Любовь и опасность - Бертрис Смолл

– Я знаю, мистрис Элсбет, вы сумеете устроить меня поудобнее, – заверил Эндрю, – и вы правы: нельзя допустить, чтобы доброе имя графини было опозорено.

– В таком случае у вас куда больше здравого смысла, чем у многих мужчин! – резко бросила Элсбет.

– Со временем вы это поймете, – серьезно подтвердил Эндрю.

Элсбет пристально глянула на него, словно заподозрив насмешку, но красивое лицо оставалось бесстрастным.

Несколько дней спустя в Стентон прибыли телеги с камнем, а заодно и каменщик, который быстро обучил нескольких жителей основам своего ремесла. Каждые несколько дней, по мере того как пустели телеги, прибывали новые горы камня. Адэр так и не поняла, каким образом рабочие узнали, сколько материала потребуется, но в один прекрасный день телеги не появились, а несколько дней спустя шестифутовые стены вокруг дома были окончательно возведены. Старый ров углубили и заодно провели канал от реки Стентон-Уотер, чтобы воды всегда было довольно. Кузнец выковал решетку, а мужчины навесили тяжелые двойные ворота из цельных дубовых стволов. Через ров перекинули деревянный мостик.

– Но почему не каменный? – удивилась Адэр.

– Его куда труднее уничтожить, – пояснил Эндрю. – Если стены возьмут приступом, мы сожжем мост и сумеем еще некоторое время сдерживать нападающих. Кроме того, ров не даст врагу применить осадные лестницы.

– Теперь дом больше похож на замок, – заметила Адэр.

– Не совсем, – поправил Эндрю. – Здесь нет парапетных стен с бойницами, и необходимо разрешение короля, чтобы построить замок, чего не требуется, если вы хотите просто укрепить дом.

На возведение новых оборонительных сооружений ушли весна и половина лета. Адэр решила построить внутри стен новые загоны. Теперь она убережет скот и от набегов, и от непогоды.

Время от времени обитатели Стентона видели небольшие отряды шотландцев, но очевидная готовность хозяев обороняться, казалось, расхолаживала пыл разбойников.

Скот, купленный зимой, разжирел на густой траве пастбищ, и несколько телок ходили стельными, чему Адэр была очень рада. Она больше не собиралась покупать скот до следующего года. Ее люди и без того тяжко трудились, чтобы вырастить достаточно зерна на корм. Они собрали и обмолотили урожай и сложили его в новой каменной житнице внутри стен, окруживших дом. Два толстых кота, славившиеся своей свирепостью, день и ночь охраняли зерно от мышей.

В конце августа Адэр получила от герцогини Анны приглашение погостить в замке Миддлем. Адэр не хотела ехать, отговариваясь делами, но Элсбет и Альберт настояли.

– Год выдался трудным, цыпленочек мой, – уговаривала Элсбет. – Сначала пришлось терпеть нежеланного мужа, потом он умер, а все последние месяцы ты командовала работниками, строившими загоны. Совсем забыла, что ты леди. Визит к герцогине напомнит тебе о твоем положении. И кроме того, повидаешься с дядюшкой. Герцог будет рад видеть тебя.

– А я провожу вас, – пообещал Эндрю. – Заодно отчитаюсь перед герцогом.

– Возможно, вам больше не придется возвращаться сюда, – беспечно бросила Адэр. Выросшая среди женщин, под присмотром леди Маргариты, она с трудом выносила вмешательство Линбриджа в свою жизнь. Ее учили управлять большим поместьем, но Эндрю держался как истинный хозяин, и слуги, даже Альберт, беспрекословно ему подчинялись, а Темный Уолтер – преклонялся с рабской преданностью, крайне раздражавшей Адэр.

– Возможно, – любезно согласился Эндрю.

Все это время он пытался стать ближе к леди Стентон, завоевать ее расположение и дружбу. Беда в том, что он был так занят, что для ухаживаний почти не оставалось времени. Адэр, в свою очередь, трудилась не поднимая головы: на ее ответственности лежали сев и жатва, огород, варка мыла и литье свечей, засолка мяса и рыбы и приготовление всяческих запасов на зиму. К концу дня оба так уставали, что языки не ворочались, хотя иногда Адэр и Эндрю все же играли в шахматы.

Теперь они ехали на юг, в Йоркшир, и утром ясного сентябрьского дня добрались до Миддлема. Погода была сухой, как обычно в это время года.

Герцогиня тепло встретила Адэр.

– Как же я хотела тебя увидеть! – воскликнула она, беря девушку под руку. – И какая ты хорошенькая! Коричнево-оранжевый цвет идет тебе. Я, кажется, видела, что ты скачешь верхом, по-мужски?

– Мне так удобнее, – призналась Адэр. – Боюсь, не зря леди Маргарита называла меня сорванцом. Вы тоже прекрасно выглядите, ваше сиятельство.

– У меня выдался хороший год. Северный воздух полезен для меня, вот только зимой приходится сидеть дома. Все же я люблю спокойную размеренную жизнь. А ты, Адэр? Мы не виделись уже больше года.

Женщины вошли в зал и уселись на широкий диван у одного из огромных очагов.

– Я никогда еще не была так занята, – вздохнула Адэр. – Судьба Стентона и его людей теперь зависит от меня. Никогда не представляла, какое это тяжкое бремя, и все же я безоглядно счастлива.

– Несмотря на случившуюся беду? Жаль, что твоего мужа убили, – заметила герцогиня.

– Фицтюдора? Но он только назывался моим мужем, – отмахнулась Адэр. – И, при своей гордости, был для меня скорее обузой, чем помощью. В жизни не видела столь невежественного мальчишку! Едва умел нацарапать свое имя, а читать так и совсем не мог. И искренне верил, что пришел в этот мир лишь для того, чтобы ему угождали.

Ничему не учился, не знал, как управлять поместьем. Я хотела отправить его к королю, но тут он погиб. Поразительно, но он едва держал в руке шпагу!

– И все же это был благородный поступок, – напомнила герцогиня.

– Благородный? Да, но глупый. Бедняга так легко дал себя убить! Зато после смерти он добился того, чего не добился при жизни. Я похоронила его рядом с моими родителями, и на каменной плите высечено, что здесь лежит граф Стентон.

– Но, Адэр, тебе пора замуж! – воскликнула герцогиня. – Сколько тебе лет? Уже семнадцать! И все еще девственна!

– Мне исполнилось семнадцать в прошлом месяце, – оправдывалась Адэр, краснея.

– Меня выдали за принца Эдуарда в четырнадцать лет, – заметила герцогиня. – В шестнадцать я вышла за своего Дикона, а в семнадцать – родила нашего Недди. Ты, как и я, трагически потеряла мужа и теперь должна найти другого.

– Но мне вовсе не надо замуж. Зачем? – нехотя возразила Адэр. Ну почему ее не оставят в покое?

– Ради Стентона, дорогая. Стентон должен иметь наследника.

– Ах, кто захочет жениться на мне? Я удалилась от двора и не выйду замуж за человека, которого не знаю, не люблю и, что важнее всего, не уважаю! Король прислал мне беднягу Фицтюдора, которого я искренне презирала. Только случайность спасла меня от тяжкой участи! Второй раз пройти через то же самое? Не могу, миледи Анна.

– Но ты знаешь Эндрю Линбриджа, – улыбнулась герцогиня. – Самый подходящий для тебя жених. Не знаю, нравится ли он тебе, но уважение ты наверняка к нему питаешь.