – уверяет она, ехидно улыбаясь.

Парень ложится рядом с девушкой, и та счастливо улыбается. У меня появляется желание выключить компьютер, но Джулия перехватывает мои руки, и в этот момент на экране появляется кровавый клоун.

– Серьезно? – усмехаюсь я.

Джулия не отвечает. Клоун подходит к испуганной парочке и жестоко с ней расправляется. Я вскидываю брови, когда клоун вспарывает живот парню, и начинается жуткая заставка сериала.

У меня отваливается челюсть; я смотрю на Джулию, а та довольно щурится и включает громче.

– У них каждый сезон лучше другого. Психиатрическая больница вообще шедевр!

– Почему ты раньше не заставила меня посмотреть эту прелесть? – смеюсь я.

Отсутствие романтической линии радует меня. Все эти две недели я бегаю от воспоминаний об Адаме и презираю какую-либо романтику. Когда на улице целуются парочки, я предпочитаю как можно быстрее уйти оттуда, чтобы в голове не всплывал его образ. Джулия поддерживает меня и каждый день придумывает что-то новое, чтобы отвлечь от грустных мыслей. Сегодня это сериалы, вчера был боулинг, два дня назад она уговаривала меня пойти в гей-клуб, мотивируя тем, что нетрадиционные отношения не будут поднимать из сознания романтические воспоминания. Уговорить меня у нее не получилось, но попытка зачлась.

Джулия внимательно смотрит на экран и жует попкорн. Периодически она застывает с набитым ртом и колой в руках, когда происходит интересный момент, а потом начинает жевать быстрее, чем обычно. Ее поведение меня забавляет, и я тихо хихикаю.

– Что? – спрашивает она.

– Ничего. – Я только покачиваю головой.

Неожиданно на первом этаже слышится стук в дверь, и мы переглядываемся.

– Ты тоже это слышала? – шепчет подруга, и я киваю.

Мы сползаем с кровати и медленно идем к лестнице. Стук усиливается. Спускаюсь вниз. Девушка следует за мной. Удары становятся громче. Я подхожу к двери и пытаюсь рассмотреть нежданного гостя в глазок, но в темноте ничего не видно.

– Кто вы? – громко спрашиваю я. – Что вам нужно?

– Эмили. – Я слышу взволнованный и немного злой голос Адама и прирастаю к полу. – Открой дверь.

У Джулии округляются глаза. Она недовольно прищуривается, когда я вопросительно смотрю на нее.

– Не вздумай, – шепчет она.

– Уходи, – чуть тише прошу я, но удары раздаются с новой силой, и я подпираю дверь, боясь, что он ее выбьет. – Я вызову полицию, Адам!

– Твою мать, Эми, открой эту чертову дверь! – рявкает Кинг.

– Не хочу тебя видеть, – кричу я, но чувствую, как предательски трепещет сердце от радости снова слышать его голос.

– У меня в сумочке был газовый баллончик, – вспоминает Джулия и бежит на второй этаж. Удары прекращаются. Я прислоняюсь лбом к двери и слышу тяжелое дыхание Кинга. Да, мне безумно хочется открыть ему и прекратить эту душевную агонию. Я тосковала по нему все это время. Даже в сильной обиде хотела обнять его, пусть это неправильно.

– Я должен тебе кое-что отдать, – хрипит Адам.

Нужно прислушаться к разуму: я слаба, я не выдержу его присутствия. Я прощу его.

– Эмили, пожалуйста.

Его голос пугает меня. Он кажется болезненным и грустным, что так не свойственно Адаму. Разум идет к черту. Я осознанно наступаю на те же грабли, впуская Кинга в свой дом. Но как только лицо Адама появляется передо мной, силы покидают меня, ноги подкашиваются, а ладонь подлетает к губам. Лицо все в ссадинах, искривленные в улыбке губы разбиты, под левым глазом виднеется синяк, а на кончиках светлых волос виднеется запекшаяся кровь вперемежку с пылью и грязью.