Прикосновение варвара - Руби Диксон

Ле-ла берет его и изучает мешочек, затем смотрит на меня. Она открывает его и вытаскивает ягоду, затем нюхает ее. «Хорошо?» — показывает она.

Я рассеянно киваю, сосредоточившись на огне и желая, чтобы мой кхай перестал петь.

Мгновение спустя она сплевывает, и я поднимаю взгляд как раз вовремя, чтобы увидеть, как она вытирает язык тыльной стороной ладони. Она делает испуганное лицо.

Я смеюсь. Я ничего не могу с этим поделать.

«Хорошо мыться, — жестикулирую я. — Не хорошо есть».

— Покажи мне, — бормочет она. Она морщит нос и возвращает мне мешочек. — Я не знаю, как умываться ягодами.

Разве в ее мире нет таких вещей? Я пытаюсь вспомнить, упоминали ли другие люди про это, но я не уделял особого внимания их рассказам об их старом доме. Теперь я жалею, что не сделал этого. Я беру у нее горсть ягод и сжимаю их в кулаке, позволяя соку превращаться в пену. Я указываю на ее волосы другой рукой и подаю сигнал «вода».

Ее лицо загорается. «Да», она жестикулирует, а затем подходит к воде, греющейся на огне. Она развязывает мешочек и смотрит на меня. Когда я киваю, она наклоняется и наполовину наливает, наполовину окунает свою длинную гриву в воду, обрабатывая ее, пока она не становится влажной. Я наблюдаю за этим с некоторым восхищением, и когда она тянется за ягодами, я протягиваю ей руку.

Пальцы Ле-ла ласково касаются моей ладони. Мой член оживает, и я стискиваю зубы. Мой кхай поет еще громче, песня настойчивая и полная нужды. Я слышу ее ответ кхая, но она игнорирует его, намыливая пальцы, а затем втирая ягодный сок в волосы. Ее глаза закрываются, и на лице появляется выражение крайнего удовольствия. У нее вырывается тихий, задыхающийся стон.

Это слишком много.

Я вскакиваю на ноги, потребность покинуть пещеру непреодолима. На самом деле, я вообще не хочу уходить. Я хочу взять ее за руку и отвести к мехам, где мы сможем открыть для себя тела друг друга. Я хочу погрузить свой член в тепло ее влагалища.

Но поскольку я не могу сделать ничего из этого, я должен уйти и снова помочь себе рукой.

ЛЕЙЛА

Я открываю глаза и смотрю, как Рокан, спотыкаясь, выходит из пещеры. Мои руки в мыльных волосах, поэтому я не могу подать ему знак и спросить, что случилось. Не то чтобы мне это было нужно. Я могу догадаться, основываясь на огромной эрекции, которая выступает из-под его штанов.

И это заставляет меня чувствовать себя одновременно и хорошо, и плохо.

Может быть, это постоянное урчание в моей груди, которое действует как низкосортный вибратор (конечно, вибратор в неправильном месте, но все же), и, может быть, это тот факт, что я живу в тесном помещении с парнем, которого нахожу сексуальным в довольно странном, рогатом и хвостатом смысле. Что бы это ни было, приземление на этой Ледяной планете превратило меня в другую женщину. Раньше я никогда по-настоящему не думала о сексе слишком много. Теперь я не могу перестать думать об этом. И я не могу перестать думать об этом с Роканом. За последние несколько дней я представила себе десятки сценариев между нами. Может быть, я оближу свои пальцы, и тогда он решит тоже их попробовать на вкус. Может быть, он проснется посреди ночи и скользнет ко мне в постель, а я не скажу «нет». Может быть, я покажу ему жест ASL для секса?

Может быть, я буду нарочно стонать, когда стану мыть голову.

Я имею в виду, что действительно приятно помыть голову пеной и избавиться от части жира в моих волосах. Определенно это достойно стона. Но крошечная, непослушная часть меня хотела посмотреть, как он отреагирует.

И он убежал, так что, я думаю, это реакция, даже если это была не та реакция, которую я особенно хотела. С другой стороны, я не совсем уверена, чего я хочу. Меня беспокоит тот факт, что завтра мы собираемся уйти и отправиться на поиски Хассена. Он последний человек, которого я хочу найти, но я понимаю, что говорит Рокан — Хассен все еще где-то там, ищет меня. И хотя маленькая, ничтожная часть меня рада, что ему приходится нелегко, я знаю, что Рокан хороший, заботливый парень, и он захочет, чтобы его друг был в безопасности. Или что-то в этом роде.

Одно могу сказать точно — я никогда не мурлыкала для Хассена так, как для Рокана.

Я смываю ягодную пену с волос остатками воды и чувствую себя в сто раз чище. Рокан не вернулся, поэтому я выплескиваю использованную воду в снег, затем спешу обратно в пещеру, чтобы посидеть у огня и заново оттаять от инея на мокрых волосах. Я расчесываю их пальцами и напеваю себе под нос, ожидая его возвращения. Мое тело раскраснелось, а соски кажутся невероятно напряженными. Я почти уверена, что если бы я засунула руку между ног, то почувствовала бы влагу.

И я не знаю, что делать.

Мастурбация кажется наиболее вероятным ответом, но это похоже на скользкий путь — что, если я кончу, но все станет только хуже? Я пыталась понять, почему я постоянно нахожусь в напряжении около Рокана. Сначала я подумала, что это из-за кха-и, но рядом с Хассеном я не заводилась. На самом деле все наоборот. И Кайра, похоже, не находилась в постоянном состоянии экстаза. Так что кха-и не может быть возбудителем, не так ли?

Только рядом с Роканом я постоянно возбуждаюсь. Может быть, только он так влияет на меня? Они говорят, что когда ты знаешь, ты знаешь. Может быть, мое тело просто знает, что он будет всем, о чем мечтал мой девственный разум.

Я боялась сделать первый шаг, представляя, что он посмотрит на меня как на сумасшедшую. Он всегда был так осторожен со мной. «Друг», так он называет себя и использует этот жест.

Да, ну, может быть, я устала быть ему только другом. Потому что по его реакции — и моей — ясно, что между нами что-то происходит, и я достаточно заинтригована, чтобы захотеть узнать больше.

Я обдумываю, как я собираюсь затронуть эту тему, пока жду, пока мои волосы высохнут — правильные сигналы для