Формула надежды - Индия Грэй

— Любите «Формулу-1»? — спросил водитель, потому что Кейт нетерпеливо заерзала на своем сиденье.

— Ненавижу, — усмехнулась Кейт в ответ.

На лице водителя снова появилось беспокойство: теперь он уже не сомневался, что его пассажирка-англичанка сумасшедшая.

— Тогда зачем вы сюда приехали? — не смог удержаться он от вопроса.

— Потому что я неожиданно для себя поняла, что любовь гораздо сильнее и важнее, чем моя ненависть к гонкам и боязнь скорости, — выдохнула Кейт.

Водитель улыбнулся и сочувственно кивнул.

— Думаю, вам лучше выйти здесь, — сказал он, останавливая машину. — Удачи вам!

Кейт дрожащими руками полезла в сумочку, чтобы расплатиться, и потом неуклюже вылезла из машины. Она протянула свое приглашение подошедшим охранникам, и сердце ее забилось, когда они принялись внимательно его изучать.

— Гость Кристиано Марески? — спросил один из них.

— Да, — выдохнула Кейт. — Куда мне нужно идти? Мне нужно увидеть его до начала гонки.

— Вон туда. Но вам следует поторопиться… — В этот момент земля у них под ногами задрожала и раздался оглушительный шум моторов. — А… Простите, но уже поздно.

Дым от мчащегося впереди «феррари» мешал Кристиано видеть трассу. Он ехал лишь за счет своей реакции и старых навыков. Они уже прошли второй поворот, а в голове у него все еще стоял образ Кейт.

— Все в порядке, Кристиано. У тебя впереди есть место для обгона. Давай выжимай из машины все, на что она способна. Покажи им, что ты вернулся! — раздался в наушниках недовольный голос Сильвио.

«Ты никому ничего не должен доказывать», — как будто в ответ ему прозвучал у Кристиано в голове голос Кейт, и он, выругавшись, нажал на тормоза.

Такого не могло быть, потому что скорость и перегрузки сродни космическим должны были заставить его забыть о проблемах. В машине он забывал обо всем. В этом и был смысл того, что он с готовностью садился за руль, чтобы намотать сорок — пятьдесят кругов. Однако он не мог забыть о Кейт и своих переживаниях.

Вдруг трасса перед ним снова куда-то пропала и стали мелькать воспоминания о последнем дне уикэнда в Монако четыре года назад. Кристиано вспомнил, как пошел обратно на пит-лейн, чтобы попрощаться с Кейт, и понял, почему так усердно искал ее там. Он отчетливо представил улыбающуюся девушку и почувствовал вкус ее губ. Услышал свой смех и реакцию на просьбу ехать осторожно.

— Давай, давай! Жми! Ты теряешь секунды! — кричал ему по радио Сильвио, однако Кристиано уже не слышал его.

У него словно открылись глаза и все встало на свои места. Он окружил себя людьми, которые чего-то хотели от него, гнали к успеху и ждали от него высоких скоростей и результата. А ему нужно было найти человека, который будет любить его. Любить так сильно, что попросит остановиться. Этого хотела его мать. А теперь Кейт.

Кристиано снова сбросил скорость, отчего Сильвио перешел на крик, но Мареска проигнорировал это. Увидев перед собой съезд на пит-лейн, он нырнул в него и остановился перед боксами «Кампано». Ему навстречу выбежали растерянные механики, за ними вылетел Сильвио, размахивая руками и продолжая что-то кричать.

Остановив машину, Кристиано вытащил руль и выскочил. К нему сразу рванулись операторы с камерами и несколько журналистов, однако он краешком глаза заметил в углу боксов Кейт. Развернувшись, он неотрывно смотрел туда, где стояла она, испуганно прижав руку ко рту.

— Что, черт возьми, ты творишь! — кричал Сильвио, лицо которого стало красным от гнева. — У тебя была прекрасная возможность для обгона. Машина шла идеально…

— Знаю.

Сняв шлем, Кристиано бросил его в машину, не отрывая взгляда от Кейт.

— Что ты знаешь? Кристиано! Ты мог выйти в лидеры!

— Знаю, — снова повторил Кристиано, проходя мимо Сильвио. — Дело в том, что я понял, что мне это не нужно.

— Ничего не говори… пожалуйста, — пробормотала Кейт, у которой по щекам катились слезы, и на какое-то мгновение сердце у Кристиано сжалось от страха и боли.

— Кейт… — начал было Кристиано, но она прижала палец к его губам, прося замолчать.

— Нет! Дай мне закончить. Я приехала, чтобы сказать тебе… — Рев машин и трибун заглушил ее, поэтому ей пришлось повысить голос. — Попросить у тебя прощения! Я не должна была заставлять тебя выбирать между делом, которое ты любишь, и нашими отношениями. Я очень люблю тебя и боюсь потерять, но нельзя постоянно жить в страхе. Ты абсолютно прав, что жизнь в постоянном страхе — это не жизнь. Я…

Она не смогла закончить, потому что Кристиано в этот момент прижал ее к себе и крепко поцеловал. Кейт прильнула к нему, с радостью отвечая на его поцелуй.

— Что ты сказала? — выдохнул Кристиано, когда наконец оторвался от губ Кейт.

— Я сказала, что люблю тебя, — всхлипнула Кейт, у которой слезы снова покатились по щекам. — Я хочу быть с тобой, и все остальное для меня не важно. И если ты хочешь сесть обратно в машину и вернуться в гонку, то я тебя пойму и не буду останавливать.

— Кейт…

Он снова поцеловал ее, на этот раз нежно и осторожно.

— Но ты решай поскорее, потому что даже тебе будет сложно вернуться в лидеры, если ты будешь делать такие длинные пит-стопы для поцелуев, — сквозь слезы улыбнулась Кейт.

Кристиано медленно покачал головой:

— Сегодня я никуда от тебя не уйду. Я наконец-то вспомнил все, что случилось в Монако. Но и даже до этого я все для себя решил. Мне не нужно рисковать жизнью, чтобы почувствовать вкус жизни, мне не нужно постоянно выигрывать, чтобы что-то кому-то доказать. У меня теперь есть ты и Александр. Я… — Кристиано опустился на одно колено перед ней и взял за руку. — Кейт Эдвардс, согласна ли ты выйти за меня замуж? Подумай хорошенько, потому что перед тобой человек, страдающий от дислексии, но при этом безумно в тебя влюбленный. Только учти, что мне трудно будет выразить свои чувства на бумаге.

Увидев хитрую улыбку на лице Кристиано, Кейт звонко рассмеялась и принялась поднимать его на ноги:

— Конечно! Ты же меня знаешь — я обожаю риск. Я готова принять вызов, если ты мне пообещаешь счастливый конец в этой истории.

Он обхватил ее за талию и прижал к себе.

— О нет, любимая, — нежно сказал он и поцеловал еще раз. — Это не конец, а самое начало…

— И гонка в Бахрейне — это тоже не конец, мой дорогой. Если захочешь, ты можешь продолжить карьеру гонщика, но уже исключительно для своего удовольствия. Сезон длинный, и если захочешь, то уже на следующем этапе обязательно победишь, потому что ты лучше всех! Ты — чемпион! Чемпион моего сердца!