Инструкция к мужчине - Катерина Коршунова

— А Матвей знает, что Саша спала с Женей? — уточнила я на всякий случай.

— Сомневаюсь, иначе Матвей давно бы помахал Саше рукой. Они так часто ссорились, что вероятно это произошло в одну из тех серьезных ссор, когда они в очередной раз разбежались.

— А Виолетта решила скрыть такую информацию от брата, хотя могла объединиться с ним!

— Для чего? — удивлённо спросил Артём, — для мести? Нет, Матвей не стал бы морочить голову такими вещами.

— А ты почему не сказал?

— Я сам недавно узнал. Матвей сейчас счастлив, зачем эти лишние воспоминания, — Артём пожал плечами.

Я знала, что он был прав. Матвей никогда не станет слушать сплетни или ввязываться в ненужный скандал.

— Тогда Виолетта просто уехала в Италию.

— Да, — подтвердил Артём, — эта девушка — большая эгоистка. Я давно с ней знаком. Её интересует только то, что творится вокруг неё и касается непосредственно её жизни.

— Вот так компания против меня! — я обдумывала удивительную информацию, которую мне щедро предоставил Артём, — спасибо тебе за предупреждение. Ты мог просто не влезать в эту грязь, а так слегка подставил свою Аню.

— Не выдумывай, — глаза Артёма выражали такую доброту и нежность, что моё сердце невольно сжалось, — мы с тобой сохраним имя моей девушки в секрете, и ты не станешь кричать об этом на всю компанию. Просто знай, что скоро приезжает Максим с ежегодным мониторингом. Он станет проверять нашу работу за год. А за ним приедет Саша. И тогда может начаться грязная война против тебя. Ты должна быть готова.

— Ты говоришь о тех глупых штуках, которые мы видим в сериалах, когда злодейка закрывается с главным героем в лифте или кабинете, а простая девушка думает, что у них случился секс или что-то в этом вроде? — раздражённо бурчала я.

— У тебя большой опыт сериалов, — Артём не сдержал улыбку, — я не могу похвастаться тем же, но вот точно знаю, что Саша будет пытаться тебя скомпрометировать. Если бы я знал как, то обязательно поделился бы с тобой.

— Ты прав, я слишком шаблонно реагирую, — я закатала глаза, поражаясь своей глупости, — буду внимательна, обещаю!

— Ты прелестна, когда твои глаза горят таким воинственным огнём, — Артём откинулся на спинку стула, расслабляясь, и громко захохотал.

Я уже привыкла к его манере делать грубые комплименты девушкам, и просто не реагировала на них. Я пожелала им с Аней хороших отношений и на этом наш трудный разговор закончился. Но это, к сожалению, были не все проблемы, что ожидали меня в этот день.

Не успели мы вернуться в офис, как грозовая туча надо мной нависла снова. Таня на входе ошарашила меня новостью, что Матвей уволил Лизу. Я не сразу осознала весь смысл сказанного. Но лицо Тани не выражало осуждения, направленного в мою сторону, наоборот она плохо отзывалась про Лизу, которую якобы поймали на шпионстве. А вот я ощущала осуждение к самой себе, ведь мне казалось, что история со шпионством была выдумана.

Я хотела ворваться в кабинет Матвея и потребовать объяснений, но я отдавала себе отчёт, где мы находимся, и сдержала свой пыл, насколько это было возможно. Я тихо постучала в двери главного босса и с разрешения зашла.

— Вы уже вернулись? Отлично. Мне нужна твоя помощь, — деловым тоном сообщил Матвей, нежно целуя меня в щёку.

— Что происходит, Матвей? — осторожно спросила я, — ты уволил Лизу? Мы же обсудили эту тему, разве нет? Мне не будет комфортно работать с тобой.

— Я не виноват, что Лиза копалась в моих личных вещах, — спокойно объяснил Матвей. Его глаза не выражали ничего. Это было самое опасное настроение Матвея. Сплошная стена, через которую невозможно пробиться, порой даже мне.

— Ты видел это собственными глазами? — допытывалась я.

— Ника, ты меня в чём-то подозреваешь? Давай начистоту, — Матвей смотрел мне в глаза, не отрываясь, давая возможность убедиться в его силе и уверенности в себе.

— Я переживаю, что пострадал невинный человек из-за меня, — тихо сказала я.

Этот день явно хотел меня добить своими новостями.

— Ты можешь сесть за стол Лизы временно? — деловито спросил Матвей, — я без тебя не справлюсь. Я понимаю, что собирать фидбэк и общаться с разными людьми намного интереснее, чем торчать в офисе, но мне нужна твоя помощь.

Я не знаю, заметил ли Матвей, как потухли мои глаза, но я точно почувствовала, как внутри что-то погасло. Я надеялась, что глупая ревность не стала причиной увольнения человека, но глубоко в душе понимала, что надежда мизерна.

Глава 17

До конца дня мы работали в полной тишине, не возвращаясь к теме увольнения Лизы, но с каждым часом меня накрывало всё сильнее. Я накручивала себя, испытывая неприятные ощущения из-за поведения Матвея.

Я знала, что когда-то в наших отношениях будут случаться ссоры и разногласия, но ожидала совсем другие причины. Эти ревностные припадки Матвея меня пугали до чёртиков. Неужели его бывшая жена не выдержала такого стресса и давления?

Матвей задерживался на работе, а вместе с ним сидела и я. Артём сочувственно помахал мне рукой и ушёл, а я продолжала сидеть за столом Лизы и хандрить. Основные вещи она забрала, но кое-что осталось, и это не давало отвлечься никак.

К семи часам Матвей видимо сжалился надо мной и вышел из кабинета.

— Ты устала, любимая? — ласково спросил он, но при этом держась на расстоянии.

— Это вопрос с подвохом? — удивлённо спросила я.

Матвей прислонился к двери, внимательно изучая меня.

— То есть ты мне не поверила? — наша словесная битва продолжалась.

Я буравила его взглядом, не желая отвечать на этот вопрос.

— Мне очень жаль, — лицо Матвея выглядело таким разочарованным. Моё сердце сжалось.

— Всего несколько дней назад мы обсуждали эту тему. Ты говорил, что не хочешь больше работать с Лизой, — упрямо твердила я, — тебе не хватало совместного времяпровождения, ты относился плохо к моим поездкам с Артёмом, и вдруг сегодня уволил Лизу.

— Если ты не будешь мне доверять, то ничего хорошего не получится. Почему эта странная мысль засела у тебя в голове? Я уволил Лизу, потому что она копалась в моих личных вещах, — спокойно объяснял Матвей, но его лицо становилось мрачнее с каждым словом.

Я понимала, что теряю ту нить, что успела зародиться между нами. Мне казалось, будто я разговариваю с чужим человеком. Его глаза ничего не выражали, а руки были плотно сжаты в замок на груди. Пока лишь голос выдавал его истинные