Два босса для Золушки - Ирис Ленская

— Валерка!

Алина схватилась за сердце и, едва дыша, обернулась к проходу. Через несколько секунд послышался топот на лестнице и громкие голоса полицейских, что-то кричавших по рации. Из обрывков фраз она поняла одно: банда уничтожена… но какой ценой?..

Стон раненого заставил её опустить взгляд. Весь жилет охранника был залит кровью. Нет, Аля не боялась её вида. Она целый год работала у матери в больнице после окончания школы. Гораздо страшнее была неизвестность… Что с Артёмом и Валерой?!

— Егоров, миленький, потерпи! Скорая уже подъехала. Нет, пить нельзя! Я могу только губы тебе смочить… Вот так, да промокну рану. Смотри на меня, не закрывай глаза! — приговаривала она, прижимая полотенце, а у самой все мысли были о том, что происходило на лестнице.

— Дениска… — бормотал раненый, — скажи Валере про сына. Пожалуйста!

Когда из-за поворота появились люди в белых халатах, Алю трясло. Она едва нашла в себе силы пробормотать:

— Ну вот, смотри, уже врачи приехали! Всё будет хорошо, не волнуйся! Я запомнила, что ты сказал, я передам, не бойся, — а сама, поднявшись, бросилась к лестнице.

Там уже толпились медики. Алина сбавила шаг. Взгляд судорожно метался с одной фигуры на другую, пока не остановился на лежавшем на полу мужчине в белой рубашке.

Морозов…

— Алина, — откуда-то сбоку к ней шагнул Артём, и, задыхаясь от душивших слёз, девушка прижалась к его широкой груди.

— Он мёртв? — выдохнула она, не веря своим глазам.

— Нет, жив. Тяжело ранен.

Вцепившись в мужчину, как в спасительный якорь, девушка смотрела, как медики поднимают неподвижное тело Валеры, его руки безвольно свесились. Поддерживая голову, раненого уложили на носилки. Але показалось, что он открыл глаза.

— Валера! — отпустив руку Белецкого, она бросилась к лежавшему пластом мужчине. Лицо у него было бледным, как полотно, большие голубые глаза с неподвижно расширенными зрачками смотрели в потолок.

— Валерочка, держись, миленький, — она склонилась над ним, но её оттеснили медики в синих бушлатах. — Теперь всё будет хорошо! Мы приедем к тебе с Артёмом…

— Поцелуй меня, — послышался ей тихий шёпот. — Может, в последний раз…

Бросив быстрый взгляд на стоявшего неподвижно Артёма, Алина протиснулась мимо врачей и, склонившись над раненым, прижалась к его губам.

— Быстро в «скорую»!

Чьи-то горячие руки взяли её за плечи и потянули назад.

— Я поеду с ним!

Алина дёрнулась и встретилась взглядом с Артёмом. Он стоял бледный и напряжённый. На обычно бесстрастном лице застыла гримаса боли:

— Нам нельзя уезжать из офиса, — в голосе босса звенела сталь. — Сейчас полиция начнёт дознание. Всех начнут допрашивать. Я буду на первом этаже. Они встретили бандитов, им больше всего досталось!

— Но…

Он быстро привлёк её к себе и коротко поцеловал в лоб:

— Нам не до паники, Алина. Тут «скорая», полиция. Не до нервов. Лучше приготовь кофе для охранников Войцеха.

Мимо на носилках к выходу пронесли Егорова, и она снова услышала его слабый стон:

— Дениска… мой сын…

— А кто, — девушка сглотнула тяжёлый ком, провожая взглядом врачей, — кто погиб из наших?

— Мне сказали, что ранены ещё двое. Погибших нет. Девчонки внизу попрятались под столы. Охранники прикрыли их, приказав всем лечь на пол и не высовываться… Сучары пробивались на верхние этажи… — Белецкий отстранился и снова повторил: — Ты нужна мне сильной, Алина.

Но её всю трясло.

— Тёма, мне страшно! Что теперь будет…

— Прекратить истерику! — он встряхнул её за плечи. — Соберись же! Сделай для ребят кофе и приготовься к допросу полиции.

Пытаясь унять дрожь, Алина закрыла лицо ладонями и сделала глубокий вдох.

— Да… я всё сделаю. Иди к ребятам.

— Вот и умница.

Алина уже ничего не соображала, мысли путались. Она знала одно: Артёму нужна её поддержка, а не слёзы и сопли. Стараясь не смотреть на залитую кровью лестничную клетку, девушка медленно отвернулась к окну и проводила тоскливым взглядом удалявшиеся машины скорой помощи.

Хоть бы с Валерой и Лёшкой всё обошлось…

***

Происходящее казалось кошмаром, который никак не кончался. После приезда полиции всё было как в тумане. Путаясь и всхлипывая, Аля отвечала на какие-то вопросы. Зачем-то у всех сотрудников брали отпечатки пальцев, каждого фотографировали. У охранников, кажется, даже взяли образцы крови…

Теперь же, после допроса, девушка неподвижно сидела за столом в пустом кабинете, тупо глядя в одну точку. Эхо выстрелов до сих пор стояло в ушах, казалось, закрой она глаза, и всё начнётся сначала: вновь завоет сирена, раздастся стрельба сначала на первом этаже, потом на лестнице, Морозов выдвинет ультиматум бандитам и скомандует «к бою!» Они с Егоровым первыми бросятся на защиту офиса, за ними Белецкий и остальные охранники, послышатся автоматные очереди, звон разбитых стёкол и стоны раненого Лёшки…

Алина дотронулась кончиками пальцев до лепестков хризантем, подаренных Морозовым. Такие же упругие и нежные на ощупь, как и его губы. Почему гибнут такие парни? Самые красивые, сильные, весёлые… Господи, о чём это она? Ребята ведь живы!

Судорожно перекрестившись, Воронцова откинулась в кресле. А ведь этот день обещал быть таким хорошим…

И вдруг словно пуля прошила Алин мозг — она вспомнила ночной кошмар, от которого в ужасе проснулась сегодня утром. Господи, да это же его продолжение! Проклятый вещий сон, или сон в руку, как там говорят… Воронцова отнюдь не считала себя суеверной, но как объяснить то, что вот уже второй раз в жизни ей снится этот зловещий сон! Первый был накануне смерти отца. Тогда ей тоже привиделась погоня, и в конце кто-то будто вонзил ей нож в спину…

Что это, совпадение? Скорее, предупреждение… Аля знала только одно: произошедшее навсегда разделило их жизнь на до нападения и после.

Когда в кабинет вошёл Белецкий с телефоном в руке, Воронцова встрепенулась и подняла голову.

— Я отпустил сотрудников, — мужчина устало опустился в кресло, — жду новостей из больницы — обещали перезвонить.

Аля тяжело сглотнула.

— Куда отвезли раненых?

— В Военно-Медицинскую академию, — его лицо выражало тревогу и озабоченность. — Они сказали, что кто-то из ребят умер от потери крови, не довезли до больницы…

Девушка в отчаянии заломила руки, в голове будто застучали молоточки. Слова Белецкого падали, как тяжёлые камни на крышку гроба.

— …одного из наших убили прямо у нас на глазах, — мужчина обхватил голову руками.

«Господи, только бы не Валера… Только не Егоров…» — молило сердце Али. Схватившись за виски, она раскачивалась из стороны в сторону.