Триггер: Красный - Алекса Мун

Она видит его изменения. Крохотные, бесспорно. Но из мелких песчинок состоит огромный пляж. И они смогу выстроить.. хотя бы, попытаться что-то выстроить.

— Ты пойди посмотри, а я закончу с ужином. — Разворачивает ее в нужную сторону и легонько подталкивает свою нерешительную девочку.

Знает же, что сейчас отгребёт по полной, но ее взгляд полный какой детской надежды и чуда, так умилял, что он готов стерпеть последующую истерику.

Алиса толкает дверь ведущую в спальню и замирает. На кровати, огромной кипой, лежат все ее вещи, которые остались у Игоря в квартире. Возле стены, аккуратно выстроены коробки с обувью.

— Я бы постирал это все, — доносится из кухни. Девушка не сразу понимает смысл, но Влад продолжает: — Пахнет чужим мужиком. Меня это раздражает. — Голос в шаге от неё.

— Как? — единственное, что получается выдавить и уже не хочет слышать ответ, ведь знает, без кровопролития здесь не обошлось.

— Ну, — растирает ладони и вторит ее мыслям. — Твой бывший ушлепок не захотел по-нормальному.

— Что ты с ним сделал? Зачем? Я бы сама все забрала. Просто нужно время.. .

— Я сэкономил твое время, Алиса. — Раздражается. Цедит сквозь зубы, поворачивая ее лицом к себе, держа за плечи. Хотелось встряхнуть. — Я пришёл и сам забрал их.

— Вломился? — округляет глаза.

— Можно и так сказать, — поджимает губы, качая головой. — Какая вообще разница? Результат на лицо! — обводит рукой ее вещи.

— Есть разница, Влад! Он же может заявить на тебя!

— Это так мило.. — ладонями обхватывает ее лицо, склоняясь, оказываясь на одном уровне. Настроение меняется по щелчку пальцев. — Это так мило, что ты переживаешь за меня!

— Идиот!! — зло отталкивает его от себя. Разворачиваясь, намереваясь уйти. Но не получается. Влад хватает ее за локоть и резко тянет на себя.

— Я приму твою реакцию, как неописуемую радость, которая стёрла границы дозволенного поведения. Но впредь, — приглушенно произносит ей в губы, давая понять, сколько сил он тратит на самоконтроль, — следи за своим острым язычком, детка!

Смотрит на него с испугом. Испуг никуда не делся. Залёг на дно и ждал, когда ее персональный монстр сорвётся.

Вот! Принимайте, даже росписи не требуется. А она ничего «такого» не имела ввиду. Не хотела оскорбить, просто сама не верит, что это все по-настоящему. Боится вслух сказать о чувствах.

— Пойдём за стол, пока я тебя не съел.. — облизывает пересохшие губы.

Кивает.

— Отлично! — хищно улыбается. Отпускает.

Дымящиеся блюда уже томятся на сервированном столе. В меню сегодня красная рыба запечённая в духовке. Запечённый хлеб с чесночком и оливковым маслом, запах которого, заставляет слюне скопиться во рту. Два бокала с белым вином и завершает весь этот гастрономический натюрморт, утонувший у зелени салат.

— Это ты приготовил?

— Я люблю готовить.

— Это видно! — садится за стол.

— Ну, как прошёл твой день, не считая загадочного желания, побыть в компании улиц Питера?

Он что-то задумал? С чего такой интерес и радушие? Так свихнуться же можно, балансируя из крайности в крайность, подвергая нервную систему беспрерывному стрессу.

— Как прошла встреча с братом?

Этот тон. Такой чувство будто он все знает. Чувствует это ужасное сомнение, которое разъедает Алису изнутри. Она до сих пор пилит себя из-за того что дала брату в долг деньги.

Только, разве, от этого легче?

— Я дала Васе в долг семь тысяч, — выпаливает на одном дыхании. Вот так просто, чтобы не передумать. Ведь отношения строятся на искренности.

Внимательно наблюдает за его реакцией.

Челюсть движется все медленнее, а взгляд чернеет на глазах. Вилка со звоном опускается на тарелку и Алиса вздрагивает от этого звука.

— Ты меня специально провоцируешь? — глотает. Переводит дыхание. — Ты поэтому натянута как струна? И, что дальше? Ты ему по доброй воле дала денег или он тебе угрожал?

Она издевается! С ней, блядь, соскучится не успеваешь. Все время нужно ожидать подвох.

А он то думает, почему она не в себе? Взвинчивая какая-то. Хочется придушишь ее. Чтобы больше не имела возможности встревать в неприятность.

Как ее оградить от этого? Он физически не может быть рядом двадцать четыре часа. Влад и так сделал все возможное, чтобы не спускать с неё глаз: на работе за ней приглядывает новоиспеченный друг, дома — он.

Но нет же! Ей захотелось приватной встречи с братом.

— Сама так решила. — Опускает глаза в тарелку и начинает ковырять рыбу.

Сама она так решила. Ну, конечно! Кто бы сомневался.

— Номер мне его напиши.

— Зачем? — пищит.

Смотрит на неё оценивающа. Согласен. Ей не нужно знать, что ее брат лежит в травмпункте. Брюнет сам, в тихую возьмёт его номер и решит очередную проблему.

Предстоящий мордобой быстро остужает пыл. Он давно мечтает помахаться кулаками.

А сейчас, ход конём, милая. Усыпим немного твою бдительность.

— А знаешь, незачем. Проехали, — Возвращается к трапезе. — Как насчёт того, чтобы, после ужина, нам с тобой поехать на каток?

***

— Ты уверен, что нас не выставят отсюда? — шепчет Алиса хватая парня за локоть, неосознанно прижимаясь к нему.

А Владу — осознанно. Ох как осознанно. Подсознание коварная штука. Проявляет себя в стрессовых ситуациях, показывая истинное обличие человека. Все спрятанное вываливает наружу. Сейчас именно такая ситуации, точнее для Алисы такая.

Идти по темному коридору, огромной, пустой ледовой арены и пугаться эха собственных шагов, п о том, чтобы быть пойманными, об этом вообще не стоит упоминать.

При этом всем, Влад не намерен прятать хитрую ухмылку, потому что ее подсознание, только что красноречиво обозначило его локоть безопасной территорией. А это значит, что все не напрасно. Он знал что с Алисой будет сложно. Будет сложно добиться от неё открытых чувств. Но Влад это сделает, пусть ему придётся идти длинным путём — через подсознание.

— Не нервничай так, детка! Никто нам ничего не сделает. Здешний охранник мой клиент. Я ему семью спас.

Не выходит. Его слова не внушают ей доверие, но приводят в легкий шок. Ну как в одном человеке может уживаться монстр и спаситель? Ведь недавно, она собственным глазами видела, как из его кабинета выходила счастливая пара. А четвон года назад он издевался над ней.

Одновременно с образом пары вспыхивает и другой образ. Образ его размалеванной курицы-секретарши. Внезапная ревность разжигает кровь, испепеляя страх. Алиса сама от себя не ожидала, что она способна быть такой собственницей.