Здравствуй, сын! - Амелия Борн

- А что в этом плохого? - подернула плечами Летти, грациозно поднимаясь со стола и подходя к окну.

Заложила руки в карманы модного короткого полукомбинезона, распрямила спину.

- Твоего сына я приму. Сможешь перечислять ему алименты, если ты об этом, - сказала Ви, и я застыл, приподняв брови.

То есть, мне разрешали оставить Матвея в качестве того, к кому раз в месяц будет уплывать часть семейного (как надеялась Летти) бюджета?

- Я не знаю, почему вообще с тобой это обсуждаю, - признался, поднимаясь на ноги и подходя к двери. - Хотя, вру… знаю. Мне очень любопытно понять, с какого хрена люди считают, что могут что-то решать за других, не спрашивая и не вникая в их истинные желания?

- Олежа… я уверена, что так будет лучше для всех! И для твоего ребенка тоже. Ведь у него теперь появятся деньги. Мы не будем скупиться, обещаю!

Летти подошла ко мне и, когда я предпринял попытку открыть дверь, чтобы указать Ви направление, положила руку на мою ладонь.

- А я рожу тебе другого сына. Или дочь. А лучше - двоих детей. И ни слова не скажу против твоего нынешнего ребенка, клянусь!

Видимо, на моем лице отразилось все, что я думаю по этому поводу, потому что Летти сначала отшатнулась, потом - взглянула на меня с неверием.

- Будь добра, покинь мой кабинет и забери с собой весь свой маниакальный бред. Никаких детей, кроме Матвея, мне не нужно. А когда я захочу еще одного ребенка - мне его родишь вовсе не ты, поверь.

Процедив эти слова, я приготовился к тому, что Ви выдаст еще что-нибудь. Но она лишь окинула меня взглядом, в котором была вся ненависть вселенной, и вышла прочь из моего кабинета.

Тогда я надеялся, что навсегда.

- Олег?

Диана отступила в удивлении, но потом глаза ее прищурились и она… улыбнулась.

- А я-то думала, почему мама сегодня забрала Матвея, и, главное, почему он был совершенно с этим согласен.

Она покачала головой, опустила ее, и волосы упали на лицо. Почти как тогда, когда пришла с нашим сыном благодарить меня за то, что я спас Матвею жизнь.

- Небольшая диверсия, - признался я, усмехнувшись.

От реакции Ди почувствовал себя спокойнее, хотя, стоило признаться, совсем не ждал, что путь к завоеванию этой женщины будет лишен терний.

- И зачем все это? - склонила она голову набок.

- Собирайся. Поедем поужинать вдвоем.

У Дианы на лице отобразилось то, чего я так боялся - смятение, перемежающееся испугом. Впрочем, эти чувства быстро исчезли и она спросила:

- Куда?

- В один из моих ресторанов. Там нам никто не помешает.

Я даже подумал, было, что Ди откажется, и сам растерялся, не представляя, что делать, если вдруг она ответит категорическим «нет». Разворачиваться и ехать домой?

Возможно. Только в этом случае я бы напрочь не понимал, как действовать дальше.

- Дай мне пять минут, - сказала все же Диана, и когда повернулась и скрылась в недрах квартиры, я выдохнул с облегчением.

- Это был самый вкусный лосось, который я пробовала! - с жаром заявила Диана, пригубив белого вина и откидываясь на спинку дивана.

Мы с Ди провели прекрасных пару часов, уплетая блюда, приготовленные на кухне моего ресторана, наслаждаясь вином и компанией друг друга. Болтали обо всякой ерунде, и это мне сейчас казалось наиболее верным.

- Так и передам Паше. Это су-шеф ресторана, - пояснил я на вопросительный взгляд Дианы.

- Уверена, ты бы сделал гораздо лучше, - вдруг сказала она.

Я сидел в полуметре от Ди: смотрел на ее губы и понимал, что у меня сейчас есть лишь одно желание. Совершенно мужское и занимающее все мои мысли.

Нет, о близости я не думал, хотя, конечно, не отказался бы от нее. А вот поцелуй, который я уже мысленно нарисовал себе во всей его полноте, никак не шел у меня из головы.

- Что? - выдохнула Ди, когда я сел ближе и склонился к ее губам.

- Ничего, - тихо выдохнул в ответ, и мой рот накрыл приоткрытые губы Дианы.

Сначала она напряглась, но я физически почувствовал, как Ди расслабляется. Это дало мне уверенность в том, что я все делаю правильно. Положив руку на лицо Дианы, я провел большим пальцем по ее скуле, углубляя поцелуй. Второй ладонью накрыл грудь, и, не успел сделать ничего большего, когда Ди вцепилась пальцами в мое запястье.

Отстранившись, со сбившимся дыханием, я смотрел на нее и не понимал, что сделал не так. Диана же взирала на меня в ответ с таким ужасом, что сомнений не оставалось - я вновь напугал ее так сильно, что это чувство было сродни шоку.

- Все нормально? - хрипло выдохнул, убирая руки, и услышал то, от чего захотелось застонать.

- Отвези меня домой... - прерывисто ответила Диана. И добавила моляще-испуганно: - Прошу.

Я едва не выматерился цветисто и витиевато. И ругательство это было бы направлено исключительно на меня.

Волков, Волков, ну ты и дурак.