Эльсинор. Зажечь искру - Элли Раш

Сделала несколько шагов в направлении выхода, и застыла. Дверь открылась, являя мне, собственно, обитателя серой пещеры.

Изобразила на лице неподдельное удивление, будто совершенно не его ждала. И вообще никого не ждала.

Злые глаза укололи. Чуть приподнятые брови выдали изумление.

Хэнтсворт вошел с немым вопросом. Подсвеченные изнутри зрачки вынудили передернуть плечами от неприятия.

— Дверью ошиблась, — пояснила спокойно, делая шаг вперед.

Нормальный, понятливый человек бы отступил, дал пройти, но к Хэнтсворту ничего из этого не относится.

Остановилась, сохраняя безопасную дистанцию.

— Читать разучилась? — жесткий ледяной голос вошел под кожу.

Расправила плечи, держа голову прямо.

— Вдруг я соскучилась? Холостяк из тебя не очень, свиданий не устраиваешь.

Будто бы они мне нужны! Век бы тебя не видела. Но внимание отвлечь надо, а то ведь предъявит, что влезла в его кабинет, и попытается найти весомую причину. Банальное любопытство за аргумент не сойдет.

До сих пор твердит про каких-то ведьм, упрямо не слышит правды. Замучаюсь объяснять, зачем я здесь.

Хотя об этом надо было думать до того, как сюда вошла.

— Что здесь делаешь?

Тон чуть смягчился. Совсем незначительно.

Хэнтсворт обошел меня стороной, бросил небольшой черный конверт на стол и развернулся всем корпусом. Дал понять, что без ответа, который его устроит, я отсюда не уйду.

— Мы на допросе, — пожала плечами.

— В моем кабинете?

— У эконга.

Даже немного легче стало. Произнести вслух то, что пугает, шаг к неминуемому облегчению.

Фигура Хэнтсворта слегка напряглась.

— Мы?

— Я и Филлия.

Это один из самых длинных диалогов, проходящий без криков друг на друга.

Прогресс!

— Повод?

Уж точно не за меня переживает. За Филлию беспокоится.

— Вчера мы встретились в ресторане с Гарднером, а потом его убили, — снова пожала плечами, в целом свыкнувшись с этой частью суровой реальности.

— Почему я об этом не знаю? — спросил тоном, будто лично я виновата в его неосведомленности.

— О чем?

Усмехнулась, не понимая, то ли он злится, что ему не сообщили об убийстве, то ли о допросе, то ли черт знает что еще. Дарка Хэнтсворта не понять.

— Где ты болтаешься. На карете Филлии летали? — он подошел к двери, толкнул ее и вышел.

Вероятно, предполагал, что я пойду следом. Мне деваться все равно некуда. Пошла. В полнейшем недоумении, с какой искристой радости должна докладывать о своих передвижениях?!

— Да, на ее. Я не обязана отчитываться, — озвучила с нескрываемым возмущением.

— Во время Отбора ты должна передвигаться на моей карете. Напитки таскать заканчивай, иначе пить тебе станет нечего.

Сама любезность! С какой стороны ни посмотри.

— Не должна.

О напитках умолчу.

Да, таскала. Подумаешь. Велика беда.

Жмот.

— Обязана, — Дарк резко развернулся, сверкая злыми глазами. — Читай регламент Отбора.

Туше.

Собиралась, но руки не дошли. Вокруг столько всего происходит, нет времени на всякие мелочи вроде изучения правил. К тому же одно я теперь точно знаю.

Хэнтсворт широкими шагам двигался в направлении кабинета эконга.

— Жди здесь. Не вламывайся ни к кому без разрешения.

Хотела возмутиться, да не успела. Дарк скрылся за дверью, оставил меня проглатывать воздух вместе с ругательствами.

Но… прав. Да, влезла. Но я ведь не к кому-то неизвестному. Жених он или кто, в конце концов? Жена какая-нибудь ревнивая вполне может заявиться с проверкой на предмет любовниц. Пусть считает это демоверсией. Тест-драйвом. И спасибо скажет. Я его к семейной жизни бесплатно готовлю. Если за него хоть кто-нибудь замуж выйти согласится.

Сомнения берут. Небезосновательные.

Часы отсутствовали, никто ни разу ниоткуда не вышел, чтобы разбавить ощущение пустоты. Или тюрьмы. Будто все тут находятся в заточении, кроме Хэнтсворта, он один болтается как неприкаянный.

Я стояла, подпирая стену, разглядывала бежевый потолок с золотистыми лампочками. В такой непрезентабельной позе меня застала Филлия.

Выглядит, как и прежде, разве что глаза зло поблескивают, а в остальном без изменений.

Она не спешила говорить, поджимала губы. Нельзя томить в такой волнительный момент, это может плохо кончиться. Для кого-то.

— Настолько ужасно? — уточнила осторожно, не стремясь отлипнуть от стены.

— Не волнуйся, иди.

Что, все?! Просто "иди, не волнуйся"? А рассказать, что говорить? Насколько эконг злой и нехороший человек? И человек ли? Это важная информация. Я не расистка, но предпочту знать, сидит передо мной вампир и надо ли мне иметь при себе осиновый кол.

О, боги, я ведь даже не знаю, работает ли деревяшка на самом деле или это байки нашей "отсталой" планеты.

Не о том думаю. Не о том.

Филлия не отправила бы меня на казнь, так что бояться нечего. И Хэнтсворт не выходил, непонятно это плюс или минус.

Решительно зашла в кабинет, сделала несколько шагов по инерции, и решительности поубавилось.

Эконг смотрел человеческими глазами, но в них — стальная плита, и она обещает раздавить любого. Ни одного доброго оттенка в блеклых глазах, ни одной положительной эмоции, за которую можно зацепиться. Ничего успокаивающего.

Хэнтсворт развалился на диване, закинув руку на спинку. Глаза кололи подсвеченными зрачками, и все то же самое: ни одной положительной эмоции.

Все вместе это дало потрясающий эффект: я замерла посреди кабинета, чувствуя себя мышью среди удавов, и лучше удавиться самой, потому что эти господа явно решат сперва вдоволь наиграться.

— Присаживайтесь, — эконг указал на стул.

Раз просят… Настаивают…

Села, посматривая на единственного, кого знаю чуть дольше. Отстраненное и безучастное лицо Хэнтсворта оптимизма не добавило, но все же. Формально я его невеста. Одна из многих невест, но это неважно. Должна же быть хоть какая-то весомая польза от почетного статуса?

— Что вы так переживаете? — удивился эконг скорее автоматически, чем искренне. — Не стоит, я вас убивать не буду.

Он улыбнулся.

Профессиональный юмор? Специфический, однако. Мол, вы здесь по причине убийства, но я точно милосерднее вас.

Эконг вдруг вышел из-за стола. Оборачиваться не стала, ожидая его возвращения.

— Выпейте воды, — мне неожиданно протянули бокал.

Приняла с благодарностью.

Пить не хотелось. Совсем. Но сделала несколько глотков для приличия.

— Я могу обращаться к вам по имени?

Учтивый голос и пробирающий насквозь взгляд — потрясающее сочетание.

— Да, конечно.

Разве я могу вам возразить?

Безусловно, могу. Но вдруг у него острая неприязнь возражений? Наверняка так и есть.

Эконг кивнул, что-то отмечая на своих бумагах.

— Диана, расскажите, как вы попали в Эльсинор? Вы ведь не эльсинорка, верно?

Улыбнулся вроде как все нормальные люди, но ощущение, будто в фильмах ужасов злодеев с него рисовали.

— Не эльсинорка, — подтвердила достаточно спокойно. — Я попала в Эльсинор через портал.

Честно.