Оставьте меня на вторых ролях! - Маргарита Александровна Гришаева

Это только потом я поняла, что подлые родичи знали жутковатую особенность этих вечеров, но позволили мне учится на своих ошибках. Но мне еще только предстояло познать этот ужас.

Началось все хорошо – мы быстро встретились с рыжей подружкой, заметно повеселевшей с королевского бала. Щебеча новости, она потащила меня через зал, по которому медленно курсировали аристократы, здороваясь друг с другом, в сторону фуршетного стола, попутно делясь количеством кавалеров, пригласивших ее на танец на последнем балу, и красотой присланных на следующий день букетов. Похоже, избавившись от болезненной привязанности к принцу, подруга не только разглядела прочих кавалеров вокруг, но и позволила им разглядеть себя. И даже возможно присмотрела одного единственного. Потому как он некоем Чарльзе Смитсоне, последний раз танцевавшем с ней трижды, она рассказывала с особым блеском в глазах.

За подругу я, конечно, была рада, но все куда больше меня интересовали сегодняшние гости. Поэтому и прислушивалась к ней лишь краем уха, все больше оглядываясь. Никого особо выделяющегося из толпы и драконистого я усмотреть не смогла и оттого сильно расстроилась, решив заесть свою печаль.

Не успела. Подавилась, услышав знакомый оклик со спины:

- Леди Райтон!

Хотелось взвыть, но я приняла этот факт со смирением. Догадывалась же, что, когда Элла все же наткнется на мой экспромт, то поспешит поделиться этой радостью с окружающими – конкретно со мной. В общем, с этим можно только смириться, переждать пять минут ужаса, зато после этого интерес ГГшки ко мне должен иссякнуть.

Поэтому навесив на лицо добродушную, немного наивную улыбку, я обернулась, собираясь встретить Эллу во всем оружии. Увы, но Анриэлла сделала ход конем, еще до того, как я осознала, что мы играем не в шашки. Я почувствовала, как улыбка моя чуть не потрескалась и не осыпалась с лица. Рядом что-то невнятно мяукнула Софи, подавившись лимонадом, когда тоже заметила приближающихся.

А печаль состояла в том, что вслед за ослепительно улыбающейся Эллой в искрящимся лавандовом платье, прижимающей к себе знакомую обложку, хмурой тучей приближался принц. Ну вот и пришел мне писец. Хотя нет, Дюк никуда и не уходил, мирно дрыхнув в сумочке, вывесив наружу лишь хвост. Сегодня за него отработает принц Эдмонд. Суди по его пристальному взгляду, он просто мечтал выразить всю свою королевскую благодарность тому, из-за кого они с Эллой совершили рейд по всем книжным и библиотекам столицы.

- Леди Райтон, как же я рада, что встретила вас! – просияла Анриэлла приблизившись.

- Ваше высочество! Леди Уайт! – выдали мы с Софи вдолбленный до рефлексов реверанс.

Принц скупо кивнул, а Элла даже не обратила внимания.

- Леди Райтон – я все-так ее нашла, - прямо излучая удовлетворенность проделанной работой протянула она мне тонкую книжицу.

- Ах, неужели? – изобразила я восторг и предвкушение. Ибо сейчас следовало быстро обосновать ценность и важность этого момента, иначе порядком обиженный свиданиями принц может и оскорбиться.

Подрагивающими руками я забрала знакомую книжку и быстро пролистала.

- Боже мой, это правда она! – воскликнула чуть ли не со слезами на глазах, - Вы не представляете, как я благодарна вам за нее. Не вериться, что вы смогли совершить это чудо!

- Леди Райтон, откройте же секрет, в чем же ценность этого произведения? – сверля меня взглядом, поинтересовался принц. – Сюжет, конечно, занимателен, но увы, литературной ценности я в этом произведении не увидел.

- Этот рассказ очень важен для близкого мне человека. Он связан с крайне трагичной историей любви, - принялась вдохновенно врать я.

Анриэлла и Софи подались ко мне ближе с жадным блеском в глазах. Ну ладно подруга, но от ГГшки, я не ожидала такой любви к мелодрамам. А вот принц оказался крепким орешком и смотрел скептически.

- Не будете ли вы любезны, поделиться подробностями? – прищурившись почти потребовал Эдмонд. Попробуй откажи. А еще подозреваю, что, если он посчитает причину недостаточно весомой, ждет меня опала. Так… срочно нужно будить свой внутренний перечень сюжетов и применять его к жизни!

- Понимаете, в нашей семье есть небольшая традиция, - с одухотворенным выражением лица принялась я рассказывать. – Раз в год, моя бабушка приезжает в поместье Райтон, чтобы провести ночь в семейном склепе у могилы дедушки, - добавила я трагичности в голос. – Как она его любила, вы себе не представляете! Всю ночь напролет, она сидит у его гроба и читает ему любимые рассказы. И каждый год слезно извиняется, что не смогла дочитать ему этот, - трепетно погладила ладонью свежеотпечатанную книжечку. – Дело в том, что с возрастом, у дедушки сильно упало зрение, и тогда вечернюю книгу ему стала читать бабушка. Это был их маленький ежедневный ритуал.

Девушки рядом слушали мой рассказ затаив дыхание, а вот принца так не проберешь, но я постараюсь.

- Тем вечером, они начали вместе этот самый рассказ, - сделала я печальную-печальную мордашку. – К середине книги бабушка почувствовала себя нехорошо и, предложив отложить чтение на следующий день, ушла спать пораньше. Но мой дедушка, ах мой бедный дедушка, оказался слишком увлечен действием и взялся дочитывать сам. Зажег побольше свечей, чтобы видеть лучше, и принялся за чтение. Но в силу возраста быстро устал и заснул. К сожалению, в какой-то момент одна из свечей упала, вызвав пожар. Дедушка так и сгорел во сне в обнимку с неоконченной книгой, - всхлипнула я, показательно промокнув глаза платочком, выуженным из-под Дюка из сумки. – С тех пор бабушка так и корит себя у его могилы, что не дочитала ему книгу, заставив томиться от неведенья, - закончила я на этой трагичной ноте.

У Софи с Эллой подозрительно блестели глаза, и платочки они тоже достали. Эдмонд, смотрел с легким недоумением, но все же жажда убийства в его глазах поутихла, а значит цель выполнена.

- Но теперь, благодаря вам, - трепетно обхватила я подрагивающую руку Эллы своими ладонями, - они оба смогут обрести покой! Бабушка наконец-то дочитает эту историю дедушке, и возможно чувство вины в ее душе утихнет. Я бесконечно благодарна вам за эту возможность.

- Ну что вы, - всхлипнула Элла, утирая