Маска юности - Анна Розен

Вторник, 15 сентября. Нью-Йорк

Сидеть в больничной рубашке на одноразовой простынке мне не нравилось никогда. Регулярные медосмотры – неотъемлемая часть подготовки к контрактам. Обычно. Но когда всё делается впопыхах, то кто-нибудь про что-нибудь обязательно забывает.

Так и получилось, что после введения мне Маски времени ждать полного окончания трансформации не было. Я чувствовала себя хорошо – меня и отправили на задание. Вот теперь я расплачиваюсь.

В субботу мы просидели с Райаном довольно долго, разговаривая о всякой ерунде. Футбольные байки, забавные случаи с его друзьями, любимые сериалы и прочая ерунда. Я успокоилась и никуда не торопилась. Я бы и в штаб-квартиру не поехала, но уж больно настаивало начальство. Лидия смогла взять билет только на обеденный рейс, так что времени было предостаточно. А вечер и правда получился прекрасный. Райан меня не обманул.

И оттого я ещё больше сейчас жалею, что приехала. Вчера мне искололи все вены, взяв просто литры крови. А сегодня меня ждал самый нелюбимый женский врач.

– Цикл регулярный? Дата последнего? Половые контакты? Незащищённые? – мужчина с совершенно безразличным лицом и бесцветным голосом зачитывал вопросы из списка и записывал мои ответы.

– Боже, да зачем всё это! Я всего лишь раз расплакалась практически без повода. Ну с кем не бывает! – возмущалась я в перерывах между вопросами.

– Вас не насторожило нарушения цикла в этом месяце? – врач оторвался от листка и посмотрел на меня с осуждением.

– Такое бывает в первое время после введения Маски, – отозвалась я. – Вы и так это знаете. Перестройка организма, стресс от переезда и новой работы, акклиматизация и прочая ерунда. Это же нормально!

Он оставил мои слова без комментариев и вернулся к писанине.

– Да, вы же сами утверждали, что это нормально, когда девчонки на собрании начинали паниковать и задавать вопросы. Почему сейчас что-то изменилось? Вы что-то скрываете от меня?

Тишина.

– Мистер Ли, я чего-то не знаю? – в отсутствие его реакции я начала нервничать. – Поговорите со мной в конце концов?!

– Нужно дождаться анализов, – холодно ответил мужчина. – Но вам следовало обратиться к нам раньше, а не затягивать на месяц.

ЧТО? Мистер Ли никогда не отличался приятным характером, и учёным был больше, чем врачом. Его тяготила необходимость самостоятельно общаться с пациентами, но держать большой медицинский штат было не слишком выгодно, поэтому ему приходилось делать над собой усилия.

– Мне не затягивать? МНЕ? – я завелась с пол-оборота. – Да что вы говорите? А может не стоило так торопиться? Или лучше за мной приглядывать? Где были вы весь этот месяц, если всё это так критично? А? где вы были?

Я разошлась не на шутку, хотя обычно не имею такой привычки.

– Были заняты, – ответил он и встал со своего кресла. – Одевайтесь, мисс Коул.

И вместо того, чтобы потянуться за одеждой, я расплакалась. От его черствости и от того, что со мной, видимо, что-то происходят, а мне ничего не говорят.

Я размазала слёзы. Блин, раньше я такой плаксой не была. Успокойся! Через пару дней тебе все объяснят. Успакойся, Сэм!

Телефон в сумке в очередной раз тренькнул, уже раз в десятый за прием. Мистер Ли стал выглядеть еще более недовльным, так что я поторопилась сбежать из его кабинета.

Я уехала без предупреждения, и теперь меня закидывали тонной сообщений в попытке выяснить, куда я делась. Пришлось изобретать душещипательную историю о том, что мой папа попал в больницу в Нью-Йорке, и мне пришлось срочно ехать туда. Вроде бы все поверили, но теперь справлялись ещё и о его состоянии. И боже, вы даже представить себе не можете КАК много пишут подростки! Когда я виделась с девчонками каждый день, мне писали гораздо реже. А теперь еще и Райан повадился скидывать мне смешные картинки и мемы. Вернее, это он считает их смешными, моё чувство юмора перед ними пасует. Хотя думаю, что дело в нервах. Из-за всей этой медицинской недосказанности я не могу нормально есть и спать.

Приём у доктора Ли закончился как раз перед обедом, и мы договорились с моими друзьями встретиться в кафе неподалеку от офиса. К моему приходу Чед уже заказал мой любимый салат и кофе, и флегматично жевал свой. Лидия, как обычно, опаздывала.

– Привет, красавчик! – поприветствовала я Мендеса и чмокнула его в щеку.

– Сэм, ты поосторожней с этим, – отреагировал мужчина и огляделся по сторонам. – Не забывай про свой возраст, пожалуйста. Я не хочу разбираться с полицией из-за какого-нибудь бдительного гражданина.

– Извини, всё время забываю от этом. Особенно когда я не в школе, – я уселась за стол и накинулась на салат. Есть хотелось дико!

– Что сказал мистер Ли? – поинтересовался Чед, ковыряя свою еду.

– Ничего, как всегда. Только запугал в своей обычной манере. Неужели Портера не замучили постоянные жалобы от девчонок? Ему давно пора взять в штат милую женщину гинеколога. Всем бы от этого стало лучше.

– Бюджет нерезиновый, – процитировал друг шефа.

– Да-да! – отмахнулась я. – Ты лучше скажи, чем таким все были заняты, пока меня не было? Неужели так сложно было заглянуть в моё дело раньше?

– Пенни подстрелили, – буднично сообщил Чед.

– Что? – я поперхнулась кофе. Пенни была очень милой девушкой, одним из немногих полевых агентов, с которыми мы поддерживали контакт в обычной жизни. – Боже, когда? Почему мне никто не сказал? Мы же разговаривали каждый день!

– Она работала переводчиком у одного бизнесмена. И тот взял её на деловую встречу с покупателем. Им оказался Луи Монцони, довольно известный торговец оружием из Италии. В переговорах что-то пошло не так. Случилась перестрелка. Её ранили. А дальше у всех паника, потому что они были в Европе. И оперативно вытащить её оттуда у нас не получалось. А местные контакты оказались не готовы к таким форс-мажорам.

– Она жива? – у меня сердце ушло в пятки. Вот тебе и непыльная работёнка переводчиком.

– Да. Но работать у нас больше не сможет. Ей пришлось сделать переливание крови. Много крови. Были задеты какие-то жизненно важные органы. Короче, говорят, уровень ваших дурацких метаморфинов снизился до критической величины. Хорошо хоть блокатор подействовал.