Никогда не поздно - Айрис Джоансен

— Я должна немедленно вернуться в Марибу, — сказала Серена. — Наверняка должен найтись какой-нибудь выход. У меня есть немного денег…

— Неужели ты полагаешь, что я не заплатил бы этому подонку столько, сколько он просит, если бы дело было только в деньгах? — резким тоном ответил Гидеон. — Ведь именно по моей вине он оказался заложником. Это я его подставил!

— А я позволила оставить все как есть вместо того, чтобы заставить тебя вытащить его оттуда, — устало проговорила Серена. — Я думала, ему ничего не угрожает.

— Ты думала так только потому, что я убедил тебя в этом. — Даже загар не мог скрыть того, как сильно побледнел Гидеон. — Видит бог, Серена, у меня не было ни малейших сомнений в том, что Дэйн действительно находится в безопасности и ему ничего не грозит. Я знал, что в стране назревает кризис, но один человек, которому я доверял, убедил меня в том, что события достигнут точки кипения не раньше, чем через месяц.

— Какой смысл искать виновного! — не сдержавшись, выкрикнула Серена. — Мы должны вытащить его оттуда! Сейчас же!

— Вытащим, — с непоколебимой уверенностью произнес Гидеон. — Обещаю тебе, Серена, что уже завтра вечером он будет с нами. — Затем он повернулся к Россу. — Отправляйся к Мендино и скажи, что мы заплатим ему. И постарайся выторговать у него как можно больше времени. Убеди его в том, что за короткий срок такую сумму наличными собрать просто невозможно.

Серена повернулась и пошла по направлению к лестнице, бросив через плечо:

— Подожди меня, Росс. Я отправляюсь с тобой.

— Нет! — отрезал Гидеон. — В Марибе тебе будет угрожать опасность. Что помешает Мендино взять в заложницы и тебя? Кроме того, от тебя там все равно не будет никакого проку. Мендино никого не допустит к Дэйну.

Серена резко развернулась и направилась к Гидеону.

— Я должна что-то делать. Я не могу просто сидеть и ждать.

— Тебе не придется сидеть сложа руки. Здесь мы можем сделать гораздо больше, нежели находясь в Марибе.

— Каким образом? Ведь Дэйн не здесь, а именно в Марибе, черт побери!

— Не горячись, — успокаивающим тоном проговорил Гидеон. — Я понимаю: ты расстроена, волнуешься, сходишь с ума, но все же доверься мне. Ты же слышала, что сказал Росс: деньги здесь не помогут. Мы должны найти какой-нибудь другой способ вырвать Дэйна из лап этой сволочи.

— Какой именно?

— Необходимо связаться с повстанцами.

— Но и они находятся в Марибе! — Серена дрожащими пальцами теребила хвостик, в который были стянуты ее волосы, и, не выдержав, в отчаянии дернула за него, будто желая, чтобы боль отвлекла ее от тягостных раздумий. — Ты что, пытаешься окончательно свести меня с ума?

— Они не все находятся на Кастельяно, — сказал Гидеон. — Один из их лидеров здесь, в Санта-Изабелле. Мы сегодня же вечером свяжемся с ним и договоримся о том, чтобы освободить Дэйна.

— О боже! — бессильно выдохнула Серена. — Это ведь так опасно! Повстанцы, хунта, тюрьмы…

— Я знаю, — сказал Гидеон, кладя руки ей на плечи. — Я не могу обещать тебе, что все пройдет гладко, но твердо обещаю другое: Дэйну не причинят ни малейшего вреда.

— И как же ты сможешь этому помешать? Его губы тронула улыбка.

— Я же бульдозер, не забывай. Я их всех передавлю гусеницами. — Гидеон поднял за подбородок ее голову. — И ради всего святого, не плачь. Я этого не вынесу.

— Ведь ему всего двадцать один год! — Голос Серены дрожал и срывался. — Я всегда оберегала его от всяческих неприятностей, а вот на сей раз — подвела.

— Никого ты не подвела. В том, что произошло, виновата не ты, а я. — Губы Гидеона сжались в тонкую линию. — И именно мне предстоит исправить все то, что я натворил.

Он отступил на шаг назад и произнес уже другим — более деловым — тоном:

— Иди и собери вещи. Только не увлекайся. Тебе понадобятся джинсы, кроссовки и легкая куртка. Мы должны быть готовы отправиться в путь сразу же, как только я свяжусь с Хулио.

— Кто такой Хулио?

— Интересный вопрос, — сухо заметил Росс. — Хулио Родригес — это человек-загадка. Не уверен, что хотя бы один человек на земле достоверно знает, кто он и что он такое, но личность его, бесспорно, заслуживает внимания.

— Он лидер повстанцев? — догадалась Серена.

— Да, — кивнул Гидеон, — в определенном смысле. Даже не знаю, как тебе объяснить. Ну да ладно, я пошлю ему весточку и попрошу встретиться с нами в моем отеле, на другом конце острова. Хулио предпочитает появляться лишь в многолюдных местах.

— Ты думаешь, он сумеет нам помочь?

— Я бы не посоветовал ему уклоняться от этого. Ведь именно он убеждал меня в том, что Дэйну на протяжении как минимум месяца ничто не угрожает. — На лице Гидеона появилась мрачная усмешка. — Да, он нам поможет. Мы поужинаем в отдельном кабинете отеля, а после этого отправимся в ночной клуб. Он будет ждать нас либо там, либо там. — Гидеон испытующе посмотрел на Серену. — Ничего, если некоторое время ты побудешь в одиночестве? Я хочу, чтобы Росс отвез меня сейчас в отель. Надо подготовиться к встрече с Хулио.

— Со мной все будет в порядке. Я соберусь и заодно уложу твои вещи. — Серена чувствовала, что, если она хочет избавиться от мрачных раздумий о судьбе брата, ей обязательно нужно хоть чем-нибудь занять себя. — Может быть, сделать что-нибудь еще?

— Нет, — мотнул головой Гидеон. — Я вернусь за тобой через несколько часов, и мы снова поедем в отель. А пока постарайся поспать. Не уверен, что нам удастся отдохнуть после того, как мы побеседуем с Хулио.

— Неужели ты полагаешь, что я сумею заснуть, когда… — Серена умолкла, поймав себя на том, что срывается на истерический крик. Она должна держать себя в руках. Гидеон прав: кто знает, какие испытания выпадут на их долю, прежде чем этот кошмар закончится. — Хорошо, я постараюсь. До свидания, Гидеон.

С этими словами она направилась к лестнице и стала подниматься на второй этаж. Гидеон провожал ее взглядом до тех пор, пока она не скрылась за поворотом коридора.

— Она молодец, хорошо держит удар, — сухо заметил Росс. — Черт, до чего же я ненавижу выступать в роли черного вестника!

— А ты-то тут при чем! На тебе никакой вины нет. Ведь это я принимал решения и отдавал приказы. Если она и должна кого-нибудь возненавидеть, то только меня. Особенно если с Дэйном что-то случится. — Гидеон сделал паузу — Но сильнее всего себя ненавижу я сам. Ладно, поехали, — проговорил он, поворачиваясь к двери. — Будь я проклят, если у Мендино что-нибудь получится! Он еще горько пожалеет, что решил поиграть со мной в свои грязные игры!

— Вот это и есть твой хваленый революционер, за которым якобы все охотятся и который ускользает от своих преследователей как тень? — спросила Серена, с любопытством вглядываясь в скопище людей, которые топтались на танцевальном пятачке, чтобы еще раз увидеть Хулио Родригеса. — Может, это просто шутка?