Формула надежды - Индия Грэй

— Мне пора. Я должен ехать.

Она нахмурилась и принялась растерянно поправлять спутавшиеся пряди волос.

— Куда?

Кристиано боялся, что если он поддастся искушению, то уже совсем не сможет оставить Кейт.

— В Бахрейн, — ответил он с извиняющейся улыбкой.

— О! — выдохнула Кейт и опустила глаза.

— Все в порядке, — проворчал Кристиано недовольно, подходя к кровати и кладя перед ней конверт, подготовленный Анджеликой.

— Что это?

Глаза Кейт сделались огромными, и в них сквозила тревога.

— Билеты. Для тебя и Александра. Билеты на самолет, бронь отеля и пригласительные на саму гонку. Ему точно понравится…

— Нет! — Лицо Кейт стало серым, и она словно ушла в себя, так что Кристиано уже ничего не мог понять по выражению ее лица. — Прости, Кристиано, но я не могу.

Наклонившись, Кейт потянулась к висевшему на спинке стула халату. Надев его, она осторожно выскользнула из кровати, смущенно опустив глаза.

— Ты не понимаешь, — тихим голосом произнесла Кейт, стараясь не разбудить Александра, но при этом Кристиано уловил в ее тоне раздражение. — Я не могу на это смотреть. Не могу видеть, как ты опять будешь рисковать своей жизнью. И я не хочу, чтобы мой сын за этим наблюдал.

Не дожидаясь его ответа, она вышла, оставив Кристиано стоящим посреди комнаты. Гнев постепенно овладевал им, и, выругавшись по-итальянски, он схватил свое портмоне, за которым и возвращался, и устремился вслед за Кейт.

— Он и мой сын тоже! — выпалил Кристиано, найдя ее на кухне.

Она сначала набрала воду в чайник, поставила его на огонь и только после этого повернулась к нему. Кейт надеялась, что пауза позволит Кристиано успокоиться, но одного взгляда на него было достаточно, чтобы надежда исчезла.

— Поэтому ты не должен поощрять его, — тихо сказала она, чтобы напомнить о том, что в доме спит ребенок.

— Поощрять его? В чем?

— В его увлечении машинами и гонками. Не надо ему показывать, что рисковать своей жизнью для развлечения публики — нормально!

Черные глаза Кристиано сверкали как два бриллианта, и голова Кейт закружилась. Ей было неприятно осознавать, что та близость, которая связывала их с Кристиано еще несколько часов назад, испарялась с каждой секундой. Казалось, что ей в очередной раз приснился удивительный сон, и теперь надо проснуться и смириться с реальностью.

— Ты считаешь, у меня есть такая цель?

— Это факт. Он, конечно, захочет стать таким же, как ты. Ты должен это понимать! И какой пример ты ему хочешь показать? — твердо сказала Кейт и начала готовить кофе, потому что ей нужно было занять себя каким-нибудь простым делом. — Я уже была на Гран-при и все видела. Как женщины вьются вокруг тебя, как журналисты пристают с вопросами и бегают за тобой с камерами и микрофонами, как толпа скандирует твое имя. Но, главное, я видела, как твоя машина врезалась в ограждение и загорелась… Тут большого ума не нужно. Нет ничего сложного в том, чтобы разбиться на большой скорости. И мой брат, и мой отец оба так погибли.

Кристиано вальяжно прислонился к косяку и посмотрел на нее, сузив глаза.

— Я никогда и не претендовал на то, что занимаюсь чем-то умным, — протянул он. — Я делаю то, что умею, чтобы…

— Для чего? — перебила его Кейт. — Чтобы всем доказать, что ты не неудачник? Но на самом деле только ты считаешь себя неудачником. Никто так не думает. Пусть в школе у тебя и были проблемы с учебой, но для всех ты — бог. А для Александра даже в большей степени, чем для других.

Ему как будто дали пощечину. От расслабленности Кристиано не осталось и следа. Он резко выпрямился, а руки у него сами собой сжались в кулаки.

— Что ты сказала? — спросил Кристиано, сделав несколько шагов в ее сторону.

Кейт вздернула подбородок, чтобы показать: она его не боится. Вчерашний день принес ей надежду. Казалось, что у них может получиться наладить отношения и стать семьей, которая была нужна Александру. Однако теперь она видела, что обманулась, поскольку ей слишком хотелось верить в счастливый конец. Однако это все ее фантазии. Ведь она влюбилась в человека, который был олицетворением всего того, что пугало ее в жизни больше всего.

— Я сказала, что ты нужен своему сыну.

— Нет, до этого. О моей учебе в школе. Откуда ты знаешь о моих проблемах?

— Ты мне сам о них рассказывал, — тихо ответила она. — Ты все мне рассказал в нашу первую ночь. И о проблемах с учебой, и о том, скольким мать пожертвовала, чтобы дать тебе возможность учиться. Ты говорил мне о ее разочаровании, когда ты начал прогуливать уроки и связался с плохой компанией. Рассказал ты и о том, как тебе помог Сильвио, решив не заявлять на тебя в полицию за попытку угона своей машины и предложив работу. Как рассердилась твоя мать, когда ты принял его предложение…

— Хватит!

— Я понимаю, что она чувствовала, Кристиано! Она тебя любила и не хотела, чтобы ты рисковал собой.

— Нет! Ты ошибаешься! Она меня не любила. Мать меня ненавидела. Я превратил ее жизнь в кошмар, а потом и убил. — Глаза у Кристиано продолжали гореть, хотя лицо побледнело. Он на некоторое время отвернулся, и когда снова посмотрел на Кейт, то показался ей осунувшимся и уставшим. — Видимо, я не все тебе рассказал. У нее был рак, но она мне ничего не сказала. Может быть, она и пыталась мне сообщить о своей болезни, но меня не было рядом, я тогда мог целыми днями не появляться дома. Она знала о своей болезни, но не лечилась, потому что все деньги уходили на оплату моей учебы. Да и она понимала, что если ляжет в больницу, то я окончательно выйду из-под контроля.

— Это лишь говорит о том, что она думала о тебе в первую очередь, — возразила Кейт, вставая на защиту женщины.

— Ей больше всего хотелось, чтобы я чего-то добился в жизни, — с иронией в голосе пробормотал Кристиано. — Чтобы сумел выбраться из бедности, на которую обрек нас с ней мой отец. Она была уверена, что только хорошее образование и приличная профессия смогут сделать из меня человека. Хотела, чтобы я стал доктором или юристом. То, что я решил заниматься гонками, стало для нее ударом. Все ее старания и вложения оказались напрасными.

Кофе в чашках на столе остывал, но оба совершенно забыли о нем. Кейт, нервно сжимая руки, пыталась подобрать правильные слова, но у нее было ощущение, что Кристиано не поймет ее в любом случае.

— Поэтому ты стремился к победе, я понимаю это, — хриплым голосом проговорила она в конце концов. — Ты хотел показать ей, что можешь добиться успеха. Ты стал чемпионом, ты стал лучшим. Только эта борьба уже закончена. Тебе больше ничего никому не надо доказывать.

— Надо! Моему сыну!

От его тона у Кейт по спине побежали мурашки, и она умоляюще посмотрела на Кристиано:

— Он будет любить тебя в любом случае! Что бы ты ни делал, чем бы ни занимался! Ты его отец и поэтому в любом случае для него самый главный герой. И не важно, гонщик ты или водитель автобуса, например.