Новый сотрудник береговой лаборатории - Юлианна Гуськова

В голове стало уж как-то совсем пусто, и я прошептала, сквозь зубы:

— Да у тебя нет и капли совести.

— Итарильдэ, вы не имеете права так говорить. Знаете, сколько денег я потратил на то, чтобы ухаживать за вами? — резко переменил тему Юнсерс.

— А я просила об этих подарках? — я указала на аккуратных туфли-лодочку. — Я никогда не просила делать мне эти подарки и тратить на меня деньги.

— Итарильдэ, я не могу сделать вас официально своей женой или невестой, но я могу сделать вас настоящей принцессой именно при помощи таких мелочей, как эти, — он ткнул в мою обувь. — Я могу обеспечить вам счастливое и беззаботное будущее.

Я просто смотрела на Юнсерса, не веря во все то, что мне пришлось услышать. Пока я размышляла над ситуацией, Юнсерс тяжело вздохнул и, сняв очки, запрокинул голову, пробормотав:

— Зачем вы вообще пришли сюда? Я ведь не просил вас об этом.

— Юнсерс, вы врали мне обо всем. Все ваши слова были ни чем иным, как красивой оберткой. И теперь вы еще недовольны тем, что я пришла? — я очень хотела разозлиться и обругать и эльфа, и на чем весь свет стоит, но ругаться сейчас просто не хотела.

— Я никогда не врал вам о своих чувствах! Я был искренен с вами, — мужчина вновь надел очки.

— Да мне плевать, искренны ли были ваши слова или нет. Больше это не имеет никакого значения, — оборвала я его. Больше не могла молчать. — Вы неприятны мне. В голове не укладывается, как кто-то, будучи почти женатым, может так беззаботно заводить романы? Мне повезло, еще чуть-чуть и я бы могла стать обладательницей такого замечательного статуса как «любовница». Думаете, что могли сделать меня счастливой материальным ценностями? — я указала на туфли и плавно сняла их, встав босыми ногами на асфальт. — Забирайте их к вурдалакам. И чай свой тоже заберите. Думали, я такая наивная, что не проверю чай на магические примеси? Вы туда приворота подмешали. Я вам настолько нравлюсь или вы настолько подлы? Вы думали, завалить девушку подарками хватит для того, чтобы завоевать ее сердце? Думали, что будете каждый день подвозить меня на белоснежном автомобиле, и я буду вечно счастлива? Вы так недооцениваете меня или считаете себя настолько неотразимым? Заберите их, — я пнула туфлю в сторону. — Я не хочу иметь с вами ничего общего.

Я достала из клатча кошелек и вытащила примерно ту сумму, которую предполагала этот мужчина потратил на меня.

— Не хочу даже думать, что вы пытались очаровать меня подарками. Заберите деньги и сделаем вид, что вы никогда не появлялись радом со мной, — я впихнула купюры в руки Юнсерса, который стоял не двигаясь. — Сказки и любовные романы нынче не так популярны. Сказка о Золушлендии тоже уже не та, поэтому заберите свои «хрустальные туфельки» и себя из моей жизни, — в сердцах я пнула и вторую туфлю в сторону.

Не дожидаясь какого-либо ответа, я развернулась и пошла на выход из садового лабиринта. Только когда я сказала Юнсерсу все то, что я о нем думала, то глаза в миг стали влажными. Это нельзя было назвать слезами грусти или печали, не так-то сильно я к нему успела привязаться, но все же. Вера в прекрасное меня подвела. Сама придумала то, чего нет — сама из-за этого и расстроилась.

Как только я вышла из лабиринта к парковке больницы, то почти сразу же столкнулась с тем, кого совершенно не ожидала увидеть.

— Миндартис? Что ты здесь делаешь? — я на миг даже позабыла о том, что хотела пойти домой и сделать там генеральную уборку. Плакать долго я не любила точно также как и слезливые мелодрамы в кинотеатрах, а потому просто не могла позволить самой себе этого.

Я оглядела горделивого. Он пришел в темно синем пиджаке, от чего я улыбнулась. Кажется, ему пришлось купить новую одежду после моих слов, либо же он просто принарядился.

— Меня пригласили на это мероприятие, а вот откуда ты тут — уже более интересный вопрос, — горделивый, обескураженно смотрел на меня. Затем он осмотрелся и, увидев, что некоторые гости, что были на улице, странно посмотрели на нас, встал так, чтобы загородить меня от их взглядов. — Платок дать или будешь сопли на кулак наматывать? — тихо спросил он без какой-либо издевки, когда я шмыгнула носом.

— Не нужно, — качнула я головой.

В конце концов, слезы ручьем не текли — глаза лишь чуть-чуть стали влажными. Да и не могла я себе позволить плакать в общественном месте, к тому же не хотелось, чтобы Миндартис увидел меня в подобном виде — враги не должны видеть твои слабости. И все равно, что горделивый уже не враг мне и моему отделу. Зная его характер, уверена, что он еще целую вечность будет припоминать мне сегодняшний вечер.

— Не хочешь рассказать о том, что случилось? — приподнял брови Миндартис.

— Ты должен спешить, у тебя же мероприятие, — покачала я головой, кивая в сторону больницы.

— Моя интуиция подсказывает мне, что твой рассказ поинтереснее будет, — хмыкнул Миндртис и, не спрашивая меня, накинул мне на плечи пиджак. — Ты, конечно, принарядилась, — Минд оценивающе оглядел меня. Я даже не сразу понял, что это ты. Утром ходила по офису в домашней одежде и халате поверх, а сейчас так, словно у тебя действительно есть чувство вкуса. Я приятно удивлен. Не знаю, поможет ли тебе это сейчас, но пусть мои слова будут для тебя комплиментом.

Миндартис по-дружески хлопнул меня по плечу и открыл мне дверь машины, приглашая сесть внутрь.

— Зачем мне садиться в твою машину? — приподняла я брови.

— А разве ты не собиралась домой? Что-то я не вижу здесь твоей машины. Или ты хотела пойти по улицам в таком виде? — горделивый указал на мои ноги.

Пришлось признать, что сцена, которую я устроила для вида, заставила меня отказаться от обуви. Не скрывая своих слабостей, я села в автомобиль Миндартиса.

…Миндртартис Норген…

Итарильдэ удалось удивить меня, но случившегося я так и не мог понять. Отпускать девушку домой без обуви мне не позволяла совесть, поэтому я решил подвезти ее, пытаясь осторожно разузнать предысторию. В ходе некоторых наводящих вопросов я выяснил, что дело в ее парне.

— Миндартис, — позвала меня Итари, когда мы стояли в пробке.

— М? — я повернулся к девушке, которая привалилась к стеклу автомобиля. — Что-то не так?

— Может зайдем в бар и выпьем немного? — предложила