Много шума из-за тебя - Саманта Янг

– Верно, – я протянула ей руку. – Эви.

Блондинка взяла мою руку и энергично пожала ее:

– Энни Фостер.

Фостер?

Я уже встречалась с одной Фостер. Мэгги Фостер была пожилой женщиной, владелицей художественной галереи и ювелирного магазина. Я зашла к ней и купила браслет для Грир. Мэгги была приятной, приветливой женщиной и хорошим слушателем. Она расспрашивала меня о моем пребывании здесь, и я провела весь свой обеденный перерыв за беседой с ней, заболтав ее до смерти. Она не возражала. Напротив, у меня возникло стойкое ощущение, что ей была приятна моя компания.

Мне и правда стоило заглядывать к ней почаще.

– Ты – родственница Мэгги?

Энни выпустила мою руку, изменившись в лице, и посмотрела на Каро.

– Уже поздно просить еще об одном прилавке на ярмарке?

Удивленная ее резкостью, чувствуя, что сказала что-то не то, я посмотрела на Роана. Он сжал мою коленку под столом, чтобы успокоить меня, но я слишком хорошо знала все выражения его лица, чтобы понять, что определенно сказала что-то не то.

– Что ты хочешь продать? – спросил ее Роан.

– Картины Лиззи.

Глаза Каро расширились:

– О, не думаю, что люди на ярмарке смогут себе их позволить, Энни.

– Они крошечные, – Энни пожала плечами. – Она не будет брать за них так много, как обычно.

Роан нахмурился:

– Но они будут стоить целое состояние.

– Да, и что?

Запутавшись, я выпалила:

– А кто такая Лиззи?

– Моя спутница жизни, – Энни с каменным лицом уставилась на меня.

Смущенная ее поведением, я все же продолжила:

– Она известная художница?

У Энни вдруг будто что-то переключилось внутри, и она улыбнулась мне:

– Да, чертовски хорошая.

– Она знаменитость в мире искусства, Эви, – пояснил Роан, а потом ухмыльнулся Энни: – Поэтому непонятно, зачем она хочет продавать свои работы на маленькой деревенской ярмарке, когда могла бы разбогатеть на этих картинах.

– Денег нам хватает. Ну что, мы в деле?

Роан вздохнул:

– Посмотрю, что можно сделать, чтобы добавить вас в список разрешенных участников, и дам вам знать.

– Ты знаешь, где меня найти. Приятно было познакомиться, Эви. Каролайн Робсон, – Энни многозначительно посмотрела на Каро и ушла.

Каро закатила глаза:

– Думаю, мне нужно сменить имя лишь для того, чтобы Энни отстала от меня.

– Она права, – Роан пожал плечами.

– Я знаю, – Каро поставила локоть на стол и подперла щеку рукой. – Мне просто надоело, что люди смотрят на меня как на маленькую слабую девочку.

Я потянулась к ней и взяла ее за руку.

– Не думаю, что Энни имела это в виду. Вероятно, она хотела тебе напомнить, кто ты такая.

Каролайн грустно улыбнулась мне:

– Да, возможно, ты права.

– Что у нее за история? – я откинулась на спинку скамейки, переводя взгляд с Роана, расположившегося рядом со мной, на Каро, сидевшую напротив. – У Энни. Почему она уклонилась от ответа на мой вопрос про Мэгги?

Они обменялись неловкими взглядами, а потом Роан объяснил:

– Мэгги – мама Энни. Они с отцом отреклись от дочери, когда та призналась им, что ей нравятся девушки.

Я просто оторопела.

Мэгги казалась такой милой.

– Не понимаю.

– Это трудно понять, если ты не лицемер, который всех осуждает. – Каро печально вздохнула. – Отец Энни и моя тетя Хелена – одни из тех немногих, кто избегает Энни.

– В наши дни, в наше время?

– Менталитет маленькой деревни. У нас все еще не так плохо, как у других, но здесь и сейчас живут недалекие люди со старомодными взглядами, – в голосе Роана звучало презрение. – Некоторые даже предпочитают «Якорю» «Альнстер Инн» из-за того, что Декс – черный.

От ужаса у меня просто отвисла челюсть, во мне вскипело негодование.

– Но… н-но, – бормотала я, – что за чушь! А Мэгги… она показалась мне такой милой.

Каро произнесла с болью в голосе:

– Так и есть, Эви. Но ее муж – властный человек, и она… она позволила ему прогнать Энни и прилюдно отказалась разговаривать с ней. Вероятно, из-за страха перед этим человеком.

– Но это не оправдание. Год назад у Горация Фостера случился инсульт, и теперь он парализован, прикован к постели, за ним ухаживает сиделка. Мэгги могла бы общаться с Энни, если бы захотела, – Роан затрясся от негодования. – Сейчас он не смог бы ее остановить. Она может сделать первый шаг. Но прошел год, а она так его и не предприняла. Это неправильно.

– Думаю, ситуация намного сложнее, – мягко предположила Каро.

Роан что-то пробурчал в ответ, явно не соглашаясь с ней.

Возможно, Каро права, но я была вынуждена согласиться с Роаном. Мэгги должна была наладить контакт с Энни, после того как позволила, чтобы с ней так обращались.

За столом возникла напряженность из-за невысказанных разногласий между Каро и Роаном.

Поэтому я решила выпалить свою новость:

– Пенни попросила меня остаться и управлять магазином еще три месяца.

Роан так быстро вскинул голову и посмотрел на меня, словно ему дали пощечину.

– Что?

Я заглянула в его теплые глаза и почувствовала, как что-то затрепетало внутри меня при виде его вспыхнувшего надеждой лица.

– Это еще не до конца решено, – поспешила добавить я, – мне нужно подать документы на рабочую визу. У Пенни все схвачено, она постарается все устроить как можно быстрее. Она считает, это займет около двух недель, поэтому разрешила мне остаться еще на одну неделю бесплатно. Так или иначе, я пробуду здесь еще две недели вместо одной. Нужно перенести дату обратного вылета, но я думаю, это не проблема.

– Это чудесно, – Каро просто сияла. – Очень надеюсь, тебе дадут визу, Эви. Уже не могу представить, что летом тебя здесь не будет.

Как приятно, когда тебя любят.

– Я тоже.

Тут я почувствовала руку Роана на своем колене и вздрогнула от ощущения его мозолистой ладони на коже. Мы встретились взглядами, и он сжал мое колено.

– Посмотрю, что можно сделать, чтобы ты точно получила визу.

Бабочки у меня в животе обезумели.

– А что ты мог бы сделать?

– Я знаю нужных людей, – сказал он.

Он уже говорил это раньше.

– Кто эти таинственные люди, которых ты знаешь?

– Люди, которые помогают мне получать то, чего я хочу.

У меня перехватило дыхание от теплоты, с которой он на меня смотрел, и он сжал мое колено еще раз, а потом отпустил. Роан ухмыльнулся, будто знал, какое произвел впечатление, и перевел свой взгляд с меня на Каро:

– Если я приглашу всех в «Якорь», чтобы отпраздновать то, что Эви останется здесь еще на какое-то