Новая жизнь Милы - Елена Чалова

– А сейчас вас как зовут? – несколько растерянно спросил молодой человек.

– Сейчас меня все зовут Милочка.

– Вам идет.

– Нет. Менять так менять. Людмила.

– Ну что же, Людмила, готовьтесь. Это будет не очень приятно, но несмертельно.

И она прошла во второй зал. Здесь Милочка оробела. Эта комната уже ничем не напоминала парикмахерскую или даже салон красоты. Скорее, кабинет стоматолога, а то и операционную. Девица в халатике и шапочке, как у медсестры, уложила ее в кресло и укутала зеленоватым покрывалом.

Борис появился в белом халате, перчатках и с маской на лице. Сдвинув маску, он улыбнулся ей:

– Как у зубного врача, да? Теперь слушайте. Я обезболиваю нужный участок ледокаиновым спреем, а затем иглой наношу рисунок. Рука у меня достаточно твердая, но действие спрея заканчивается довольно быстро. Терпите, ни в коем случае не дергайтесь. И все будет хорошо.

Когда все кончилось, ей вызвали такси и, полумертвую от усталости и боли, погрузили в машину. Мастер напутствовал Милу словами: «И ради бога, не торопитесь бежать к зеркалу. Анальгинчик выпейте и ложитесь бай-бай».

Лицо болело, горело и саднило, как будто она проехалась им по асфальту. Очень хотелось умыться холодной водой. Но Милочка добралась до квартиры, зажмурившись, прошла мимо зеркала в прихожей, руки помыла в кухне, выпила таблетки и легла в кровать. Она заснула быстро, и снилось ей что-то приятное – что не вспомнить, но ощущение праздника осталось. Милочка проснулась поздно и, все еще улыбаясь, потянулась. Честно говоря, улыбаться было трудновато. Ее лицо… она испытывала явный дискомфорт. Она выбралась из кровати и решительно направилась в ванную. Глянув в зеркало, женщина замычала от ужаса. Бросилась в прихожую, трясущимися руками перебрала сумочку, нашла визитку салона и, набрав номер, потребовала Бориса. Тот выслушал сбивчивое описание увиденного в зеркале кошмара и сказал:

– Дорогая моя, вы что же, совсем меня вчера не слушали? Я все подробно объяснил. Давайте успокойтесь и послушайте еще разок. Покраснение и отеки – следствие травмы. Укол – это микротравма, но площадь достаточно обширна. К тому же вам больше двадцати пяти лет, значит, кожа восстанавливается не так быстро, как хотелось бы. Надо потерпеть немножко. Аллергии у вас нет, так что ничего страшного… Воды много не пейте, не плачьте ни в коем случае. И вообще плакать старайтесь поменьше. Слезы разрушительно действуют на сердца мужчин, но, по моим личным наблюдениям, и на тату тоже… Займитесь чем-нибудь приятным. Маникюр сделайте, ванночку с ароматическими маслами – только лицо не окунать.

– Но… все правда будет нормально? Это все пройдет?

– Я вам гарантирую! Если бы я кого-нибудь оставил в таком виде, меня давно не было бы в живых. Вы, девушки, народ нервный и мстительный. Ну, договорились? Потерпите пару денечков?

– Да… Да, конечно. Извините.

Людмиле было уже неудобно и стыдно за свою истерику. Ведь вчера, методично, с твердостью и регулярностью автомата вонзая иглу, мастер что-то говорил о процессе восстановления. Но она слушала вполуха. Совсем другие мысли наполняли Милочкину голову. Она мечтала, как где-нибудь, совершенно случайно, встретится с ним… С принцем? – подумали вы. Ничего подобного – с Севой! И как муж удивится. И скажет… что-нибудь приятное. А потом… пригласит в ресторан. Черт, Борис же сказал – не плакать!

На четвертый день, проснувшись утром и почувствовав, что лицо почти не болит, Людмила поняла, что зверски голодна. Предыдущие три дня она почти ничего не ела и редко вставала с диванчика. Целый день смотрела телевизор или дремала. И вот сегодня она словно очнулась. Такое состояние бывает после болезни: чувствуешь себя легким и словно немножко пустым внутри. А мир вокруг видится четче и светлее.

Она обследовала холодильник и шкафы. Результат был неутешительным: два йогурта, полкило гречки. Посмотрев на себя в зеркало, женщина поняла, что в магазин идти рано. Может, позвонить брату и попросить привезти продукты? Она бросила еще один взгляд в зеркало, представила, что скажет Николай, и решила: к черту! Наварю гречневой каши и протяну еще несколько дней. Гордость дороже. Зато потом…

Людмила пошла в спальню. Распахнула огромный стенной шкаф. Ну-ка, где та узкая юбка…

Молодая женщина перемерила множество вещей, с радостью убеждаясь, что похудела размера на два. Она нашла в баре недопитую бутылку мартини, налила бокал и коснулась им зеркала: «За новое имя и новую жизнь!» Правда, жизнь эту придется начать с поисков работы. Но почему-то она была уверена, что Людмиле повезет больше, чем Милочке.

Следующие два дня она провела за ушиванием одежды, телефонными переговорами и мечтами.