Неизбежный поцелуй - Барбара Воллес

Келси проплакала какое-то время, но в конце концов успокоилась. Положив в сумку оставшиеся вещи, она в последний раз оглядела комнату, которую уже почти стала называть своим домом. За открытым окном от легкого ветра шелестела листва деревьев. Келси подумала о сове и мысленно попрощалась с ней. Птица будет всегда ассоциироваться в ее сознании с лучезарной улыбкой Алекса. И птица, и он выглядели настолько захватывающими той ночью…

Как и многие другие вещи, эта ночь тоже станет частью ее прошлого. Она должна продолжать жить дальше, начинать все заново, как уже делала много раз в своей жизни, и следовать собственным принципам, принятым давным-давно. В конце концов душевные страдания утихнут. Келси и раньше привязывалась к различным местам, но со временем смирялась с неизбежным.

Но на этот раз она оставляла не просто временное место своего проживания, а нечто гораздо большее. На этот раз она оставляла мужчину, в которого влюбилась…

Келси не стала брать с собой кофейную кружку матери. В таком виде, склеенная руками Алекса, кружка будет напоминать ей о нем. И воспоминания эти будут слишком болезненными…

— До свидания, — прошептала Келси, в последний раз глядя на выцветшие цветы на кружке. Ее лето в Наттингвуде подошло к концу.

Интересно, сколько времени пройдет, прежде чем Алекс обнаружит, что она ушла?

Алекс узнал о ее планах очень скоро. Он поднимался по лестнице в тот момент, когда Келси открыла дверь своей комнаты. Его одежда была запылившейся и мокрой от пота, на лице и лбу красовались следы от укусов комаров. Он двигался медленно и размеренно, явно не желая слишком резко вращать головой. Не нужно было быть гением, чтобы догадаться, что происходит.

— Болит голова? — спросила она.

Алекс поднял на нее глаза. Он был бледен, под его глазами залегли темные круги.

— Я к этому привык.

Головной боли у Алекса не было вот уже несколько недель.

— Ты принял лекарство?

Он покачал головой:

— Я ночевал на камнях у реки.

Итак, Алекс действительно избегал общения с ней.

«Ну и мучайся теперь!» Рассердившись, Келси подумала о том, что он заслужил головную боль. Но тут же решила, что не может оставить его одного во время приступа мигрени.

Поставив сумку на пол, Келси взяла Алекса под локоть:

— Пойдем. Ты должен лечь. Я принесу лекарство.

Он посмотрел на ее вещи, прежде чем направился вместе с ней в свою комнату:

— Ты уезжаешь?

— Если меня не будет рядом, Том не сможет вести блог о наших так называемых отношениях, верно?

— Да, я предполагаю, что не сможет.

— Таким образом, ты снова останешься один, в тишине и покое.

— Да, полагаю, что так.

Она потащила Алекса в его комнату и подвела к кровати.

— Таблетки в аптечке, как я полагаю? — произнесла она.

К тому моменту, когда Келси вернулась, Алекс уже лежал под одеялом. Видя его бледное лицо и слыша неровное дыхание, она разволновалась. Даже будучи больным Алекс выглядел привлекательнее любого другого мужчины, которого она когда-либо видела.

«Не отпускай меня! — хотелось взмолиться Келси. — Попроси меня остаться».

Она протянула ему таблетки и стакан воды:

— Ты должен что-нибудь поесть. Тогда лекарство быстрее подействует.

— Все будет хорошо. Мне просто нужно отдохнуть. Что ты скажешь Стюарту? Как объяснишь свой отъезд?