Всё, Рыжая! Доигралась! - Ольга Цай

— Чёрт! — выругался себе под нос. Приподнялся, сел, провел по волосам пятерней. Пальцы все еще не слушались — отголоски запредельного оргазма давали о себе знать. Было ощущение, что я ее прочувствовал всю: от и до. Будто нашел каждую эрогенную зону на ее фантастическом теле.

Фантастическом? Как? Она не в моем вкусе. Совсем не в моем! Мне нравятся другие: высокие, блондинки, холеные, с соответствующим статусом. Где произошел сбой? Прочувствовал? Что меня смущает в этом слове? Стоп! Меня парализовало на секунду, затем выбрался из кровати, быстро прошел в ванную комнату, дернул дверь, залетая пулей.

Марина повернулась, держа в руках полотенце. А я на миг залип, рассматривая капли воды, разбросанные по ее телу.

— Олег? — вопросительно уставилась на меня. — Горим — не горим?

— Что?

— Ты чего влетел, будто где-то пожар?

— А, — тряхнул я головой, отгоняя наваждение, — Марин, мы не предохранялись. Честно, вообще из головы вылетело.

И это правда. Во избежание ненужных проблем сексом я занимаюсь только в резинке. А тут…Да, твою ж, тут вообще все вышло из под контроля!

— Как ты мог? Как мог? — в неверии качая головой и, опуская печальный взгляд в пол, прошептала она.

Мое сердце сжалось, настолько удрученным был ее вид.

— Марин, я… — не знал, что сказать.

Болван? Дебил? Кретин? Это мало для меня. Я должен был побеспокоиться о предохранении.

— Олег, если что, ты на мне ведь женишься? И дети будут расти в полной семье? — с надеждой, закусив губу, посмотрела она на меня.

Я остолбенел. Меня пронзило с макушки до пяток. Стал смотреть по сторонам, поворачивая голову то влево, то вправо, будто пытался найти выход из ситуации, ну, или трусливо сбежать. Черт, да я просто не готов жениться! Не сейчас, точно!

Выражение её лица внезапно поменялось, озарилось шаловливой улыбкой, она пошла на выход, остановилась рядом со мной, хлопнула по плечу.

— Да расслабься, Борисов. У меня спираль.

И вышла за дверь. А я так и остался стоять, переваривая услышанное. Спираль? Она сказала «спираль»? Довольно туго до меня доходили ее слова. А когда достигли цели, я почувствовал неимоверное облегчение. Облегчение и восхищение. Я не злился на нее за выходку. Так уделать меня — дорогого стоит! Рассмеялся, зашел в душ и открыл краны.

***

Я вышла из ванной комнаты, улыбаясь сама себе. Это было крутое представление, видел бы он свое лицо! Мне на какой-то миг стало даже его жалко — такой затравленный вид у него был. Даааа, кто-кто, а Борисов женится, когда рак на горе свистнет. Вдоволь навеселившись, я пошла в спальню накинуть что-нибудь на себя. Не раздумывая, зашла в гардеробную, нашла очередную рубашку, которая мне опять же доходила почти до колен, прошла в гостиную, включила телевизор и принялась переключать каналы.

— Так, дорогая. Как за слова отвечать будем? — внезапно над ухом раздался голос, отчего я вновь подпрыгнула на месте.

— Борисов, пипец! Я тебе точно бубенчик надену, как на корову. Вечно крадешься, как кот.

— Мммм, как кот? А мне нравится сравнение. Иди-ка сюда, подставляй свою хорошенькую попку — буду наказывать.

Я повернула голову и увидела в его руках пояс от халата. Вот боли я вообще не переносила, в категоричной форме. Понятия не имею, поясом больно или нет, но выяснять это я точно не намерена. А он уже обходил диван и шел ко мне. Я подскочила, как ошпаренная.

— Олег, не смей! Ты с ума сошел?

— Я? Абсолютно нет. Твоя шутка была забавная, теперь шутить буду я.

— Борисов!

Он медленно шел вокруг дивана, я двигалась от него, следя за каждым его движением. Он сделал рывок, но я успела отскочить и выбежать из гостиной, юркнула в столовую. Он же не бежал, а лениво мягко ступая, шел за мной. Я зашла за стол.

— Олег, прекрати. Это, в конце концов, уже не смешно! — как можно строже произнесла я.

— Уверена? У нас, наверное, чувство юмора разное, да? — продолжал наступать, не сводя с меня взгляда.

Мда, по-моему, на этот раз я его реально доконала.

— Ну, прости. Ладно? Давай забудем?

— Конечно, забудем. Иди ко мне и все забудем, — невесело улыбнулся он.

Блин, может, он маньяк подпольный? — пронеслось в голове. — А может, любитель «пожестче»?

Отвлеклась на внезапно пришедшую мысль и не заметила, как он сократил расстояние и схватил меня за руку. Я испугано вскрикнула. Он прижал меня к себе, внимательно разглядывая мое лицо с какой-то странной, немного зловещей улыбкой. А я вдруг поняла, что не страх испытываю, точнее не только его, а еще и возбуждение. А потом он легонько шлепнул меня по попе и в губы прошептал:

— В следующий раз так легко не отделаешься, Рыжая.

И улыбнулся во все тридцать два.

— Ах, ты гад эдакий! Напугал меня! — ударила кулачком его в плечо, когда до меня дошло, что передо мной был разыгран театр одного актера. — И пояс этот на кой-то притащил.

— Два — один, Марин!

— Один — один, хотел сказать?

— Нет, Мариш, что хотел, то и сказал.

— Тогда у тебя со счетом беда.

— Навряд ли. Ты память напряги, — с этими словами поднял меня под попу, отодвинул стул и посадил на обеденный стол. Встал между моих разведенных ног, провел пальцами по внутренней стороне, посылая импульсы по всему телу. Наклонился и поцеловал жадно, глубоко, укладывая меня спиной на стол. Завел мои руки за голову и я почувствовала что-то мягкое на запястьях.

— Ты что…

— Тцццц, не волнуйся. Долг платежом красен. Ты неплохо развлекалась в спальне недавно, так что теперь моя очередь, — проговорил, заканчивая связывать мои руки над головой и сосредотачиваясь на пуговицах на рубашке.

Именно в эту ночь я поняла, что такое платить по счетам в полном объеме. Без остатка, без ограничений, с полной самоотдачей. Он сравнял счет, заслужено можно объявить: «два — два».