Кризис-менеджер для Золушки - Вик Лазарева

всё трепещет от его слов. Уже у двери посылаю ему воздушный поцелуй и получаю в ответ сексуальную, умопомрачительную улыбку. Возбуждение охватывает меня снова при воспоминании о проведённой с ним ночи. Даня оказался очень страстным, внимательным и неутомимым любовником. Такого наслаждения я ещё ни с кем не испытывала. Это была безумная ночь страсти, когда я потеряла голову, когда чувственность наполняла нас нежностью, а потом снова сменялась безудержной страстью. По возвращению домой из Питера я в этот же вечер за ужином разговариваю с мамой. Рассказываю о том, что в командировке была с Даниилом Нейманом, о нашем разговоре с ним, о том, что случилось с его мамой и о нашем отце. Мама какое-то время молчит, опустив глаза. Но через пару минут я вижу слёзы в её глазах, молча подхожу к ней и обнимаю. Я окончательно убеждаюсь, что она все эти годы любила отца и не забывала его. — Даниил очень хочет с тобой познакомиться, — тихо говорю я, вытирая салфеткой слёзы с её щёк. Она с теплотой вглядывается в мои глаза и гладит меня по волосам.

— Я буду рада, Полечка.

Мама руками отодвигает меня, и держа за плечи, смотрит на меня.

— Ты очень похожа на своего отца. Я буду рада познакомится с Даниилом. Пригласи его к нам на ужин, — она задумывается. — Завтра, например.

— Завтра я с Иринкой встречаюсь. Давай в пятницу? И Олю обязательно позовём, — улыбаюсь я.

— Хорошо, — улыбается она и целует меня в щёку.

На телефон приходит сообщение от Кирилла, что он уже подъехал и ждёт меня внизу.

— Ну, я пойду, Кирилл приехал.

— Конечно, иди. Только ключи не забудь.

— Они у меня в сумке. Пока! — я целую маму в щёку и выхожу.

Выйдя из подъезда, вижу, что Кирилл стоит у своей машины с букетом красных роз. Подхожу к нему.

— Привет. Я очень соскучился.

Он протягивает мне букет.

— Привет. Спасибо, очень красивые, — я трогаю руками лепестки. — Куда поедем?

— В кафе, в бар?

— Я бы выпила чаю, — улыбаюсь я.

Не хочу алкоголь и не хочу в шумное место идти, потому что предстоял серьёзный разговор.

— Хорошо. Но можно я тебя сначала поцелую, — он притягивает меня к себе.

Я опускаю руку с букетом, а вторую руку кладу ему на плечо. Кирилл целует меня более страстно и настойчиво, чем обычно, но я быстро отстраняюсь от него, замечая его разочарованный вздох. — Я очень соскучился, — шепчет он мне на ухо, прижав к себе.

Я молчу на эти слова. Он ждёт от меня в ответ того же, я это чувствую и вижу, но не могу произнести ни слова. Горло моё будто тисками сжато. Как же мне не хочется его расстраивать. Всю дорогу я собираюсь с духом для разговора и снова подбираю правильные слова. Кирилл расспрашивает про поездку, я в двух словах рассказываю о деловой встрече. Говорю, что ничего особенного, обычные переговоры по контракту.

Мы заходим в уютную кофейню, с тихой музыкой, где можно поговорить. Садимся за маленький столик на двоих, заказываем чай и десерты. Сначала было какое-то неловкое молчание, потому что я напряжена из-за мыслей о предстоящем разговоре и, наверное, Кирилл чувствует это.

— Ты сегодня какая-то задумчивая, — улыбается он. — Что-то случилось? Неприятности на работе? — я молчу. — С шефом проблемы?

— Нет… нет, — рассеяно отвечаю я с натянутой улыбкой.

Я смотрю на него и не могу подобрать нужных слов. «Блин! Ещё ни разу мне не было так трудно делать отказ», — мучаюсь я, потому что Кир, действительно, мне очень нравится, как мужчина, как человек. Я искренне пыталась с ним попробовать построить отношения, но судьба вмешалась в наши планы. Страсть и притяжение к Даниилу оказалось сильнее моего рационального разума.

— Кир, нам нужно серьёзно поговорить о нас. Вижу, как он напрягается и смотрит в мои глаза. «Чёрт! Не смотри на меня так, пожалуйста», — мысленно прошу я, но губы произносят:

— Кир, ты мне нравишься, и ты очень хороший. Я действительно хотела… Вернее, искренне надеялась, что у нас с тобой получится, но в моей жизни появился мужчина, — Кирилл откидывается на спинку стула и отводит взгляд в сторону, а я продолжаю. — Вернее, он появился ровно на один день раньше тебя, — улыбаюсь я. — Я пыталась его не впускать в свои мысли, но сейчас я поняла, что мои чувства к нему гораздо сильнее, чем я думала. За последние дни мы сблизились с ним…и я… я поняла, что хочу быть с ним.

— Понятно, — задумчиво говорит Кирилл, сжимает челюсти и отводит взгляд в сторону.

— Прости… мне очень жаль…

— Не стоит, — грустно улыбается Кирилл. — Как говорят? Сердцу не прикажешь. Так ведь?

Я молча киваю, опустив глаза. Совсем нет сил смотреть на него. Как же плохо мне сейчас.

— Ты чай пей, — говорит он, делая глоток.

Видно, что он сдерживает свои эмоции, и пытается казаться спокойным, но в глазах буря. Он очень расстроен, я это вижу.

— Он тебя любит? — неожиданно спрашивает Кирилл.

Я совсем не ожидала такого вопроса, поэтому с удивлением смотрю на него.

— Я как раз сегодня хотел тебе признаться, что люблю тебя, — улыбается он.

— Кир, — я мотаю головой, глядя в его глаза, — ты не можешь быть уверен, мы знакомы меньше месяца.

— Но ты сказала, что с ним также знакома, — сердито смотрит на меня и теребит пальцами чайную ложку.

— Я не сказала, что люблю его, но я не могу тебя обманывать и давать ложные надежды, если к нему чувства сильнее.

Кирилл смотрит на меня, снова отводит взгляд в сторону, словно не хочет больше говорить об этом. Мне ужасно тяжело, хотя я знаю, что не обманываю его. Ведь, я действительно надеялась и искренне хотела, чтобы у нас с ним всё получилось. Я ладонью накрываю его руку, лежащую на столе.

— Мне очень жаль, если я сделала тебе больно, — сглатываю от волнения, а он не смотрит на меня, опустив глаза на чашку чая. — Мне лучше уйти сейчас.

Кирилл рукой перехватывает мои пальцы, но я встаю, и они выскальзывают из его ладони.

— Прощай, Кир!

Я кидаю на него последний взгляд, он не смотрит на меня, потому что его глаза опущены на руку, которая только что сжимала мою. Ухожу больше не оборачиваясь.

Еду домой в такси и мне становится так хреново. Никогда ещё отказ не давался мне так тяжело. Хотя… я вспоминаю Артёма, которого я так же продинамила через два месяца свиданий, потому что влюбилась в его друга. При этих воспоминаниях