Непристойное предложение - Морин Чайлд

— Джефферсону Кингу? — Американскому миллиардеру, который живет на ферме рядом с Крайком?

При мысли о том, что Джорджия будет работать бок о бок с другим мужчиной, Шон почувствовал себя так, словно его ударили кулаком в живот. Не имело значения, что у Кинга есть жена и дети. Джорджия должна быть с ним. Она его женщина.

— В этом нет необходимости, — отрезал он. — Я не собираюсь нарушать свое слово. Я предложил тебе работу и надеюсь, что ты хорошо ее выполнишь.

В ее взгляде промелькнуло удивление.

— Хорошо, — кивнула она. — Значит, мы договорились. Нас связывают только деловые отношения.

Доносящиеся с улицы голоса становились все громче по мере того, как увеличивалась толпа зевак. «Скоро здесь соберется весь Данли», — подумал Шон, стиснув зубы. Будь он проклят, если даст людям больше тем для сплетен. Если ему не удастся убедить Джорджию сейчас, он уйдет и попытается сделать это в другой день.

— Ты твердолобая, Джорджия Пейдж, — тихо сказал он.

— А ты бессердечный, Шон Коннолли, — бросила она.

Кто-то на улице вздохнул, еще кто-то рассмеялся.

— Значит, вот как ты разговариваешь с человеком, который сделал тебе предложение?

— С человеком, который не предложил мне ничего важного.

— Ничего? Я предложил тебе свое имя. Это для тебя ничто?

Когда он заглянул в ее сверкающие синие глаза, его гнев усилился. Джорджия не отошла от него ни на дюйм. Его восхищала смелость этой женщины.

— Да, ты готов дать мне свое имя, но больше ничего. Ты не предлагаешь мне свое сердце. Не думаю, что ты знаешь, как это делается.

Ее слова ранили его, но в глубине души он признавал ее правоту. Он никогда в жизни никому не признавался в любви.

— Не помню, чтобы обмен сердцами были частью нашей сделки.

— Иногда наши сердца сами решают, что им нужно.

— О, — донесся снаружи чей-то голос, — это был отличный довод.

— Тише, — ответил ему другой, — мы можем что-нибудь пропустить.

Глубоко вдохнув, Шон смерил яростным взглядом зрителей, затем снова посмотрел на Джорджию:

— Раз нам больше не о чем говорить, я пошел.

— Вот и правильно. — Сложив руки на груди, Джорджия постучала по полу мыском ботинка.

— Хорошо. — Развернувшись, он покинул ее офис и, пробравшись сквозь толпу, вышел на тротуар. Ему хотелось поскорее уйти от этого безумия и как следует все обдумать.

Когда Джорджия окликнула его, он в надежде, что она передумала, остановился и повернулся.

Она стояла на пороге. Неожиданно она подняла правую руку, замахнулась и швырнула в него кольцо, которое он ей подарил. Оно угодило ему в лоб, и он поморщился от боли.

— Никакой помолвки! Никакой свадьбы! — прокричала она и скрылась внутри офиса, громко хлопнув дверью.

— Вот это меткость, — сказал кто-то.

Выругавшись себе под нос, Шон поднял кольцо.

Когда он выпрямился, Тим Кейси спросил его:

— Значит, свадьба откладывается? Если она будет злиться на тебя до января, моя ставка окажется выигрышной.

Посмотрев на закрытую дверь, Шон представил себе разъяренную женщину, стоящую за ней.

— Думаю, с этим проблем не будет, Тим.

* * *

Час спустя Эйлиш сидела в гостиной особняка Ронана и Лауры и недовольно кривила губы:

— Итак, это произошло.

— Что? — Налив ей чаю, Лаура опустилась на диван напротив нее. — Что произошло?

— То, чего мы ждали, — ответила Эйлиш. — Я узнала от Кэти, домработницы Шона, что Мэри Донохью час назад видела, как твоя сестра швырнула в Шона кольцо, которое он ей подарил по случаю помолвки. Похоже, сделка, о которой ты мне рассказала, подошла к концу.

С тех пор как эта хитрая женщина позвонила Лауре и выведала у нее правду об отношениях ее сына и Джорджии, они вели себя как заговорщики. Мать Шона решила женить своего сына на хорошей женщине, а Лаура хотела видеть свою сестру счастливой. Недавно она поняла, что Джорджия влюбилась в Шона, и захотела ей помочь.

То, что произошло сегодня, усложняло ситуацию.

Эйлиш была убеждена, что, если они обе будут относиться к свадьбе как к свершившемуся факту, Шону и Джорджии ничего не останется, кроме как пожениться. Лаура знала, что с ее сестрой этот номер не пройдет, но других идей у нее не было. Таким образом, Эйлиш заказала свадебный торт, а Лаура — шатер для сада. Кроме того, они уже позвонили нескольким поставщикам провизии из Голуэя и Уэстпорта. Но, похоже, ничто из этого им не понадобится.

— Остается только надеяться, что они поймут, что подходят друг другу, и сойдутся снова, — сказала Лаура.

— Они подходят друг другу, — твердо ответила Эйлиш, сделав глоток чаю. — Насчет этого мы не ошибаемся.

Лаура покачала головой:

— То, что думаем мы, не имеет значения. Черт побери, я знала, что в конечном итоге моя сестра будет страдать.

Эйлиш тихо фыркнула:

— Судя по тому, что рассказали мне, это Шон пострадал. Это был большой изумруд, и он угодил ему прямо в лоб. — Кивнув, она добавила: — Возможно, теперь у него появится немного здравого смысла.

— Сомневаюсь, — пробурчала Лаура. — Не обижайтесь.

— Я не обиделась. — Подавшись вперед, Эйлиш потрепала ее по руке. — Я никогда прежде не видела, чтобы мой сын был так увлечен женщиной. Если он слишком упрям, чтобы это понять, мы ему в этом поможем.

Лаура осторожно посмотрела на пожилую женщину:

— Что у вас на уме?

— Так, есть несколько идей, — ответила Эйлиш. — Возможно, нам понадобится помощь.

В этот момент в комнату вошел Ронан с маленькой дочкой на руках. Посмотрев на двух женщин, которые сидели друг напротив друга и о чем-то разговаривали, он быстро повернулся, чтобы незаметно уйти.

— Ни шагу больше, Коннолли, — раздался у него за спиной голос Эйлиш.

Остановившись, он повернулся и, прищурившись, посмотрел на женщин:

— Вы что-то замышляете, не так ли?

— «Замышляете» — не очень приятное слово, — сказала Лаура.

Ронан нахмурился.

— У нас здесь серьезное дело, — сообщила ему его тетя.

Я не собираюсь участвовать в вашем заговоре против Шона, — предупредил он их обеих.

— Мы делаем это, чтобы помочь Шону, а не чтобы причинить ему вред, — объяснила ему Эйлиш. — В конце концов, я его мать.

— О, это все меняет.

Лаура сдержала улыбку, а Эйлиш сердито посмотрела на своего племянника:

— Нам понадобится твоя помощь.