Встретимся в Загсе или на небесах - Ива Ривер

— Да вот хоть моего Веселовского! Такая прям вся обаяшка любезная… а сама между делом зырк на него. А глазки с поволокой, губки капризные… Противно, блин. Я уж молчу, как она твоего Азарова очаровать пыталась!

— Ты-то откуда знаешь? — удивилась я.

— Видела, не слепая, — буркнула Галка. — Я ещё после свадьбы, на вилле, заметила, что она к нему не в тему липнет, только мне тогда без разницы было — я же ещё не знала, что у вас с ним любовь. А недавно в больнице вообще прозрела. Как-то утром заскочили с Сашкой к Виктору, а там она с Сергеем. Щебечет, взгляды томные, «лыба» загадочная! Вот, думаю, дрянь!

— Интересно… — протянула я. — А он мне ничего не говорил.

— Да он и не заметил, наверное, — отмахнулась Галка.

— Что не заметил? Что они его навещали?

— А, ты об этом… не, я про то, что она ему глазки строит. А то, что мы с Веселовским заходили несколько раз, пока ты по утрам дрыхла, говорил?

— Нет, — пожала я плечами.

— А ты спрашивала?

— Галь, о чём? Заходили ли к тебе мои друзья и сколько раз?!

— Всё понятно, — поджала губы она. — Ты как всегда в своём репертуаре. Слушай, ну нельзя же до такой степени ничем не интересоваться! С какой стати он тебе что-то рассказывать станет, если ты всем видом показываешь, что тебе всё равно? Хоть бы для виду полюбопытствовала, что там и как у жениха. До чего ж ты, Ритка, равнодушное создание!

Я задумалась. Действительно, наверное, равнодушное. Мне и в самом деле ни разу не пришла мысль спросить, с кем он там общается в моё отсутствие. Интересно, а как он это расценивает? Тоже как безразличие? Или рад-радёшенек, что попалась такая нелюбопытная невеста?

— Ладно, Галь, пойду я мусор выброшу.

— Да сиди уже, завтра Аня придёт, выбросит. А я, между прочим, Веселовскому вообще скандал закатила, когда узнала, что он к Марьяне в фирму обратился!

— Зачем? — я недоумённо уставилась на подругу.

— Для профилактики. Чтобы помнил: ЧК не дремлет!

— Дурь какая… Из-за мелочей друг другу жизнь портить.

— Да ладно, шучу я. Просто высказала своё суровое «фе». Мог бы и посоветоваться, прежде чем кого-то нам подсовывать! Хотя… никогда не знаешь, как лучше. Ведь если б не Марьяна, не видать нам ни Саввы, ни такого потрясного домишки. А как он мансарду отделал? Оттуда же уходить не хочется! А от пола я просто в улёте. И бильярдик Сашка удачно забацал, да?

— Ну да, здорово, — рассеянно согласилась я, продолжая размышлять о своём женихе.

Объективно Галка права, веду я себя безучастно. Вот даже сейчас, когда он уехал, я нисколько не интересуюсь его делами, стараясь не отвлекать от сложной работы пустой болтовнёй. Понятно, что на таком фоне ему и в голову не придёт рассказывать какие-то подробности. Во-первых, он может думать, что мне и впрямь по барабану, а во-вторых, может специально что-то не говорить, чтобы лишний раз меня не расстраивать. Я сама иногда так делаю — умалчиваю какие-то факты, чтобы близкие зря не тревожились, если помочь ничем не могут.

Тем не менее, я ощутила лёгкую обиду от того, что Виктор может тоже что-то от меня скрывать. Все наши телефонные разговоры сводились к «люблю-люблю, скучаю, жду». И больше, по сути, ничего…

Выходит, он не видит меня таким уж близким человеком? Хотя, нет же, я ведь только что иначе рассуждала. Всё, окончательно запуталась в противоречиях, пойду лучше мусор выбрасывать.

Я решительно поднялась, собрала пакеты и крикнула:

— Маг, не хочешь пойти прогуляться?

— Куда? — кот высунул из-за угла морду, тут же отразившуюся на всех зеркальных поверхностях.

— К мусорке, — усмехнулась я.

— Звучит неплохо, — отражённые морды иронично запрыгали. — Думаешь, там нам самое место?

— Думаю, в труппе Куклачёва будут чрезвычайно рады коту-юмористу, — в ответ съязвила я. — Так ты идёшь?

— Иду, — смиренно ответил он, сообразив, что настроение моё не располагает к веселью.

Мусорные контейнеры находились недалеко, но предстояло миновать Ванин особняк, о чём я вспомнила уже на улице.

Возвращаться не хотелось, с Ваней встречаться тоже, и я, прячась за полуголыми кустами, мелкими перебежками двинулась к цели. Магистр, глядя на это, похихикал, но комментировать мои действия не осмелился.

Однако зоркий глаз полоумного прозаика меня запеленговал и когда я, выбросив хлам, развернулась, чтобы идти обратно, Ваня с разбегу налетел на меня, едва не впечатав в мусорный бак.

— Несси, доброе утро! — взревел будущий классик. — Очень рад тебя видеть здесь!

«На помойке-то?! — заржал Магистр. — Какая прелесть! О, может, это недоразумение тебе свидание тут назначило?! — кот боднул меня головой, продолжая угорать. — А имечко-то какое — просто блеск! Так не честно! Я тоже хочу тебя Нессей называть!»

Я цыкнула на распоясавшуюся животину и вслух произнесла:

— Привет, Ваня. Мы здесь случайно.

«Ага, проездом!» — закатился кот.

Я, аккуратно, ногой, задвинула наглое хвостатое на вторую линию, и все последующие реплики звучали уже оттуда.

Интересно, где мой ехидный кот ошивался вчера, когда Ваня читал свой кретинский бред? Дрых, наверное, после переезда, как и все остальные! Такую возможность потоптаться по нежной писательской душе пропустил!

— Несси, ты бы не могла на минутку зайти ко мне? — спросил Ваня, махнув рукой в сторону своего участка.

Мой первый, весьма неудачный заход в его жилище был ещё достаточно свеж в памяти, поэтому я мягко, но категорично отказалась:

— Нет, Вань, извини, сейчас никак не могу. Времени совсем нет. Если у тебя что-то срочное, говори.

— Ладно, — не стал настаивать он. — Так даже лучше. На воздухе…

«О, да! — восторженно взвыл позади меня кот. — Конечно лучше, мой друг! В этом чудесном, располагающем к романтическим беседам месте! Один аромат чего стоит!» — От баков с мусором отвратительно несло.

— Хотел с тобой посоветоваться… Мама настаивает, чтобы я осветил в романе период американо-мексиканской войны. По её мнению, от этого произведение станет колоритнее и приобретёт большую историческую ценность. Я вчера с Петром поговорил, и он считает, что излишний историзм, наоборот, может всё испортить. Я основную сюжетную канву набросал, а сам сомневаюсь… Давай тебе изложу, а ты уже решишь. Или вечером в клубе поговорим?

— Излагай сейчас, — со вздохом сказала я. Не хватало ещё на вечеринке эту галиматью слушать… — Ты, кстати, с жанром определился?

— Не получается пока… — пожаловался Ваня. — Никак не могу выбрать между историческим и сентиментальным романом. Может, ты подскажешь?

— О, нет. Я в таком деле не советчик, — поспешно открестилась я.