Отец с обложки - Арина Вильде

- Зачем ты это сделал? – спрашиваю тихо, но Вересов услышал.

Короткий взгляд, уголок его губ дернулся.

- Захотелось. Тебе не понравилось?

- Соблюдайте, пожалуйста, субординацию, если хотите чтобы я и дальше работала на вас Леон Анатольевич.

- Я вас услышал, Ксения, - холодно чеканит он и прибавляет скорости.

В аэропорт мы приезжаем слишком рано. Сдаем багаж и располагаемся на втором этаже в ресторанчике. Я беру салат и лимонад, Леон же, кажется, сегодня еще не ел, потому что заказывает полноценный обед и ест слишком быстро. При этом проверяет на телефоне почту и быстро пишет ответы. На меня почти не обращает внимания.

Я заканчиваю с едой и откидываюсь на спинку диванчика. Вересов сидит напротив меня, он не замечает моего пристального внимания к его персоне. Злость и обида до сих пор никуда не испарилась, но какая-то неведомая сила тянет к нему, не даёт разорвать наши слабые узы, забыв навсегда.

Глава 20

Дорога занимает совсем немного времени. Полтора часа и мы уже в другом городе. С иллюминатора можно рассмотреть синеву моря.

Стоит самолету приземлится, как Леон сразу же хватается за телефон. Ему постоянно кто-то звонит по рабочим вопросам. Вересов кого-то отчитывает, кого-то о чем-то просит, кого-то благодарит. Постоянно оборачивается, чтобы удостовериться что я иду за ним.

Вип-трансферт поджидает нас в нескольких метрах от трапа. К нам подходит мужчина в деловом костюме, здоровается с нами и проводит к автомобилю. Обслуживание на высшем уровне. Непривычно чувствовать себя значимой фигурой, но рядом с Леоном всегда так. Ко мне обращаются точно так же с уважением, как и к нему.

- Все хорошо? – Леон прячет телефон в карман, поворачивает голову ко мне. В салоне автомобиля не играет даже музыка.

- Да. У нас в пять встреча, мы можем не успеть, - сверяюсь с расписанием, потом перевожу взгляд за окно, на мелькающий город. На мужчину не смотрю, неловко после произошедшего у меня в квартире. Постоянно о его губах и руках думаю.

- Успеем. А если нет, то подождут.

Нас привозят в гостиничный комплекс, в котором Вересову принадлежат несколько апартаментов. Мы селимся по соседству и у наших с Леоном номерах общая терраса, но за время проживания мы ни разу на ней не встречаемся.

Несколько встреч, выезд на объект. Я неуклонно следую за своим начальником, делаю заметки, наблюдаю за Леоном в работе. Он ни разу не намекает на наш поцелуй, не ведет себя так, словно между нами что-то большее чем отношения начальник-подчиненная. Все разговоры строго по делу, а поздно вечером мы расходимся по своим комнатам.

Леон превращается в безэмоционального, холодного и строгого начальника, не способного проявить ни одну теплую человеческую эмоцию.

И только когда мы приезжаем в другой город на инвестиционный форум и подходим к стойке регистрации, к Леону возвращается былое настроение и разговорчивость. Потому что:

- Простите, но на ваше имя забронирован всего один номер, - произносит администратор, когда мы уставшие поздно ночью пытаемся заселиться в гостиницу.

- Что значит один, если я бронировала два люкса? – возмущаюсь, а потом замираю, потому что вспоминаю, что когда мне перезвонили из отеля, чтобы подтвердить бронь, я отменила свою. Ведь на тот момент Леон меня уже уволил. – А свободные номера у вас есть? – спрашиваю с надеждой.

- Простите, но у нас на эти даты все номера забронированы. В городе проходит инвестиционный форум, слишком много гостей. Если хотите, я могу попробовать подыскать вам что-нибудь в другом отеле.

- Нет, - рука Леона ложиться на стойку регистрации, прежде чем я успеваю что-то сказать. – Мы разместимся в одном номере, спасибо.

Он забирает ключ-карту, мило улыбнувшись девушке. Подхватывает за ручку свой чемодан и направляется к лифтам. Я с недоумением смотрю мужчине в спину. Он сейчас серьезно?

- Эй! Леон! – зову его, но тот даже не оборачивается.

Я спешу догнать его.

- Я не собираюсь с тобой в одной комнате жить, - шиплю, приблизившись к нему. – Я сейчас же обзвоню все отели и найду себе номер на сутки, - сообщаю Леону и тянусь за телефоном.

- Ты никуда не поедешь, - заявляет он, а потом свободной рукой хватает меня за локоть и подталкивает к лифтам.

- Я взрослая девочка, Леон Анатольевич. Одну ночь смогу провести сама, - тихо шиплю, чтобы никто нашего разговора не слышал рядом.

- Ты никуда не поедешь, - повторяет он, пронзая меня колючим взглядом. Его хватка становится сильнее. От его прикосновения меня пробирает озноб, а потом бросает в жар.

- Как ты представляешь себе это? Ты будешь спать на полу, а я займу кровать? - завожусь с полуоборота.

- Кровать большая, там четверых можно положить, - Леон спокоен, собран. Он уже все решил за нас двоих, но я с этим решением не согласна.

- Субординация. Помнишь о значении этого слова? - поворачиваю к нему голову.

- Да, и ты только что нарушила ее, обратившись ко мне на «ты», - его губы растягиваются в улыбке.

- Но…

- Это приказ, Ксюша. На дворе ночь, я не хочу волноваться о том, где моя помощница. В номере наверняка есть диван. Проведу ночь на нем, ничего не случится. Или ты… или ты пижаму забыла?

- Ой, ну тебя, - вырываю свою руку из его оков и послушно вхожу в лифт, хотя правильным решением было бы бежать подальше от этого мужчины. - Проведу ночь в ресторане, я видела что они круглосуточно работают.

Последнее слово все же остается за мной, но Леон конечно же имеет на этот счет свое мнение.

Каблуки моих туфель утопают в мягком ворсе ковра. Я стою посреди гостиничного номера, не зная куда себя деть. В отличие от Леона, который уже шарит по холодильнику, доставая бутылку холодной воды, а потом снимает с блокировки планшет с меню ресторана, я вообще не представляю как себя сейчас вести в с ним.

Чувство неловкости сковывает меня. Неловкости и страха, что эта ночь может изменить наши с ним отношения.

Я наблюдаю за мужчиной и меня настигает дежавю. Мы так же два месяца назад вдвоем поднимались на лифте в номер. Между нами тогда сверкали молнии, мы не могли оторваться друг от друга и едва справились с замком на двери.