Беременна от босса - Айрин Лакс

— Твоя взяла, — буркнул босс.

Автомобиль сорвался с места.

— Итак, вернёмся к ночи в клубе. Вернее, к тому, что ты стриптизёрша. Много зарабатываешь, Ева? — зло спросил босс.

Я едва не взвыла на месте. Потом посмотрела на ползущую вверх стрелку спидометра. Ласково дотронулась до локтя босса.

— Давай ты остановишься? Я тебе всё объясню.

— Давай! — процедил Руслан.

Через несколько минут он смог найти свободное место для парковки.

— Слушаю тебя, стриптизёрша Ева, торгующая видами своих прелестей, — ядовито отозвался босс.

— Первое, Алмазов. Без оскорблений. Ясно? Второе. Я не стриптизёрша. Я хореограф. Я ставила в клубе танцы девочкам.

— Нескладно врёшь.

— Меньше всего мне хочется выслушивать беспочвенные обвинения, Алмазов! — я достала телефон. — Сейчас я позвоню своей подруге, она работает в клубе. Она подтвердит мои слова.

— Нет, Ева. Она подтвердит любую твою ложь, — безапелляционно заявил босс.

Я с удивлением посмотрела на начальника.

— Для мужчины, который якобы ни разу не обжигался на отношениях, ты чересчур болезненно реагируешь на слова о лжи. Во-о-от где собака зарыта!

— Собака! — выкрикнул Алмазов.

От испуга я подскочила на месте.

— Я совсем забыл про собаку. Из-за тебя, между прочим! Все мои беды только из-за тебя, Ева. Ты — источник всех проблем!

Алмазов резко выкрутил руль. Какой-то он неуравновешенный стал и дёрганый до ужаса! Неужели мысль о браке, пусть даже фиктивном, делает из мужчин психов?

— Лучше молчи. Поговорим дома, — бросил босс.

Я предпочла не открывать рот на протяжении нескольких долгих минут. Но язык мой не желал оставаться без дела. К тому же мне было что сказать хаму.

— Руслан Дамирович, обращаюсь к вам как к человеку взрослому и разумному. Прошу учесть, что я в положении. Возможно, вам как мизогинисту и противнику отношений, браков и стороннику движения child-free мысли о беременной женщине глубоко неприятны…

— Что? — удивился Алмазов.

— Не перебивайте меня, я не закончила! — отчитала босса ледяным тоном. — Возможно, вы не разделяете моих взглядов на семью и отношения. Жить, как вам хочется, это ваше право. Живите согласно своим убеждениям! Но не ущемляйте при этом интересов других. И уж тем более, не вредите. Я начинаю нервничать рядом с вами. Это губительно сказывается на здоровье малыша. Возможно, вам на это плевать. Но мне нет. И если вы будете продолжать вести себя таким хамским образом, я буду вынуждена отказаться от исполнения договора. И не надо грозить мне увольнением, судом, тюрьмой и нищей жизнью. Я продам квартиру, если потребуется. Но здоровье малыша для меня превыше всего.

Алмазов выслушал мою тираду, не перебив меня ни разу.

— Извини, — ровным тоном произнёс босс. — Перегнул палку.

— Извинения приняты, — таким же равнодушным тоном ответила я.

Хотя, конечно, я его ни капельки не простила. Чёрствый, бездушный, циничный аферист.

Деловые отношения — вот что мне необходимо.

Но, боже, как же рядом с Алмазовым сложно придерживаться деловых отношений!

***

За оставшееся время поездки мы не проронили ни одного слова. Алмазов был нахмурен и вероятно зол на меня. Но сдерживался. Молодец…

Хотя, какой он молодец? Это я молодец, поставила хама на место и заставила замолчать. Внезапно я почувствовала себя дрессировщицей, запертой наедине в клетке с кровожадным львом.

Алмазов — лев? Ну, а что? Сходство налицо. Шевелюра у босса роскошная, к тому же он явно мнит себя царём или кем-то вроде него. Босс вёл себя, как типичный главапрайда, то есть заставлял шевелить мозгами меня, придумывая легенды и оправдания, пока сам лежит с гордым видом.

К тому же Руслан опасен, ненасытен и чуточку кровожаден. Вон как сердито сопел! Ну, ничего-ничего…

Я мысленно щёлкнула воображаемым кнутом. К ноге, мой лев! Я тебя выдрессирую и разучу рычать на беременных женщин. Будешь шёлковым и послушным львёнком и покатаешь меня на своей широкой спине…

Или не на спине, но последняя фантазия была явно лишней. Поэтому я сосредоточилась на мыслях о дрессировке алмазного львёнка, то есть Руслана Дамировича.

Алмазов торопился. Мне стало интересно, за какую собаку босс так сильно переживал. Наверняка, пёс жутко дорогой и с родословной, начинающейся от пса самого Адама.

Я с некоторым опасением заглянула за открытую дверь холостяцкой квартиры босса. Но любопытство взяло верх.

— Он не агрессивен? — осторожно спросила я.

— Кто? Саурон? — переспросил босс. — Милейший пёс!

Я согласно кивнула, но всё-таки оставила дверь приоткрытой. Потому что одна знакомая собачница своего агрессивного питбуля тоже считала милейшим псом. Хоть в глазах её питомца было написано только одно желание — убивать.

— Так. Ева. Ни шагу в сторону. Рядом с ковром большая лужа, — вздохнул босс и громко позвал. — Саурон!

Я услышала топот собачьих лап. Мысленно приготовилась быть шокированной при виде пса редчайшей породы, но… В коридор нам навстречу выскочил самый обыкновенный пёс. Породы… никакой. Это тёмно-серая, вислоухая дворняга, чисто вымытая, вычесанная и с круглыми, лоснящимися боками. Довольная жизнью, сытая, но дворняга.

— Иди сюда, парень! — присел босс и потрепал пса, норовящего облизнуть лицо мужчине. — Кто напрудил лужу?

Голос босса стал строже. Пёс присел, виновато опустив морду.

— Эх ты… — вздохнул Алмазов, потом погладил пса. — Ладно, я не в обиде. Сам виноват, запер тебя в четырёх стенах. Но у меня была уважительная причина.

Алмазов посмотрел в мою сторону, принявшись объяснять собаке.

— Случилась катастрофа. Она вон там, у двери стоит и думает, что ты её сожрёшь или испортишь ей классные туфли.

Я выдохнула облегчённо. Пёс не внушал опасения. Меня больше всего поразило, что Алмазов возился с дворнягой и разговаривал, как с приятелем. Даже тон голоса значительно потеплел.

Всё-таки босс — довольно интересный мужчина. Но тараканов у него — тьма тьмущая. Того и гляди, я смогу услышать, как они шепчутся внутри его головы. Позднее Алмазов позвонил домработнице и попросил прийти раньше, чем обычно.

— Надо выгулять Саурона. С тобой я забыл о том, что у меня есть пёс, — нахмурился босс.

Я не стала возражать. Мы отправились прогулочным шагом на площадку. Саурон принялся носиться вокруг нас с громким лаем и был доволен своей собачьей жизнью.

— Он целый день сидит взаперти?

— Нет. Я отвожу его к приятелю. У него большой вольер. Но на днях случилось непредвиденное. И я немного забылся.