Фурия - Вийя Шефф

— Не знаю… Мне он понравился. Не как твой козёл бывший муж, который ни одной юбки, похоже, не пропускал. Что так быстро на тройничок согласился.

— Не напоминай! У меня до сих пор от твоего рассказа волосы дыбом. Девушка клеит его жену, а он вместо того, чтобы устроить скандал, просто предлагает групповуху.

— Это Европа, детка… Ты сама так говорила. А Алекс воспитан по вашим традициям. Я видела, как он на тебя смотрит. Даже здесь, где куча красивых тёлочек, всё внимание только тебе. Когда ты шла — глаз от твоей задницы не отводил.

— Просто юбка короткая, — тяну немного вниз подол откровенного платья.

— Отпадная, — скользит по мне сальным взглядом. — Я сама немного завелась.

— Мэг! Я просто хочу немного проучить за самовольство.

— В прошлый раз наш план пошёл немного не по задуманному, и он приехал раньше времени.

— Я не помню, что было в прошлый раз, так что считай, история обнулилась, — дерзко улыбаюсь подруге.

Глава 22

Сельванны уже давно нет из туалета.

Что там можно столько делать?

А что если она опять сбежала? Мысль стрелой влетает в голову.

— Твою мать, Сэл! — одним глотком осушаю стакан с каким-то безалкогольным коктейлем и направляюсь за ней.

В туалете её, естественно, нет.

Возвращаюсь в зал на поиски. Осматриваю весь, но нигде не видно.

В этой толпе кого-нибудь вообще реально найти?!

Надо подняться наверх, оттуда обзор лучше.

На лестнице сталкиваюсь с Мэг, подругой Сельванны.

— Алекс? — делает удивлённые глаза. — Уже уходишь? Самое интересное пропустишь…

— Нет! Ты Сэл случайно не видела?

— Случайно видела…

— Где она?

— Там, — показывает пальчиком сзади меня.

Внимание на сцену. Там что-то готовится.

Пухнет свет. По залу пробегают возгласы людей.

Один софит освещает сцену, выхватив из тьмы стройную женскую фигуру на каблуках в кружевном боди, на лице маска.

Но я и вслепую узнаю её.

Это Сэл…

Что она, чёрт возьми, творит?

Полоска света двигается вместе с ней и выхватывает из мрака шест.

Фак! Только не говори, что ты собираешься…

Включается музыка и она делает это. Сэл раскручивается на пилоне.

Толпа восторженно заголосит, а я врастаю в пол.

В голове стучит кровь, хочется убить каждого, кто на неё сейчас таращится. Но мне придётся тогда убить всех.

Второй софит освещает ещё один участок сцены. На стуле сидит полуразвалившись Марк.

Я недовольно дёргаюсь к сцене, но меня кто-то крепко хватает за плечо.

— Не порть номер, — грозно смотрит Мэг.

Мои глаза снова на сцену.

Лучше бы я этого не видел.

Сэл танцует на коленях у этой сволочи Марка.

В глазах пляшут кровавые мальчики. Ревность просто топит с головой.

Он её лапает!

Мою Сэл касаются руки какого-то ублюдка. Но то, что он её притягивает и целует в конце, напрочь выбивает всё здравомыслие из моего мозга.

Убью скота!

Всё это подхлестывает одобрение и аплодисменты публики.

Я знаю, как пройти за сцену, выступал здесь несколько лет назад, поэтому решительным шагом направляюсь в нужном направлении.

Они ещё там. Марк держит МОЮ девушку за талию и снова пытается поцеловать.

Я не разбираюсь, подхожу, стучу по плечу, а когда он поворачивается, врезаю ему по роже. Он отвечает тем же.

Мы сцепляемся.

Нас быстро растаскивает охрана, но мы порываемся схлестнуться вновь.

Всё это время Сэл стоит и смотрит на нас с равнодушием в глазах. Подходит, изучает бегающим взглядом.

— Я же просила, Марк, не трогать его! — с раздражением.

— Он первый начал… — низко с хрипом говорит он в ответ.

Когда запал пропадает, охранники нас отпускают.

— Мы едем домой! — хватаю Сэл за локоть и волоку за собой к чёрному выходу.

Мы зашли там, чтобы не привлекать внимание.

— Мне нужно переодеться, я же не могу так на улицу выйти, — упирается мне в руку, притормаживая каблуками.

— Вилять на сцене задом в таком виде ты не стеснялась! — свирепею я.

Снимаю свой пиджак и накидываю ей на плечи. Он скрывает всё.

На улице прохладный воздух скользит по разгоряченной коже. Губа и челюсть начинают ныть.

Подталкиваю её к машине, а сам достаю из кармана костюма платок. Разглядываю лицо в боковое зеркало тачки. Губа разбита, на челюсти приличная ссадина.

— Довольна теперь? Ты ведь этого добивалась? — ору на неё.

Она молчит. Только смотрит как-то странно. Как змея, не мигая. Не отрывает взгляда от моего разбитого лица.

Я вглядываюсь в её глаза. Они абсолютно чёрные. Беру за подбородок и разворачиваю к свету фонарей. Зрачки не уменьшаются.

— Ты что-то приняла? — закрадывается в голову догадка.

— Нет… — проговаривает тихо и хрипло.

— А с ним что-нибудь пила или ела? — мог и подсыпать.

Было же уже такое.

Она отрицательно мотает головой.

Тогда что с глазами?

— Садись! — открываю ей дверь.

Она послушно забирается в машину.

Я не хочу домой, зачем-то направляюсь по дороге из города. Надо прокатиться, развеяться, успокоиться.

Сэл всё так же смотрит на меня. Но сейчас в глазах что-то звериное. Так хищник смотрит на свою жертву, истекающую кровью. Время от времени она делает глубокие вдохи, а потом просит остановиться.

Укачало, наверное.

Вылетает из машины пулей и бегом подальше в поле. Встаёт коленями на траву и жадно вдыхает воздух.

Пробираюсь через высокую траву, цепляясь за корни.

Что с ней?

— Не подходи, — останавливает в нескольких шагах. — И умойся…

— Ты чего? — делаю ещё шаг, но она снова требует к ней не приближаться.

— Смой кровь с лица и залепи пластырем. Он в аптечке, в бардачке.

Я не спорю. Выполняю просьбу. Жду ещё минут пятнадцать, пока успокоится, и подхожу к ней.

— Ты как? Нормально?

Она глядит на меня расфокусированно и качает головой.

— Да, уже лучше…

— Не сиди на земле, застудишься! Я сейчас плед из машины принесу.

Приношу и накрываю её шерстяным покрывалом, на часть она садится. Кружево не согреет.

— И что это было? Укачало? Мы вроде недалеко отъехали.

— Нет. Кровь… — слепо смотрит в темноту.

— Ты крови боишься? Не замечал у тебя этого.

— Не боюсь. Наоборот. Она сильно возбуждает. Как вампира. Только это не жажда крови. А жажда… Ну, ты сам понимаешь… И работает только если она у мужчин.

— Странный фетиш…

— Знаю. Думала, что такое больше не повторится, но как видишь. Похоже, я за эти годы так и не справилась с этой проблемой.

— Должна быть первопричина этого. Если справиться с ней, то