Как целует хулиган - Стася Андриевская

В баньке было душевно, хотя в парилку Данила сунулся только раз – молодую кожу на шрамах тут же обожгло, и он плюнул. Занырнул в ночную Волгу, отфыркиваясь, вернулся к домику. Сидели теперь на крыльце, выводящем прямо к воде, поглядывали на огни барж на рейде, слушали, как шумят в тёмной высоте кроны деревьев и неторопливо глушили водку с пивом. Ёрш накрывал мягко, но настойчиво. Уже слегка заплетался язык и Данилу начало клонить в сон. А где-то в одной из соседних банек задорно визжали девки. Кирилл, кивал в их сторону:

– Ведьминский шабаш. Бывал когда-нибудь на таком? А я бывал. И это, конечно, капец...

Заговорщически подмигивал. А у Данилы от их смеха скулы сводило злостью.

– Нахер баб, Кирей, сюда слушай! Я вот думаю, раз такое дело, надо, наверное, тачку другую взять. Что-нибудь типа «пирожка» москвичёвского Присматривал уже, в принципе с рук можно не за дорого найти. А если ещё и жигуля моего махнуть не глядя, то и вообще почти по нулям получится. Жалко, конечно отдавать, всё-таки память о бате... Но у пирожка что хорошо – это кузов. Там хоть спирт, хоть железо возить можно будет. Кстати, спирт уже завтра-послезавтра придёт.

– Сколько взял?

– Десять бочек по двести литров.

– Хренасе! Не боишься, что накроют?

– Не особо. Менты сами с этого кормятся, это если уж прям совсем поперёк идти, то могут закуситься, а так... Всё решают откаты. Бочки в гараж сгружу, а оттуда буду канистрами возить. Пацаны, кто барыжничает, говорят нормально, до пяти канистр менты вообще не связываются, если только особо додельный какой-нибудь попадётся. Но обычно и их отпускает с косаря на лапу. Ты как, не хочешь в долю войти? Не по мелочи, естественно, а на опт. Я ещё никому не предлагал, тебя ждал.

– Интересно, что они там делают, что так визжат? – свернув голову в сторону девчачьей баньки, усмехнулся Кирилл. – Кстати, заметил, они вообще без мужиков. Не хочешь в гости наведаться?

– Бля, Кирей, я тебе про дела, ты мне про баб! Нахер они нужны вообще, одни проблемы от них.

– А вот это ты меня сейчас прям пугаешь, братан! Что значит, нахер нужны? Ты чего там, в армии своей, брома пережрал? Ды ты, сейчас как волчок голодный должен трахать всё, что движется, а не про железки с водярой задвигать! Ты чего такой напряжный-то? Успеется про дела, расслабься, брат! Будь легче! Хочешь, с зачётной тёлочкой для встреч без обязательств познакомлю?

Данила аж зубами заскрипел.

– Не хочу! Сучки они все, Кирей. Ты мне лучше по спирту скажи, в долю пойдёшь?

– Да погоди ты со своим спиртом! Не все бабы сучки. Уж поверь, встречаются и нормальные, и даже очень.

– Угу. В книжках.

– Ничего подобного! У меня такая. Причём, подружка её – конкретная блядина, я её натянул в первый же день, ещё даже имени не знал, да и потом ещё не раз мог бы, было бы желание. А моя прям ангел. Очень хорошая девочка! Так что не обобщай.

– А, так у тебя постоянная баба теперь есть? Хренасе, братан, а чего ж ты молчишь? Я ж должен как-то подготовиться, топорик, там, купить, или ножовку.

– Какую ножовку?

– Рога твои отпиливать! Тебя же больше месяца не было, отросли, небось, небо задевают! Чего ржёшь, я серьёзно. Вот ты сейчас здесь, а она, думаешь, где?

– Дома.

– Уверен?

– Абсолютно. У неё там вообще без вариантов.

– А вот зря! Она сейчас запросто может или в каком-нибудь кабаке водку жрать, или на хате у первого встречного подмахивать. Серьёзно! Я вот буквально на прошлой неделе одну такую отработал. Тоже, казалось, такая девочка – прям малинка нетронутая, а оказалось, парень у неё есть, прикинь! С ним любовь, там, все дела, а сама ко мне на хату почти неделю моталась. Вот и ты тоже, веришь своей, в глазки ей заглядываешь, а она втихую ржёт над тобой и пёсиком на поводочке считает.

– Так, короче, – усмехнувшись, хлопнул его по плечу Кирилл, – жди меня здесь!

Ушёл и уже минут через пять вернулся с тремя девчонками из соседней баньки. Раскрасневшиеся, замотанные в простынки, они хихикали и с охотой угощались их водкой с пивом. Щебетали о какой-то херне, постреливая глазками, шушукались друг с дружкой на ушки. Иногда, повизгивая, убегали по деревянным мосткам купаться голышом в Волге. Сначала возвращались в мокрых, облепивших тела простынках, потом перестали заморачиваться и, скидывая их прямо здесь, на веранде, убегали в темноту, белёсо сверкая то задницами, то сиськами. И как бы там Данила не злился, но у него уже конкретно стоял. И даже наоборот – злость подхлёстывала желание.

– Ну и чего ты морозишься? – подмигнул Кир, когда они убежали в очередной раз. – На счёт чёрненькой сильно сомневаюсь, но другие две точно дадут, сам же видишь. Мне кажется, у вас даже неплохой тройничок наклёвывается. Иди, оттянись! А потом уже и за дела побазарим.

– А ты? К чёрненькой подкатишь?

– Не, брат, я пас! – рассмеялся Кирилл. – Говорю же, меня девчонка дома ждёт.

– Да не ждёт она, Кирей! Не верь.

– Не, брат, эта ждёт. Ты просто не знаешь, о чём говоришь. Но я вас познакомлю, и ты сам поймёшь. Только сразу говорю, делиться по-братски, как в старые добрые, не светит, ясно? Даже не дыши в её сторону.

Данила помолчал, разглядывая мелькающие между ветвями звёзды. На душе было тоскливо. Хотелось то ли ещё сильнее нажраться и забыться, то ли наоборот, отжечь так, чтобы небо, к чертям, вспыхнуло.

– А почему думаешь, что чёрненькая не даст?

Кирилл дёрнул плечами:

– Опыт. Такие только на второй-третий день уламываются.

– В жопу твой опыт, братан! Засекай десять минут.

Стоял на берегу, почти на кромке воды, смотрел на звёздное небо и плывущие по нему лёгкие пёрышки облаков. Чёрненькая сосала... ну так себе. А может, это просто Даниле не больно-то и хотелось. Куража не случилось. Он думал, будет сложнее. Думал, придётся уламывать, может, даже, слегка применить силу. Сейчас хотелось именно этого, чтобы выплеснуть злобу и отыграться, но...

...Он только медленно провёл пальцем по её плечу и, поймав, якобы возмущённый взгляд, склонился к уху:

– Кис, отсосёшь?

Она презрительно фыркнула и сцепила руки на груди, а Данила поднялся и ушёл