По расчету - Злата Романова

В восемь, когда за ней заехал ее отец, Яра была уже готова, одетая в удобные джинсы, кроссовки и футболку. Они собирались на традиционные шашлыки у Семеновых, с обязательной игрой в футбол. Яра не была любителем таких видов спорта, но если ты в гостях у Семеновых, то от общих развлечений тебе не отвертеться, как бы плохо ты не играл.

– Привет, пап, – улыбнулась она, садясь в машину и чмокая его в щеку.

– Вижу, ты в хорошем настроении, – улыбнулся папа. – А помнится, ныла, что не хочешь ехать.

– Все еще не хочу, – ухмыльнулась она. – Но боюсь, тетя Нина мне этого не простит.

С четой Ильи и Нины Семеновых ее родители дружили еще со студенческих времен. Они были практически, как члены семьи. Когда Яра только поступила в университет, родители даже пытались свести ее с их сыном Артемом, но к счастью, тот первым отказался, избавив ее от необходимости терпеть упреки. Они с Артемом совершенно не привлекали друг друга, да и вообще, Яра с ним практически не общалась и на общих сборищах проводила время с его сестрой Юлей.

– Артем сегодня тоже будет, – будто читая ее мысли, сказал папа. – Он недавно развелся, знаешь?

– Нет. Жаль это слышать.

– Все, что ни делается, все к лучшему, – философски заметил отец. – Он – хороший парень. Почему бы тебе не присмотреться к нему.

Яра застонала, быстро смекнув, что к чему.

– Папа, только не говори мне, что вы опять сводничаете!

Станислав виновато улыбнулся.

– Это же просто нелепо! – воскликнула она. – Мне тридцать два года! Я не нуждаюсь в том, чтобы родители устраивали мою личную жизнь.

– Вот именно! В твоем возрасте твоя мать уже родила тебя. Тебе не кажется, что вся эта драма с Владом слишком затянулась?

Яра со свистом втянула в себя воздух. Несмотря на то, что ее отец был политиком, в общении с семьей он всегда был предельно откровенен, даже не пытаясь идти обходным путем и сразу ударяя по больному. Она не стала скрывать, что ее задели его слова. Яра не нуждалась в том, чтобы ее подталкивали.

– Я как-нибудь сама устрою свою жизнь, – отрезала она. – И вообще, я кое с кем встречаюсь, так что Артем мне совершенно не интересен.

Это привлекло внимание ее отца и она тут же пожалела о своем признании.

– Давно? – заинтригованно спросил он. – Кто он и когда ты нас познакомишь?

– Не в ближайшее время. Мы только начали встречаться, не гони лошадей.

– Хорошо-хорошо, – успокаивающе улыбнулся папа в ответ на ее обиженный тон. – Не буду на тебя давить. Пока.

* * *

От Семеновых они уехали только в седьмом часу вечера. День был таким насыщенным, что Яра валилась с ног от усталости. К счастью, тетя Нина не наседала на нее, пытаясь подтолкнуть к Артему. Тот выглядел не лучшим образом, осунувшийся и какой-то уставший, так что ему явно было не до них. Мужчина едва ли провел с ними пару часов, удалившись в дом. Зато с дочерью тети Нины, Юлей, она наобщалась на год вперед. Не сказать, что они дружили, но на семейных сборищах проводили время вместе, так как были ровесницами. Юля ждала второго ребенка и раздулась как шар, став капризной до невозможности. Они с тетей Ниной весь день ходили на цыпочках вокруг нее, слушая бесконечные жалобы и нытье.

Оказавшись дома, Яра вздохнула с облегчением и смыв с себя запах дыма и травы, надела пижаму, состоящую из шелковых шортиков и топика, после чего уселась перед телевизором, прихватив мороженое, чтобы расслабиться за просмотром какого-нибудь фильма.

Через час позвонил Матвей. Ее сердце учащенно забилось, когда она увидела его имя на экране телефона. Не в силах бороться с улыбкой, растянувшей ее губы до ушей, Яра взяла трубку и выдохнула, удивившее ее саму, томное «Да».

– Ты дома? – спросил он, посылая мурашки по ее телу одним только звуком глубокого голоса.

– Только приехала, – ответила она.

– Хорошо, я еду.

И бросил трубку, не оставив ей возможности возразить. Хотя она и не собиралась возражать. Ей до нелепости не терпелось скорее увидеть его.

Глава 17

Матвей чувствовал себя озабоченным малолетним пацаном. Проснувшись утром и учуяв на простынях запах Яры, он так возбудился, что пришлось справляться со стояком при помощи рук, иначе он рисковал просто прорвать штаны. Рыжая сказала, что пробудет в гостях до вечера, а ему до смешного не терпелось снова увидеть ее. Не только, чтобы поебаться, но и просто побыть с ней рядом. Поговорить, в конце концов. С каждым днем она все больше проникала в его голову, заставляя думать о себе снова и снова. Давно он не испытывал таких чувств к женщине, даже забыл, каково это.

Чтобы скоротать время и сбросить напряжение, мужчина позавтракал и поехал в зал. Там ему удачно попался Артур Семенов, тоже бывший профессиональный спортсмен, его ровесник. Их спарринги с Семеновым всегда проходили напряженно, ведь он был сильным соперником, так что к концу боя Матвей выдохся и чувствовал ставшую привычной, усталость, и отправился в душ. К его удивлению, выйдя из душевой, он увидел в раздевалке Влада. Тот давно не захаживал и Матвей даже начал думать, что он больше не придет, найдя себе другое место для тренировок. Но вот он, собственной персоной, стоит, вспотевший и полуголый, хлеща минералку из бутылки.

– Какие люди! – усмехнулся мужчина, подходя к почти бывшему партнеру.

– Матвей, – кивнул Влад.

– Я думал, ты здесь больше не появишься.

Тот даже бровью не повел, наклонившись, что бы снять кроссы.

– С чего бы? Или начав встречаться с моей женой, ты решил исключить меня из своей жизни?

Определенно, Влад что-то задумал и Матвею это очень не нравилось. Он предпочитал прямоту и ненавидел людей, которые пытались играть с ним. Пройдя к скамейке, мужчина присел, как был, в одном полотенце, прожигая Смольникова прямым взглядом. Тот не стал отводить глаза, хоть и напрягся.

– Давай по чесноку, Влад, что тебе нужно? – прямо спросил он. – При нашей последней встрече, я недвусмысленно дал понять, что если начнешь копать под меня, я уничтожу твою репутацию. Хочешь сказать, что засунул свою гордость в жопу и пришел мириться?

– Я никогда не забываю обид и никогда не опускаюсь до того, чтобы прийти с предложением мира, – ответил Смольников, пытаясь казаться непринужденным. – Просто, как взрослый и неглупый человек, я решил, что не позволю своим личным делам