Никогда не буду твоей - Мари Арно

Хотя терпение у меня уже на исходе. Хочется побыстрее увезти её из этого места. Может это инстинкт какой по защите слабых более сильными, может что-то другое, о чем я пока думать не очень хочу.

В этот раз нимфа не упрямится и даже укладывается в три минуты. Одобрительно хмыкаю и протягиваю руку.

— Зачем? — удивленно хлопает глазами.

— Чтобы тебя по пути не украли.

— Пф. Думаю, это лишнее.

Думает она. Да тут такие типы расхаживают, что я бы сейчас предпочел Лолу спрятать, как минимум, в холщовый мешок и вывести, чтобы лишний взгляд не коснулся.

— Тебе напомнить, чем чревато твое упрямство, нимфа?

— Ладно, твоя взяла.

Надо же, она еще и негласный счет ведет. Непростая штучка.

— Как баба Нюра?

— Я как раз хотела об этом поговорить.

Черт, зря вспомнил. Уже чувствую по тону, что разговор будет затрагивать моральную сторону моего поступка.

— Слушай, нимфа, если ты паришься о деньгах, то просто забей.

— Нет, так нельзя.

— Кто сказал? — поворачиваюсь к ней, когда мы выходим во двор. Пальцы её все еще не выпускаю из своей ладони.

— Никто. Просто так нельзя. Я верну тебе эти деньги.

Готов закатить глаза. Какая строптивая барышня, однако.

— Заберу с процентами, малыш, ты же знаешь.

— Я серьезно. — Дуется на мою шутку. — Но я не стала тебе этого говорить там, бабе Нюре, правда, очень нужны эти деньги. У неё пенсия маленькая и на лекарства очень много уходит.

— Нимфа, — останавливаемся возле моей машины. — Я же тебе сказал, что просто забудь. Тем более, если эти деньги могут кому-то помочь. Садись, поехали, отвезу тебя домой и по делам.

Лола немного мнется, но потом просто кивает и садится ко мне в машину.

Наш путь привычно проходит в молчании, которое впервые на моей памяти прерывает сама нимфа.

— Ты не такой, каким хочешь казаться.

— Что, прости? — даже немного опешил от такого умозаключения. Интересно, чем оно вызвано?

Бросаю быстрый взгляд на Лолу. Уже не такая бледная, какой была десятью минутами ранее. На губах даже появилась слабая улыбка.

— Ты делаешь вид, будто тебе на всех плевать, но по факту… Ты уже помог двум людям сегодня.

— Удивлена? Или переживаешь за то, что твои стереотипы рушатся на глазах?

Не хотел язвить, но, кажется, получилось немного так.

— Я просто не строю ложных иллюзий. — Лола отворачивается к окну, и я понимаю, что мои слова задели её.

— Правильно, не стоит. Лучше попытаться узнать и понять человека.

— В твоем случае, это сложно. Не думаю, что будет эффект.

— А ты попробуй, нимфа, — торможу возле дома и поворачиваюсь к ней, утопая в кристально-чистом озере её распахнутых глаз. — Может быть, ты единственный человек, у кого это получится.

И я честен как никогда, когда говорю эти слова. Потому что произношу их впервые.

Глава 17

Лола

Никита оставляет меня в своей квартире и уезжает по делам, строго-настрого запретив мне открывать дверь посторонним и купаться в душе до его прихода. Очень смешно, но, если что, я и сама не собиралась делать что-либо из этих двух пунктов.

Особенно, второй. До сих пор мурашки по коже, стоит лишь вспомнить, как прошли мои последние водные процедуры в этой квартире. Странно, раньше я за собой такой реакции на воду не замечала. Может быть, сказалось что-то другое?

Чтобы чем-то себя занять, хочу разложить вещи в шкафу, но потом передумываю. Я так и не поняла, что мне делать дальше. Оставаться у Никиты кажется мне чем-то неправильным. И дело тут вовсе не в том, что он может повести себя как в ту ночь, а в том, что я не хочу зависеть от него. Как в материальном, так и в нематериальном плане.

Честно говоря, второй пункт пугает меня куда больше, чем первый. Потому что попасть на бабки, как любит говорит моя двоюродная сестрица Лика, куда проще, чем… потерять свое сердце.

А такой, как Бес, заберет и глазом не моргнет. Не вернет — разобьет, растопчет, что угодно сделает — но не вернет.

Из мыслей меня выводит телефонный звонок. Достаю телефон из рюкзака. Ого, Лика. Вот это сила мысли, кто бы мог подумать, что кузина вообще соизволит объявится.

— Да, Лик?

— Лола, привет, дорогая.

Морщусь, когда слышу елейный голосок кузины. Наверное, так пытается сгладить острые углы между нами. Хотя, в прошлый раз я ушла из клуба, оставив её одну, но ведь она могла дождаться меня у бара, а не бежать навстречу приключениям.

— Ло, не дуйся ты, что ты как маленькая?

— Да я не дуюсь, — выдыхаю, понимая, что бессмысленно пытаться изменить Лику. У нее ветер в голове и мысли о парнях, пока одно из двух не выветрится, хорошего не жди. — Что-то случилось?

— Можно подумать, я звоню тебе только тогда, когда что-то случается. Но… Да, в этот раз случилось. Давно ты матери звонила?

Сердце моментально уходит в пятки. Лихорадочно прикидываю, когда мы с мамой разговаривали. Это было позавчера, вчера я была не в том состоянии, чтобы изображать не обеспокоенного ничем человека, поэтому решила, что лучше поговорю позже, когда все немного утрясется. И вот сегодня опять двадцать пять, чуть не стала жертвой какого-то подонка, а тут звонок Лики…

— Лик, что такое? Почему ты спрашиваешь? Что-то случилось?

— Ох, моя дорогая, так тетя Люда же в больницу угодила. Вчера на скорой увезли, тебе звонили с другого номера, но у тебя телефон недоступен был.

— Как в больницу? — хриплю я, внезапно севшим голосом, и даже присаживаюсь на кровать, не в силах стоять. — Что с ней случилось?

— Давление говорят сильно подскочило, еле откачали. Ах, Лола, если бы ты с ней рядом была, поди и не случилось бы ничего.

Последние слова Лики буквально сжимают все внутри. Мама, мамочка, господи, что же такое могло произойти? У нее и без того было слабенькое здоровье, а тут еще и проблемы с давлением. Только бы все было в порядке, только бы все обошлось.

— Лика, она еще в больнице? Одна?

— Да, одна. Мама на смене, ты же знаешь, у них там строго все, не отпустили её. Послезавтра обещала заглянуть.

— Поняла, а с какого тебе номера звонили? И кто звонил?

— Да это медсестра была, видать, решили, что тетя Люда уже одной ногой… Ой, прости, ляпнула,